Ветер Перемен - Ольга Токарева

Она перевела взгляд и увидела, что пленника, вцепившись в ногу, крепко держит зубами волк и не отпускает.

— Ах ты, мерзкое животное! Отпусти сейчас же!

От гнева волосы на её голове встали дыбом. Волк ещё крепче сжал челюсть и зарычал. Он охранял хозяина, и женская красота, лишившая хозяина разума, на него совершенно не действовала. Девушка не знала, как справиться с непослушным зверем. Она кружила вокруг пленника, но как вырвать его из зубов волка, не знала.

Она услышала шорох и посмотрела в сторону. Её внимание сразу переключилось на другого путника, которого она сразу не заметила. Вет, как назло, переворачиваясь на другой бок, задел рядом росший куст. Она подлетела к Вету и протянула руку к его сердцу, но тут увидела, как из тела путника появилась огромная голова дракона и охватила её руку зубами. Попытка вырваться из таких объятий ни к чему не привела. Она попыталась свободной рукой наложить на дракона чары, но и это не помогло, а лишь разозлило его. Дракон — хранитель отделился от хозяина и стал кружить над поляной, всё держа в зубах её руку и при этом увеличиваясь в размерах. С каждым кругом цвет его тела менялся и стал наконец почти чёрным. В его взгляде были злость и гнев. Раньше он никогда не сталкивался с призраками, а так как разомкнуть рта он не мог, то решил связаться с ней мысленно.

«Кто ты? И что делаешь с людьми, захватив их сердца в плен?»

«Отпусти», — взмолилась она.

«Отвечай!» — заревел дракон и выпустил её руку.

Она никуда не улетела, и они так и продолжали парить над землёй — белый призрак девушки и синий дракон.

«Вы не сможете покинуть эту поляну, не спустившись ко мне в подземелье. Вот уже тысячу лет каждый путник, желающий передохнуть ночью возле моего замка, проходит через чары любви. Одни — любви к золоту и серебру, другие — любви к женской красоте».

«А когда они проходят через подземелье, с чем возвращаются?»

«Никто ещё не вернулся. Их останки покоятся рядом со мной».

«Да как смеешь предлагать мне такую сделку? Ты, собирательница душ!» — закричал дракон и накинулся на призрак, пытаясь вновь поймать зубами.

Но поймал лишь бледную пустоту.

«Ни у них, ни у меня нет другого выхода», — услышал он печальный голос, донёсшийся от развалин замка.

Дракон кружил над поляной, ожидая, когда вновь появится призрак, но время шло, а девушка так и не появлялась.

Он посмотрел на всё так же стоящего Майера, лицо которого выражало умиление и счастье. Дракон опустился на землю и стал ходить взад-вперёд, разговаривая вслух сам с собою.

— Надо же было остановиться в этом проклятом месте.

А что оно проклято, теперь понятно. Он посмотрел на волка, всё так же державшего за ногу хозяина.

— Что ты его всё держишь? Отпусти, она ведь улетела.

Волк едва ослабил хватку, как Майер тут же попытался сделать шаг в сторону развалин.

— Обстоятельства намного хуже, чем я ожидал. Что будем делать? — спросил дракон волка, понимая, что тот совсем не помощник в таком вопросе. — Попробуем снять проклятие рунами.

Он попробовал начертить руну очищения, но как только начинал чертить, та сразу исчезала. От возведения других рун пользы было столько же. Появились первые проблески рассвета, а дракон всё ходил по поляне, перебирая в уме все мыслимые и немыслимые заклинания, ища выход из ловушки, в которую они попали. С рассветом положение не изменилось, а стало ещё хуже. Как только первые лучи солнца коснулись Майера, он упал. В беспамятстве катаясь по земле, он кричал и звал кого-то по имени. Понять что-либо было невозможно, потому что говорил он на незнакомом языке. Когда это началось, Вет подскочил к нему и пытался помочь, но ни разбудить, ни привести его в чувство не удалось. Вет побежал в город за лекарем, чтобы тот осмотрел и помог учителю, но на какую тропу он не вставал — все они приводили назад, к развалинам замка. Устав от беготни, он сел и вызвал дракона — хранителя. Когда тот оказался напротив, спросил:

— Кажется, это место не хочет нас отпускать. Можешь ответить, что произошло здесь ночью?

Дракон-хранитель стал рассказывать, да только голоса у него не было, мысленно связаться с хозяином тоже не получилось. Вет сел и задумался, с тоской посматривая на родные, видневшиеся вдали стены дома. Сколько раз он бегал здесь ребёнком, но ничего ведь не происходило, хотя он помнит рассказы об иногда пропадавших дозорных. Но как теперь связать рассказы с этим местом, он не знал, спросить тоже было не у кого, оставалось сидеть и ждать ночи. День тянулся долго. Вет сидел рядом с учителем, смачивал его пересохшие губы водой, и если тот в очередной раз пытался вскочить, наваливался на него всем телом и держал до тех пор, пока тот не успокаивался. С наступлением сумерек Майер лежал тихо, и только губы что-то шептали. Вет наклонился и стал прислушиваться. Среди непонятных слов несколько раз послушалось «моя королева». На душе у Вета сразу стало легче — вот она, зацепка. Так, значит, ночью их посещала девушка. А что за девушка? После посещения которой его учитель лежит без сознания, а дракон не может говорить. Нет, говорить, конечно, он может, да только беззвучно. С наступлением темноты Вета стало клонить в сон, он попытался встать и походить, но ноги налились такой тяжестью, что нельзя было на них устоять. Не спать, только не спать — говорил он себе раз за разом. Последнее, что он слышал, — рычание волка. Промелькнула мысль: значит, пожаловала. Сначала девушка-призрак подлетела к Майеру, лежавшему на земле. Волк оскалил пасть и зарычал, предупреждая, что будет драться за хозяина. Она хотела протянуть руку, но Майер открыл глаза и попытался встать. Волк опять схватил его ногу своими зубами. Она посмотрела с грустью на волка и сказала:

— Глупый защитник, ты не сможешь вечно удерживать хозяина, без пищи вы все умрёте. Хотя, может, это и лучше — умереть здесь без еды, чем лежать в проклятом подземелье целые века.

Она опять взглянула в глаза Майеру, и её холодное сердце дрогнуло: перед ней стоял мужчина, взгляд которого совершенно ясно выражал сожаление, печаль, боль, жалость и что-то ещё, чего она никогда не видела в глазах мужчины за столько лет существования. Она отпрянула, мужчина вновь попытался идти