Найди меня, держи в своих руках – не отпускай - Ольга Токарева

Осмотр академии Ривск ничего не дал, и Кэмбел рвал и метал. Он нутром чувствовал, что принцесса где-то рядом, но поиск не принес результатов. Мало того, когда он намекал на нестандартную внешность Эйлихан, все с удивлением смотрели на него, уверяя, что девушки с подобной внешностью никогда не видели.

Прогуливаясь в вечернее время по аллее опустевшей академии, Кэмбел обдумывал дальнейший поиск принцессы. Услышав пыхтение с обратной стороны каменой кладки забора, он остановился, решив посмотреть на ночных визитеров. Все что угодно надеялся он увидеть, но не симпатичное молоденькое личико девушки. Перекинув ногу через забор, она осторожно спускалась, цепляясь за лианы дикого винограда. За ней через забор перелезла другая девушка. Ее платье зацепилось за сухой сучок лианы, ткань затрещала, и девушка осыпала его бранью, заодно вспомнив каких-то зверюшек из низшего мира.

Первая девушка повисла на лиане примерно в метре над землей. Она спрыгнула и, подняв голову, замерла, уставившись на Кэмбела во все глаза.

Вторая проказница, спрыгнув примерно с двухметровой высоты, немного посидела, опираясь руками о землю, затем поднялась, отряхнула платье и лишь после этого подняла голову.

С прищуром осмотрев Кэмбела, она резко толкнула свою спутницу. Та, очнувшись, улыбнулась и ответила ей тем же. Изображая нос короля, она скрючила указательный палец, и обе зашлись в веселом смехе. Отсмеявшись, девушки ударили ладошками, закружились, словно ужаленные, и разбежались в разные стороны.

Их веселый смех взбесил Кэмбела. Сначала он бросился за одной, но быстро понял, что не догонит ее. Тогда он резко развернулся и побежал за другой, закипая от гнева. Еще никто так открыто не высмеивал его нос, тем более какие-то малолетние пигалицы. Знать бы еще, какая из них над ним надсмехалась? Впервые он видел столь схожих на лицо близнецов.

Поняв, что девушка сейчас от него ускользнет, он пустил ей вдогонку воздушный вихрь. После двух женитьб его магическая сила значительно увеличилась, и теперь он с легкостью пользовался ею. Кэмбел остановился, отдышался и перешел на медленный шаг. Подойдя к лежащей на земле девушке, с наслаждением в душе он поднял ее магией воздуха и закружил, с блаженством наблюдая за перекошенным от страха лицом.

Внезапно по спине Кэмбела прошлась когтистая лапа, и в глазах резко почернело от боли. Он упал и с криками забился в истерике от страха, но мгновенно затих, когда услышал возле своего горла грубое рычание.

Почувствовав, как острые клыки вонзились в его тело и обхватили затылок, Кэмбел чуть не потерял рассудок, мысленно уже прощаясь с жизнью. К счастью, к ним подбежала вторая девушка. Она подняла упавшую на землю сестру, отряхнула ее платье, осмотрела на наличие ран и ушибов и, повернувшись, строго приказала: «Буран, брось бяку!»

Схватившись за руки, девушки переглянулись, вновь зашлись в веселом смехе и, насмеявшись вдоволь, побежали прочь, не осознавая, что своим смехом разожгли еще больший гнев в душе короля.

Злобный захват клыков исчез, но Кэмбел все равно продолжал лежать не шевелясь. Услышав скрежет острых когтей по каменной кладке дорожки, он все же не вытерпел. Чуть приподняв голову, северянин наблюдал, как огромный белоснежный хищник удалялся прочь, нервно постукивая по земле своим пушистым хвостом с черной кисточкой на конце.

Неизвестно от чего больше кипел Кэмбел — от унижения или от кровоточащих болезненных ран на спине. Скрипя зубами, он ворвался в кабинет ректора академии и, шатаясь, заорал от гнева:

— Что творится в вашей академии⁈ Меня чуть не растерзал какой-то хищник!

Рухнув на пол, король потерял сознание от болевого шока и пришел в себя уже в целительской. Гнев то захватывал его разум, то отступал от новости, что в академии Ривск никакие девушки-близнецы не учатся.

Норгиб, услышав о нападении зверя на короля северных земель, сразу понял, чей фамильяр так потрепал незваного гостя. Один раз ему довелось видеть снежного красавца. И если учесть, что фамильяры нападают лишь в том случае, если жизням их хозяек угрожает опасность…

«Ох уж эти ведьмочки. И не сидится дома дочерям лорда Аронда, вечно встревают в какие-нибудь передряги. Придется пойти на хитрость — спрятать сестер от гневных глаз короля. Да и прибытие в академию профессора некромантии Сауэла Сальского как раз ко времени. Пусть почитает ведьмочкам несколько лекций по новой малоизученной магии. Что-то общее есть между черными делами ведьм и магией смерти».

* * *

Элерия и Айрин с еще семью ведьмочками прибыли в академию Ривск на следующий день после шабаша. Головы их нещадно болели после выпитого бокала вина. На вкус оно оказалось не очень, но отказаться они не могли, иначе ведьмы-старшекурсницы выгнали бы их с праздника, да еще вдогонку шлепнули бы по ним заклятьем неудачников. А неудач у Элерии и так хватало, поэтому пришлось выполнять все условия. Да, в принципе, кроме вина ничего интересного в этом шабаше и не было.

Практически все ведьмочки академии Ривск не спали в эту ночь в своих комнатах. Небольшими группками, крадясь в ночной темноте, никем не замеченные, они преодолели преграду в виде пятиметрового ограждения и бегом понеслись между ровными рядами виноградников к речушке, берущей свое начало высоко в горах и протекающей в ложбинке оврагов. После того, как к ним присоединились припозднившиеся сестры-близнецы, ведьмы разожгли костер. Старшекурсницы, раздевшись до сорочек, танцевали возле пылающего костра.

«Дуры! Знала бы — ни за что не пошла бы на этот шабаш. Можно подумать, очень интересно смотреть на их голые титьки… Вот и пришлось от безделья вместо одного фужера вина пригубить еще пару… Только Айрин об этом знать не надо. Она умной оказалась: положила голову ко мне на колени и уснула. Может, от пережитого недавно страха, а может, на нее так подействовал бокал вина. Надо же было так неудачно попасться этому кривоносому мужчине. Сколько лазали через забор в этом месте, никогда ни на кого не нарывались. Лишь бы отец не узнал, а то точно переселит нас из общежития в родовой замок, и тогда прощай, вольная жизнь. Хорошо, на неделю нашу группу отправили в академию Ривск, вот где развернусь».

Глаза Элерии хищно блеснули; сев на кровать, она попрыгала, проверяя матрас на мягкость.

— Слушай, Айрин, а здесь ничего… жить можно. Осталось только вещи по полкам раскидать, и можно будет — теперь уже на правах законных адептов — исследовать все лаборатории академии Ривск.

— Давай лучше завтра ознакомимся, а сегодня у меня что-то голова болит, и тело как-то