Измена. Жена на полставки - Екатерина Мордвинцева

Впереди — только счастье.

Через год книга вышла.

Я подарила экземпляр Олегу, детям, внукам.

— Бабуля, ты — писательница? — спросил Миша, рассматривая обложку.

— Немножко, — я улыбнулась.

— Ты — талант, — сказал Олег, прочитав рукопись. — Я всегда это знал.

— Это ты — талант, — я покачала головой. — Талант любить.

— Это мы оба, — он обнял меня.

Книгу заметили, стали рецензировать, советовать друзьям. Я не стала гнаться за славой — просто радовалась, что моя история помогает другим.

Женщины писали мне в соцсетях, благодарили за надежду, за то, что я показала — даже в самые тёмные времена можно найти свет.

— Вы меня спасли, — писала одна. — Я уже хотела вернуться к мужу-тирану, но прочитала вашу книгу и поняла — я достойна большего.

— Не я вас спасла, — отвечала я. — Вы сами. Я только показала дорогу.

Это было важно.

Это имело смысл.

Вся моя жизнь — теперь имела смысл.

* * *

Олег

Она сидела на веранде, смотрела на закат и улыбалась.

Я стоял в дверях, не решаясь войти, чтобы не спугнуть это мгновение. Света стала ещё красивее с годами — седина в волосах, морщинки у глаз, но взгляд — такой же живой, как в тот день, когда ворвалась в мой кабинет с чемоданом и криком: «Да в гробу я видела вашу фирму!»

Я тогда испугался — не за фирму, за неё.

Потому что понял: это тот момент, когда всё меняется.

И не ошибся.

— Что стоишь? — она обернулась, улыбнулась. — Иди сюда.

Я подошёл, сел рядом, взял её за руку.

— О чём думаешь?

— О том, как быстро летит время, — она вздохнула. — Миша уже в школу пошёл, Софа — в медицинском, Даша скоро замуж выходит.

— Кто? — удивился я.

— Пока никто, — она засмеялась. — Но я знаю, что это скоро.

— Откуда?

— Сердцем чувствую.

Я сжал её ладонь.

Семь лет.

Семь лет счастья, о котором я не смел мечтать.

— Олег, — позвала она.

— Да?

— Ты жалеешь?

— О чём?

— О том, что связал свою жизнь с разведёнкой с чемоданом, — она усмехнулась.

— Ни разу, — я покачал голвой. — Ты — лучшее, что со мной случилось.

— Даже несмотря на то, что старость наступила?

— Старость — это не возраст, — я поцеловал её. — Это состояние души.

— А у нас душа молодая?

— У нас душа вечно молодая, — ответил я. — Потому что мы любим.

— Потому что мы вместе, — добавила она.

Мы сидели, обнявшись, и смотрели, как солнце садится за горизонт.

Где-то в доме играл Миша, Даша что-то шила, Елена Федоровна готовила ужин.

Наша жизнь.

Наша семья.

Наше счастье.

— Света, — я повернулся к ней.

— М-м-м?

— Я люблю тебя.

— Я тебя больше, — она улыбнулась.

— Не может быть, — сказал я, как тогда.

— Может, — ответила она, как тогда. — Я — твоя жена. Я всё могу.

Я засмеялся, обнял её, прижал к себе.

Звёзды зажигались одна за другой.

Ночь обещала быть тёплой.

* * *

Через десять лет…

Миша закончил школу, поступил в университет на факультет дизайна. Даша вышла замуж за хорошего парня — Андрея, который работал в её магазине водителем. Скромная свадьба, домашний уют, рождение внука — маленького Олега, названного в честь деда.

Софа стала врачом, работает в больнице, помогает людям. Она часто приезжала к нам, советовалась, как быть в сложных ситуациях.

— Бабуля, я боюсь, — говорила она.

— Чего? — спрашивала я.

— Что не справлюсь.

— Справишься, — я гладила её по голове. — Ты — сильная. Ты — моя внучка.

Она улыбалась, обнимала, уходила.

И я знала — справится.

Коля и Алла переехали в свой дом — купили небольшой домик в пригороде, развели кур, посадили огород. Они были счастливы — по-своему, тихо, без надрыва.

Юра и Катя всё так же жили в соседнем городе, растили Машу и ждали второго ребёнка. Катя говорила, что хочет мальчика. Я молилась, чтобы всё прошло хорошо.

Моя мама — я часто ходила на её могилу, приносила цветы, сидела на скамейке, разговаривала.

— Ты не представляешь, как много у нас внуков, — шептала я. — Ты бы гордилась.

Я верила, что она слышит.

Что она там, на небесах, смотрит на нас и улыбается.

Мы с Олегом старели медленно.

С возрастом я стала больше ценить каждое прожитое мгновение. Утро с чашкой кофе, вечер с бокалом вина, разговоры ни о чём, прогулки по саду.

— О чём ты думаешь? — спросил он однажды.

— О том, что смерть не страшна, — ответила я.

— Почему?

— Потому что я успела всё, что хотела, — я посмотрела на него. — Любить, родить детей, вырастить внуков, написать книгу. И главное — быть с тобой.

— А я ещё не хочу умирать, — сказал он. — Мне есть ради чего жить.

— Ради чего?

— Ради тебя, — он поцеловал меня в висок. — Ради нашего завтра.

— Наше завтра будет, — я взяла его за руку. — Обещаю.

Мы сидели на веранде, слушали, как шумит ветер в листве, и молчали.

В этой тишине была целая жизнь.

Наша жизнь.

* * *

Светлана…

Я веду этот дневник уже много лет.

Пишу о том, что случилось, о чём думаю, чего боюсь. Потомки прочитают и узнают — мы жили, любили, страдали, радовались.

Мы были счастливы.

Не всегда, не каждый день, но — счастливы.

Сегодня утром Миша позвонил, сказал, что влюбился. Девушку зовут Лена, она учится на архитектора, красивая, умная, добрая.

— Ты её достойна? — спросила я.

— Постараюсь быть, — ответил он.

— Молодец, — я улыбнулась. — Любите друг друга.

— Обязательно, — пообещал он.

Я отключилась и посмотрела на Олега. Он сидел в кресле с книгой, в очках, с седой бородой — красивый, родной.

— Ты слышал? — спросила я.

— Слышал, — он отложил книгу. — Внуков нам будет не сосчитать.

— Это хорошо, — я встала, подошла к нему, обняла. — Семья — главное.

— Любовь — главное, — поправил он.

— Любовь, — согласилась я.

Он поцеловал меня — как тогда, в первый раз.

Нежно, трепетно, навсегда.

Я не знаю, сколько нам осталось.

Год, два, десять лет.

Но я знаю одно — каждый день, каждый час, каждую минуту я буду рядом с ним.

Потому что он — моя жизнь.

Моя любовь.

Моё счастье.

А всё остальное — просто слова.

* * *

Олег (запись в дневнике Светы)

Я попросил у неё разрешения написать последнюю страницу.

Она улыбнулась, кивнула, вышла на веранду пить чай.

Я сидел за её столом, смотрел на фотографии наших детей, внуков, правнуков, и думал о том, как много мы успели.

Двадцать лет вместе.

Двадцать лет счастья.

Я помню