Я (не) твоя, дракон! - Елена Солт

— Ханни, — рычит хриплым шёпотом, покрывая поцелуями мою щёку и шею. — Ты с ума меня сводишь. Хочу тебя.

Тянусь к пуговицам его рубашки. Справляюсь с одной, второй, третьей.

Нортан подхватывает меня на руки и несёт к кровати, всё это время неотрывно всматриваясь в моё лицо.

Кровать пружинит под поясницей и лопатками, когда он осторожно меня на неё опускает. Потолок балдахина и его занавеси добавляют уютной тьмы.

Выгибаюсь дугой, когда губы дракона прихватывают поочерёдно одну и вторую вершинку моей груди, уже высвобожденной из лифа. Кончики моих пальцев беспорядочно блуждают по его напряжённому торсу. Пересчитывают кубики пресса, выводят узоры на косых мышцах живота.

Зарываюсь пальцами в его волосы. Позволяю поцелуям дракона спускаться ниже.

— Ханни… Ты потрясающе красивая. Вкусная…

Прикусываю нижнюю губу и комкаю простыни. Жёлто-оранжевая полная луна смотрит в окно.

— Хочу видеть твоё лицо! — послушно поворачиваю голову.

Нортан нависает надо мной, чувствую давление горячей твёрдой плоти между ног и понимаю, что сейчас всё случится.

— Расслабься, — приказывает хриплым сбивчивым шёпотом. — Я буду осторожен.

— Аах! — съёживаюсь от резкой пронзающей боли.

Нортан останавливается, легко целует меня в висок, давая время привыкнуть к себе. Глотаю воздух, облизываю губы, солёные то ли от моря, то ли от непрошенных слёз.

— Я… в порядке! Не останавливайся!

Его тяжесть на мне, знакомые ощущения. Более острые в своей новизне. Тягуче-сладкое чувство внизу живота. Нарастающее, будоражащее, запретное.

— Но-нортанн!! — вздрагиваю от волн наслаждения, расходящихся по всему телу.

Перед мысленным взором с бешеной скоростью распускаются золотые цветы.

— Скажи ещё раз! — требует он.

— Ноортан, — повторяю тихим шёпотом.

Затихаю, не в силах даже ответить на поцелуй. Нортан сплетает наши пальцы, отводит мои руки наверх за голову и в несколько движений догоняет меня. Прижимается колючей щекой к моей шее, нежно целует и только после этого перекатывается на спину.

Рассматриваю потолок балдахина. Задумчиво пропускаю сквозь пальцы прядку волос. Делаю движение, чтобы встать и уйти в ванную комнату, но дракон не даёт. Перехватывает мою руку.

Вопросительно смотрю на него.

— Иди ко мне, Ханни, — приподнимается и, удерживая меня за плечи, тянет к себе на грудь.

Когда подчиняюсь, гладит меня по волосам, по обнажённой спине, снова целует, на этот раз в макушку. Крепко сжимает в объятиях, словно боится отпустить.

— Ты потрясающая, Ханни, мне ни с кем не было так, как с тобой. Всё, что было до тебя, теперь как мутно-серая пелена. Будто и не жил вовсе, а так… существовал. И мне впервые по-настоящему страшно. Потерять тебя.

Лежу с широко распахнутыми глазами. Слушаю стук его сердца. Что за нежности? Не замечала за ним раньше ничего подобного! В воздухе повисает пауза. Надо что-то сказать, наверное?

— Мне тоже, — успокаивающе провожу кончиками пальцев по его широкой твёрдой груди, — было хорошо.

Ещё минутку, и надо всё-таки подняться и пойти в ванную. Но в горячем кольце мужских рук так уютно, тепло и спокойно. Гоню прочь все остальные мысли. Сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Утром обнаруживаю себя отвернувшейся, но по-прежнему в объятиях дракона. Нортан обнимает меня со спины, жадно сграбастав, прижимает к себе. Слышу его размеренное дыхание. Жарко.

