Поглотительница. Наследие Хаоса - Майя Брикман

— Как ты? — тихо поинтересовался Кайл после того, как был сказан долгий тост хозяином дома.

— Нормально. А ты?

— Тоже ничего. Слушай. Ты прости, что тогда ушел. Но я не смог бы при всем желании остаться: я своей магией подпитывал кокон, чтобы доставить девушку живой в лечебницу.

— Ничего страшного, я все понимаю и не обижаюсь. Тем более меня все равно практически сразу увели на допрос, — немного соврала Лида.

На самом деле она порядком долго там стояла и ждала, когда хоть кто-то обратит на нее внимание, и хорошо, что прибыл королевский дознаватель, а то неизвестно, сколько бы ей пришлось тогда ждать.

— А потом появился ректор и открыл портал прямо в общежитие.

— Тебя тоже на допрос вызывали. — Это был не вопрос.

— Кайл, а как там та девушка, она в порядке? — наклонившись ближе к парню, поинтересовалась Лида.

— Жива, но… — Несколько секунд Кайл подумал, а затем все так же тихо, чтобы их разговор никто не услышал, проговорил. — Понимаешь, в ней осталась кроха магии, благодаря которой она еще дышит. Если бы у нее забрали все, девушка сразу бы умерла. Сила для мага — это часть его самого, и, когда эту силу забирают, жизнь прекращается. Так как у девушки практически не осталось магии, она сможет жить, как и все; единственное, что ей теперь придется всегда принимать восстановительные и поддерживающие жизненный баланс зелья. Благо король взял на себя эти траты, и девушка будет получать их бесплатно. — Парень тяжело вздохнул. — Так вот, из-за нехватки магии она даже не сможет пушинку левитировать на сантиметр. Когда ты всю жизнь живешь с магией, ты настолько к ней привыкаешь, что, лишившись ее, чувствуешь себя так, словно у тебя отрезали руки и ноги, и остается только смириться с этим.

— А нельзя как-то сделать, чтобы силы вновь стали такие же? Какие-то тренировки, может?

— Можно усилить и расширить поток магической энергии, но это безумно сложно, и даже если получится, то совсем ненамного.

— Но хоть что-то. Знаешь, главное, что она осталась жива и, возможно, сможет помочь следствию найти ту мразь, которая с ней это сделала.

— Я краем уха слышал, что это уже не первая жертва, — совсем тихо, почти шепотом, проговорил Кайл, но Лида все равно разобрала слова.

— Откуда слышал? — тут же заинтересовалась девушка.

— От дознавателей, которые приходили допрашивать пострадавшую.

— А еще они что-то сказали?

— Только то, что это один и тот же человек и все время он был в черной мантии.

Лида шумно втянула носом воздух, а ее запястье зачесалось. На нем до сих пор остался пожелтевший след синяка от хватки. После того кошмара она уже боялась спать, так как раз от раза снился ей этот самый мужчина в мантии.

Лида взяла в библиотеке книги по сновидениям, и там говорилось, что можно наводить определенные сны и общаться в них с человеком, который очень далеко. Сон становился своего рода передатчиком. Но на это способны только очень сильные маги. Наводить сны приравнивалось по сложности к открытию порталов.

Продолжить разговор им не дали. Один из дядюшек стал расспрашивать Кайла про его работу, и Лида порадовалась тому, что ей можно было все как следует обдумать. На ум приходила только одна мысль: человек в мантии обладал даром поглотителя так же, как и она, и он не просто так приходит к ней во сне, ему что-то нужно. Только вот что?

«Может, стоит рассказать об этих снах дознавателю… или ректору», — подумала она.

После застолья начались танцы, на которые Лида не стала оставаться. В восьмом часу вечера девушка покинула дом подруги, быстро со всеми распрощавшись. Кайл порывался ее проводить, но она отказалась, и очень кстати его перехватила одна из тетушек, отвлекая внимание на себя.

Выйдя на улицу, девушка вдохнула прохладный вечерний воздух, в котором ощущался запах озона. «Будет гроза», — подумала она, обходя толпу празднующих. По дороге к академии Лида остановилась у уличных певцов, собравших возле себя толпу. Немного послушав песни, пошла дальше. Не смогла пройти мимо палатки с горячими напитками, от которых исходил потрясающий аромат. Купила себе кружку напитка и пончик в обсыпке. Она шла неспеша, поглощая лакомство и наблюдая за веселящимися людьми. Стоило ей подойти к академии, как у ворот она задержалась — начался салют. Яркие всполохи разных огоньков сверкали в ночном небе, превращаясь то в животных, то в живые картинки. Уходить с улицы не хотелось, и Лида решила прогуляться ещё немного по территории академии.

Пройдя немного вперед, она осмотрелась и, убедившись, что никого нет рядом, тихо позвала:

— Мики.

Секунду ничего не происходило, а затем лумикаса появился у ее ног из ниоткуда и внимательно посмотрел на хозяйку. Лида присела, погладив животное.

— Не хочешь со мной прогуляться? — спросила она.

С Мики было не так скучно, да и безопаснее.

Животное только мурлыкнуло и потрусило вперед, обнюхивая землю. Где-то вдалеке сверкнула молния и послышался тихий раскат грома, но Лида не поспешила в общежитие, подумав, что успеет до начала дождя.

Видимо, большинство студентов разъехались по домам на праздничные дни или отмечали в городе. Никого на территории академии не было видно. В здании общежития свет горел только в трех окнах. Лида неспешно шла в сторону зверинца. Мики бежал на несколько шагов впереди. Она уже практически подошла к ангару и хотела свернуть в противоположную сторону, чтобы возвращаться обратно к общежитию, так как первые капли дождя упали на лицо, но Лида услышала непонятные шорохи. Услышал их и лумикаса. Животное вздыбило шерсть и тихо, угрожающе зарычало. Сердце Лиды замерло на мгновение. Она стояла на месте, прислушиваясь, пытаясь понять, показалось или нет, а когда увидела отблески беловатых и красных вспышек откуда-то позади ангара и громкий рев какого-то животного, поняла: не показалось. За зданием что-то происходило.

— Мики, идем, — тихо проговорила Лида и уже хотела бежать в сторону будки стражников у ворот академии, когда лумикаса неожиданно рванул вперед, к ангару.

— Мики! — сквозь зубы процедила Лида и, нервно сглотнув, побежала за животным.

Не бросать же его там.

Светлый хвост скрылся за углом здания. Когда Лида приблизилась к тому месту, мурашки пробежали по ее коже от звуков борьбы. Шла самая настоящая схватка. Остановившись у