Альфа. Порочный плен - Ника Горская

недовольство. — Ты ведь знала, что мы истинные, как минимум это могло послужить для тебя гарантией того, что я не откажу в помощи.

— Мне было страшно.

И это действительно так.

Даже вспоминать не хочу то, что я пережила за последние несколько месяцев.

— Утром поедем заберём твоего брата. — уверенно говорит Демид.

— Там возникли сложности. — пытаюсь объяснить, что ситуация гораздо серьёзнее, чем кажется. — Они требуют от меня…

— Перестань, Поля. — не даёт мне договорить. — Сказал заберём, значит так и будет.

Душа начинает метаться от радости, потому что я ему верю.

Пусть с опозданием, с кучей совершенных ошибок, с ворохом упущенных возможностей и несказанных слов, но верю…

— Я люблю тебя. — на пике эмоций, уткнувшись лицом в его шею, признаюсь в чувствах. Вдыхаю его запах — терпкий, мужественный, родной.

Запах, который сводит меня с ума.

Демид замирает, кажется, даже на какое-то время перестаёт дышать. Чувствую, как напрягаются его мышцы.

Потом он плавно переворачивает меня на спину, смотрит в глаза долгим, пронзительным взглядом, в котором отражается вся глубина эмоций, вызванных моим признанием.

Его губы находят мои. Поцелуй — нежный, трепетный, и в тоже время полный страсти и огня. Поцелуй, который говорит больше, чем тысячи слов. Поцелуй, который стирает все границы и сомнения…

Глава 51

Полина

Утром ощущаю странное смущение.

Пока идём к припаркованному во дворе гостинице автомобилю, бросаю на Демида робкие взгляды.

Сейчас всё случившееся между нами накануне, кажется чем-то нереальным. Но слишком ощутимое покалывание в основании шеи убеждает меня в обратном.

Пока едем в детский дом, Демид рассказывает о состоявшейся встрече со старейшинами.

Слушаю его, мыслями постоянно уплывая в прошедшую ночь.

Я призналась ему в своих чувствах!

Да, я сделала это на эмоциях, но это правда.

Я действительно люблю его.

И даже весь тот негатив что был на протяжении всего времени, что мы знаем друг друга, как-то забылся…

Это действие крови оборотня во мне. Ведь задуманное природой так просто проигнорировать нельзя.

У людей с этим всё намного проще.

Ты либо нравишься, либо нет.

У двуликих всё иначе.

После пробуждения связи истинных ты смотришь на своего избранного по-другому. Испытываешь столь сильное притяжение, которому противиться нет никакого желания.

Это заложено в оборотнях с момента появления на свет.

И вот это сбивает с толку.

Задумываюсь о том, что ко мне испытывал Астахов до того, как узнал, что мы пара?

Ведь он не заикнулся о чувствах.

Нет, мне не нужно ответное признание. Вовсе нет. Но чувствую себя в высшей степени некомфортно вспоминая, что он ни разу не проявил заинтересованность во мне. Вне постели.

Да страсть была и есть, но это ведь не равно любовь.

В общем я запуталась…

— Нужно будет оборудовать детскую. Купить всё необходимое. — голос Демида вырывает меня из канители беспокойных мыслей. — Составишь список всего что нужно мальчику.

— Ярослав.

— Что?

— Моего брата зовут Ярослав. — зачем-то акцентирую на этом внимание.

— Понял. — отвечает сухо и замолкает.

До самого детского дома никто из нас больше не предпринимает попыток заговорить.

Понимаю, что на ровном месте себя накручиваю, но ничего с этим поделать не могу.

Моему удивлению нет границ, когда я замечаю, что в месте откуда меня разве что в спину не выпихивали, сегодня нас принимают как самых важных гостей. А увидев расшаркивания директрисы перед Астаховым вообще немею.

Прикрываю глаза, только сейчас признавая какая я дура…

Самая настоящая.

В эту самую секунду приходит полное осознание того, что мне стоило тогда решится довериться Демиду. И всего этого кошмара не было бы.

А так…

Я загнала в угол не только себя, но и добавила лишних страданий маленькому брату.

Сглатываю, чувствуя, как где-то глубоко внутри закручивается истерический вихрь. Прилагаю неимоверные усилия, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слёзы. Горькие, и уже бесполезные слёзы сожаления.

Почему я верила в силу подлого Романа и не верила в Демида?

Только мысль о скорой встрече с братом не даёт мне расклеиться окончательно.

На подписание всех необходимых документов уходит максимум минут пять и вот нас уже ведут в то крыло здания, где проживают малыши возраста Ярика.

Сердце бешено колотится в груди, дыхание сбивается. С каждым шагом я приближаюсь к важному моменту в моей жизни.

Длинный, серый коридор, тусклый свет, запах хлорки и детского несчастья. В этих стенах время застыло, превратившись в нескончаемую череду одиночества и боли. Здесь живут брошенные дети.

Дети, которым не повезло родиться не у тех родителей.

Трясусь вся, когда мы оказываемся у нужной двери. Медленно открываю её, заглядываю внутрь.

В один короткий миг весь мой мир сужается до крохотного, хрупкого силуэта моего шестилетнего брата.

Он сидит на полу, окруженный игрушками, и рисует карандашом в альбоме. Но, поднимает голову услышав, как открывается дверь.

Увидев меня, он резко вздрагивает, глазки расширяются от удивления.

И неверия…

Замер, как и я.

Пространство между нами будто молниями пронзает.

Спустя короткое мгновение он вскакивает, бросает карандаш, и с криком, полным радости и изумления, бежит ко мне.

— Полина!

Я падаю на колени, хватаю его в охапку, прижимаю к себе, вдыхая такой родной запах.

— Ты приехала. Ты меня заберёшь? — спрашивает, вжавшись в меня всем телом. — Заберёшь меня? Да, Полина?

В его голосе столько тревоги и страха, что я не выдерживаю и начинаю рыдать.

— Да-да! Заберу! — шепчу сквозь слёзы и всхлипы. — Прямо сейчас заберу!

— Я знал, что ты придёшь. Я так ждал тебя. — вытирая ладошками мои щёки, говорит брат.

— Поля, прекращай. — слышу за спиной твёрдый голос Демида. — Не расстраивай парня. Давайте уже покинем это место.

Киваю, поднимаясь на ноги.

Беру Ярика за руку и вместе с ним иду в обратном направлении.

Малыш всё время оборачивается, настороженно глядя на идущего за нами Астахова.

До меня не сразу доходит что я их не представила друг другу.

Делаю это когда мы подходим к автомобилю.

— Ярослав это мой… — медлю не зная, как правильно обозначить перед ребёнком свои отношения с Альфой. — Это мой хороший друг.

— Демид. — Астахов сам представляется моему брату и по-мужски протягивает для пожатия руку.

— Ярослав. — малыш тут же охотно её пожимает.

Вообще никогда не замечала за ним рвения к общению, тем более с малознакомыми людьми, но, к моему огромному удивлению, почти всю дорогу до стаи Ярик засыпает Альфу вопросами.

— А мы теперь члены твоей стаи, да? — спрашивает с детской непосредственностью.

Сохранять невозмутимость не получается.

Меня этот вопрос тоже волнует. Потому что я совершенно не понимаю в