Который час? Судя по тому, что солнце уже встало, часов девять утра.

Осторожно, чтобы его не разбудить, выпутываюсь из рук дракона. Пробираюсь к изножью кровати, где лежит смятая белая простынь. Закутываюсь в неё ниже плеч, пряча обнажённое тело. Сажусь, свесив ноги. Смотрю в окно, где виднеется серая морская гладь, синее небо и чистая линия горизонта.

— Ханни! — раздаётся позади.

Слегка поворачиваю голову, боковым зрением отмечаю, что дракон приподнялся на локте и наблюдает за мной.

— Доброе утро, — отвечаю спокойно. Голос чуть сиплый после крепкого сна. Прочищаю горло.

Снова смотрю вперёд, на бескрайние небесные просторы.

— Ханни, давай поженимся? В бездну всё это дерьмо с помолвкой. Просто приедем в храм и проведём обряд. Сразу. Ты согласна?

Медленно закрываю веки, открываю их снова.

Думала, получив желаемое, дракон, наконец, оставит меня в покое, а оно вон как… Впрочем, это всё равно ничего не меняет.

Отвечаю, по-прежнему глядя вперёд:

— Нет.

В комнате становится так тихо, что слышен плеск волн за окном и отдалённые крики чаек.

— Что ты сказала? — нежность в голосе дракона сменяется требовательными интонациями. — Почему?

Веду правым плечом, по-прежнему не оборачиваюсь:

— Скоро я стану крылоборцем, принесу присягу и не смогу вступать в брак. Да это и не входит в мои планы. Так что…

— Вот как? А тебе не кажется, что после этой ночи твои планы, — выделяет последнее слово с издёвкой, — должны были поменяться?

— Нет.

— Я хренею просто! — не вижу его лица, но чувствую, что сейчас он прожжёт мне дыру в затылке. — А если окажется, что ты беременна?

Уголок моего рта дёргается в горькой усмешке.

Остановившимся взглядом смотрю вперёд. Медленно и с достоинством оборачиваюсь через плечо.

Нортан расслабленно лежит на подушках, забросив руки за голову, ничуть не смущаясь своей наготы. И, судя по напряжённому естеству, готов повторить вчерашнее.

Будто со стороны слышу собственный голос, безжизненный и чужой:

— Целитель решит эту проблему, — возвращаю ему его же фразу из той, прошлой жизни.

Внутри вспыхивает огонёк удовлетворения от этой маленькой мести.

И тут же гаснет, сменяясь страхом, когда я вижу, как дракон меняется в лице. Черты его лица заостряются, голубые глаза вспыхивают сталью и льдом. Молниеносным движением он подаётся вперёд.

Перехватывает меня за талию, опрокидывает на кровать, чувствительно выворачивает мои руки, дёргает их вверх, уводит за голову и держит:

— Пов-то-ри! — цедит мне в лицо с нескрываемым бешенством.

— Дети не входят в мои планы, Нортан, — отвечаю прохладным голосом. — Ты знал!

— Мне, мать твою, по хрен, что входит или не входит в твои плааны, — тянет, коверкая мою интонацию. — Надо было думать об этом раньше, до того, как легла под меня. Теперь ты принадлежишь мне.

Не разрывая зрительного контакта, ведёт рукой вниз, стягивая с меня простынку, в которую я до этого куталась.

— Это, — оглаживает полушария моей груди, — это, — чувствительно сминает ягодицу, — и это, — кладёт ладонь мне на плоский живот, который я инстинктивно втягиваю. — Думаешь, я так просто от всего этого откажусь?

Смотрю на него открыто и прямо:

— Думаю, ты забываешь, что я феникс. Теперь всё куда сложнее.

— О, нет, моя дорогая. Наоборот! Намного проще, просто потому что…

Снаружи раздаётся протяжный горн. Мы с Нортаном одновременно поворачиваем головы в сторону распахнутого окна. Вдалеке на горизонте