Ты меня бесишь - Екатерина Мордвинцева

Вкус её губ. Вкус её страха. Вкус её силы.

* * *

Вечером Лира решилась выйти из комнаты. Сидеть взаперти было невыносимо — стены давили, тишина звенела в ушах, а собственные мысли заводили в такие дебри, из которых было не выбраться.

Она прошла по коридору, мимо закрытых дверей, и вышла в гостиную. Там горел приглушённый свет, и в кресле у окна сидел Дэймон.

Он не обернулся. Сидел, глядя на город, и в свете ночных огней его профиль казался высеченным из камня.

— Не спится? — спросил он, не поворачивая головы.

— Душно, — ответила Лира.

— Садись.

Она помедлила, но подошла и села на диван напротив него. Между ними был стеклянный столик с бутылкой вина и двумя бокалами. Он что, ждал её?

— Пей, — кивнул он на вино. — Расслабит.

— Я не хочу расслабляться, — огрызнулась Лира. — Я хочу понять, что дальше.

— А что дальше? — он повернулся к ней. В его глазах плясали отблески огней. — Дальше ты живёшь здесь. Я разбираюсь с твоим бетой. Когда всё закончится — решишь, что делать.

— А ты? — спросила она прямо. — Ты чего хочешь?

Он посмотрел на неё долго, тяжело. Так, что у неё перехватило дыхание.

— Я хочу понять, — медленно произнёс он, — почему от одной мысли, что эти шавки заберут тебя, у меня внутри всё переворачивается. Почему я готов порвать их голыми руками, хотя ты мне никто. Почему я не спал всю ночь, прислушиваясь, дышишь ли ты за стеной.

Лира замерла. Она не ожидала такой откровенности.

— Это… Это что-то значит? — спросила она тихо.

— Это значит, что у нас проблема, — ответил он жёстко. — Большая проблема. И я пока не знаю, как её решать.

Он поднялся, подошёл к окну, встал спиной к ней.

— Ложись спать, Лира. Завтра будет трудный день. Мне нужно ехать в совет, объяснять, почему я укрываю беглую волчицу и почему не отдал её стае.

— Тебе грозит опасность? — спросила она, и в голосе невольно проскользнула тревога.

Он усмехнулся, не оборачиваясь.

— Волнуешься?

— Просто спросила.

— Опасность? — он повернул голову, и в полумраке блеснула хищная улыбка. — Я — опасность, Лира. Для всех, кто посмеет встать на моём пути. Иди спать.

Она поднялась, прошла к двери в коридор. Остановилась.

— Дэймон.

— М?

— Спасибо. Не за то, что спас. За то, что не отдал.

Он молчал. И Лира ушла, оставив его одного в тёплом сумраке гостиной.

Дэймон смотрел на дверь, за которой она скрылась, и сжимал подоконник с такой силой, что мрамор пошёл трещинами.

— Истинность, — выдохнул он в пустоту, и это слово прозвучало как проклятие.

Глава 3

Утро встретило Лиру серым, тягучим светом, просачивающимся сквозь панорамные окна. Она не спала. Всю ночь ворочалась, прислушиваясь к звукам чужого дома, к шагам охраны за дверью, к собственному сердцу, которое никак не хотело успокаиваться.

Мысли роились в голове, как встревоженные пчёлы. Рихард не отстанет. Крон, про которого говорил Дэймон, тоже наверняка замешан в этой истории. А она — маленькая пешка, которую перекидывают с доски на доску, не спрашивая согласия.

Где-то в глубине пентхауса хлопнула дверь. Лира напряглась, прислушиваясь. Голоса — мужские, резкие, взволнованные. Потом звук шагов, удаляющихся к лифту. И тишина.

Он уехал.

Лира выдохнула, сама не зная, облегчение это или разочарование. С одной стороны, его присутствие выбивало из колеи, заставляло сердце биться чаще, а мысли — путаться. С другой, когда он был рядом, она чувствовала себя в безопасности. Как бы абсурдно это ни звучало.

Она встала, натянула вчерашнюю одежду (другой не было) и вышла в коридор. Пентхаус встретил её тишиной и запахом кофе. На кухне, которая оказалась частью огромной гостиной, суетился молодой волк из охраны — тот самый, что приносил еду вчера.

— Господин Дэймон просил передать, что вернётся к вечеру, — сказал он, заметив Лиру. — Завтрак готов. Что пожелаете?

— Кофе, — хрипло ответила Лира. — И можно мне какую-нибудь одежду? Свою я уже третьи сутки ношу.

Парень слегка покраснел, кивнул и исчез. Через полчаса в её комнату доставили несколько пакетов из дорогих магазинов — джинсы, футболки, свитера, даже нижнее бельё. Лира смотрела на всё это великолепие с подозрением. Она не просила такого количества. И уж точно не просила нижнее бельё от брендов, названия которых она даже прочесть не могла.

— Это всё оплачено, — сказал охранник, перехватив её взгляд. — Господин Дэймон распорядился.

— Он щедр, — процедила Лира сквозь зубы.

Она выбрала самые простые джинсы и чёрную водолазку, оставив остальное в пакетах. Не хватало ещё чувствовать себя обязанной этому высокомерному альфе.

День тянулся бесконечно. Лира бродила по пентхаусу как неприкаянная, рассматривая книги на полках (в основном деловую литературу и классику), трогая холодный металл скульптур, вглядываясь в ноутбук, оставленный на столе (запаролен, конечно). Она чувствовала себя чужой в этом стерильном великолепии. Зверем, случайно забредшим в витрину ювелирного магазина.

Ближе к вечеру, когда за окнами снова зажглись огни, она услышала шаги в коридоре. Не охранник — тяжелее, увереннее, злее.

Дэймон ворвался в гостиную, как ураган. Пиджак был расстёгнут, галстук съехал набок, в глазах полыхала ледяная ярость. Он даже не взглянул на неё — прошёл к бару, налил полный стакан виски и опрокинул в себя одним махом.

— Что случилось? — спросила Лира, поднимаясь с дивана.

Он обернулся. Взгляд тяжёлый, прожигающий насквозь.

— Садись, — сказал он глухо. — Разговор есть.

Лира села. Внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.

Дэймон налил ещё виски, но пить не стал — просто сжимал стакан в пальцах, глядя на неё.

— Был совет, — начал он. — Трое альф, включая Крона. И твой бета.

— Рихард был на совете альф? — изумилась Лира. — Он же никто, простой бета.

— Его привёл Крон, — жёстко усмехнулся Дэймон. — Как свидетеля. Как потерпевшего. Как того, кто требует справедливости.

Лира похолодела.

— И что они требовали?

— Твоей выдачи, — Дэймон поставил стакан на стол с глухим стуком. — И наказания для меня за укрывательство преступницы, убийцы и воровки. Всё по списку, красиво упаковано.

— Но это же ложь! — вырвалось у Лиры.

— Я в курсе, — огрызнулся он. — Но совету нужны не факты, совету нужен результат. Крон давно точит на меня зуб. Ему нужно ослабить мою стаю, отжать территорию, получить доступ к моим контрактам. А ты — идеальный повод.

Лира молчала, переваривая информацию. Выходит, она не просто пешка в мелких разборках Рихарда. Она стала инструментом в большой игре. В игре, где ставки — жизни сотен волков.

— И что теперь? — спросила она тихо.

Дэймон посмотрел на