Мой темный палач. Печати Бездны - Любовь Сергеевна Черникова

Я задумалась. Лисенок мог привлечь ненужное внимание. Слишком уж он необычный.

— Рыжик, признайся, есть шансы наткнуться на того, кто тебя таким сделал?

Мне понравилось, что он не торопился отвечать. Только понурился сильнее.

«Ты права. Мне опасно показываться в Хьюборге», — наконец ответил он.

— Не грусти, маленький. Мы обязательно с тобой куда-нибудь сходим, а пока ты очень нужен мне здесь. Присмотришь за домом, за местными и особенно за детками. Понапрасну только не рискуй, но примечай, что происходит. Заодно проверь, куда направлялся отряд, который видели прошлой ночью криспы, если получится. Запомни их запахи, ладно?

Осознав, сколько всего полезного предстоит сделать, лисенок приободрился, и мы отправились на кухню. Григора я прихватила с нами, чтобы за завтраком обсудить предстоящую поездку.

— Боюсь, с ведром слишком много возни. Оно может опрокинуться, или кто-то случайно воду выплеснет. Да и не хочу я, чтобы кто-то знал, что я везу тебя с собой. Нужно срочно придумать, как решить эту проблему. Есть идеи?

Григор и Рыжик принялись совещаться.

«Он поместится в бутылку или фляжку с водой», — передал мне слова криспа Рыжик.

— Правда? Отлично! Кину туда абгранд на всякий случай, а по ночам буду тебя выпускать на прогулку.

«Идеально!» — перевел реакцию Григора лисенок.

— По пути я оставлю абгранды у всех водоемов, чтобы ты и твои друзья могли по ним добраться до Хьюборга и вернуться в любой момент, если понадобится. Григор, ты сможешь отыскать эти камни, не зная, где они точно расположены?

— М! — Уверенно кивнул дух.

«Абгранды для криспов светятся, будто маяки. Григор без труда нашел те, что ты оставила для эксперимента».

— Это очень хорошо! — подытожила я, радуясь, что моя задумка удалась. — Вернемся с ярмарки, раскидаем абгранды вокруг деревни со всех сторон, чтобы криспы могли помогать в поисках пропавших жителей, скотины и оповещать деревенских о подозрительных личностях. Ну или просто прогуливаться.

Григору моя идея очень понравилась, и мы сошлись на том, что так криспы и люди смогут подружиться и даже приносить пользу друг другу.

Позавтракав, я убрала со стола и перепроверила собранные вещи. Кроме абграндов, в моем рюкзаке был комплект сменного белья и небольшой запас провианта. Проверив перед выходом фляжку, я выругалась. В ней так и осталась черная кровь вермихтона.

— Вот был бы номер, если бы я ее хлебнула!

К счастью, запах был довольно специфический, чтобы вовремя заметить, что здесь что-то не так. Фляжку я заменила, а эту оставила дома. Может, зря я ее испортила? Отмыть уже вряд ли получится.

Еще раз проверив накопители в ошейнике у Рыжика, удостоверилась, что все заряжены под завязку, и расцеловала лисенка в мокрый нос на прощание. Затем Григор забрался во фляжку, а Рыжик подтвердил, что ему там удобно.

«Ты можешь из нее даже пить, ничего не опасаясь», — заявил Рыжик.

— Ну нет! — скривилась я.

«Я же пил из его ведра, и ничего», — привел убойный аргумент лисенок и добавил: — Григор говорит, что это его бесит, но тебе он разрешает. Только всю воду не выпивай».

— Не стану я пить. Я с собой еще одну фляжку взяла, — успокоила их я.

Благо в запасах Йоланды их было прилично. Видимо, к фляжкам прежняя хозяйка дома относилась, как к расходному материалу, вроде тех же колб и пузырьков.

Едва мы закончили с важными приготовлениями, как снаружи прокричали:

— Сейрина Ада, пора! Вы едете?

Глава 24

Фургоны, запряженные парами низкорослых горных бычков, выстроились вереницей на главной улице. Небольшие, флегматичные, но очень выносливые и сильные животные с размашистыми внушительными рогами и длинными челками были еще и очень симпатичными. Удивительно, что я до сих пор ни разу не видела их в деревне.

— Какие хорошенькие! Можно погладить? — спросила я у Ивара.

— Да гладьте на здоровье, сейрина. Вот, и морковкой можете угостить. — Он протянул мне несколько плодов.

— Глядите-ка, сейрина Ада новых друзей нашла! — заметила крупная дородная женщина смеясь.

— Ну все, теперь себе тоже таких заведет, — добавила шутливо Малла.

— А у меня как раз теленочек подрастает. Могу вам продать, — предложил один из мужиков.

— Ну, хватит! Ада! Забирайся к нам, и поехали! — смеясь, поторопила меня колдунья, призывно махнув рукой.

Раздался свист, и наш небольшой обоз из трех фургонов тронулся. Я ловко на ходу заскочила в третий к другим женщинам. Фыркали бычки, колеса мерно поскрипывали, повозки мерно покачивались на рессорах, а впереди неровной лентой вилась узкая горная дорога, увлекая нас на восток.

Моих соседок звали Катиль и Гунна. Всего на ярмарку в этом году отправилось четыре женщины, считая меня и Маллу.

Катиль, крупная, смуглая, громкоголосая и бесцеремонная, с простым обветренным лицом и большими руками постоянно поддевала всех подряд, но на нее привычно не обращали внимания. И я тоже решила не реагировать, явно же, она не со зла. Просто привычка у нее такая. Гунна была полной ее противоположностью. Худая, бледная и молчаливая. Но не слабая, а скорее, жилистая. Она предпочитала обходиться кивками и жестами там, где можно было обойтись без слов. Катиль было сорок, Гунне чуть больше пятидесяти. Обе женщины пользовались в деревне уважением, судя по тому, как к ним относились окружающие.

Позади нашего фургона величаво плыли две магические платформы, на которых лежала туша побежденного мной червя. Вопреки опасениям, она не завонялась. Плоть словно бы окаменела за прошедшую ночь, а шкура посерела и теперь мягко мерцала на солнце. Выглядело это даже симпатично.

Примерно через полчаса пути мы достигли ущелья, из-за которого деревня и получила свое название — Заячья Губа. Скалы подступали к самой дороге, и проезд был настолько узким, что было очевидно — платформы с червем здесь не протиснутся.

— Ущелье наверху расступается в стороны. Просто поднимем их повыше, — предложил выход Ивар и принялся колдовать над какой-то коробочкой.

Туша вермихтона, как назвал это чудовище Ульдрахор, медленно взмыла на высоту двухэтажного дома.

— Пройдет! Пролезет! — подтвердил один из охотников, посланный следить со стороны.

Ивар осторожно двинул платформы вперед, а когда они миновали ущелье, снова вернул их на прежнюю высоту.

— Получилось! — обрадовался он.

— Заряда-то до города хватит? — забеспокоился кто-то из пожилых мужчин.

Ивар снова посмотрел на коробочку и посетовал:

— Надо же! Наполовину