Танец С Врагом. Эхо потерянных воспоминаний - Алекса Корр

Но ответом мне была тишина…

И только холодный голос дракона разрезал эту липкую тишину спустя несколько томительных минут ожидания:

— Ты закончила? Тогда пошли.

Он развернулся и направился в сторону выхода, а я обессиленно опустилась на колени перед статуей и тихо, чтобы меня не услышал Кайл, прошептала:

— Это твое наказание мне, да? За мою ошибку в прошлой жизни? Но как бы там не было, я благодарна тебе за шанс, который ты мне дал, за то, что он жив и я сделаю все, чтобы это так и было… Спасибо! — призвала свою магию и направила ее в сторону жертвенной чаши, в виде преподношения, после чего встала, смахнула набежавшие слезы и поспешила к дракону, который остановился около дверей в Храм и обернулся в мою сторону.

И, конечно же, я не увидела, как из жертвенной чаши за моей спиной поднялось небольшое облачко голубого цвета, которое поднялось под потолок, на короткий миг приняло форму крыла дракона и растаяло в воздухе.

Кайл

Когда-то я любил бывать в этом Храме и даже слышал ответы бога на мои обращения. Но после гибели Кэйси он перестал мне отвечать. Наверное, я тогда его сильно оскорбил, высказываясь жестко в его адрес и сомневаясь в его милосердии.

Я перестал приходить в этот Храм и вот сегодня переступил его порог впервые за двести лет. За прошедшие годы тут ничего не изменилось и на мгновение накатила тоска. Сколько часов я провел тут, прося вернуть мне жену или позволить уйти за ней? Даже сам не смогу сказать.

Этот Храм стоит очень удаленно и сюда никогда не ступала нога человека, но это девчонка… Она вела себя здесь очень уверенно: безошибочно нашла место, где хранился ритуальный кинжал, сама сделала подношение кровью, а потом уверенно произнесла слова своей клятвы, хоть и понимала, скорее всего, что ложь под сводами Храма может закончиться для нее плохо.

Я и сам не знал, какого варха я ее сюда приволок. Наверное, ждал, что испугается, что начнет придумывать причины, по которым не стоит сюда лететь, но эта пигалица ничего этого не сделала. Более того, когда я перед Храмом дал ей возможность отказаться от проверки, она сама, решительно, вошла внутрь.

Такая с виду хрупкая, но со стальным стержнем внутри. Это даже вызывало уважение. А когда она, не дождавшись никакой реакции, стала взывать к божеству, мне даже стало ее несколько жаль… Столько искренности было в ее словах и мольбы… Я также в свое время умолял, но не получал ответа.

И даже вздрогнул, услышав в своей голове недовольное:

«И почему всем нужны какие-то знаки? Почему нельзя прислушиваться к своему сердцу, а не только к голосу разума? Для чего я вас наградил способностью различать ложь?»

Опешив от того, что я вновь услышал голос нашего Праотца, я мысленно засыпал его вопросами, но больше не услышал от него никакого ответа.

Пигалица стояла около статуи и с надеждой всматривалась в ее глаза.

— Ты закончила? Тогда пойдем, — бросил я и направился к выходу.

Но, не дойдя до него, остановился, услышав голос девчонки. Она стояла на коленях перед статуей и старалась говорить очень тихо, но мой драконий слух уловил ее вопрос, а потом и слова благодарности. А потом я увидел, как она собрала магию и отправила ее в жертвенную чашу. После чего встала и поспешила на выход. А за ее спиной, из жертвенной чаши появилось голубое облако, в котором мелькнуло крыло дракона прежде чем оно растаяло под потолком.

Бог принял ее благодарность и жертву.

Глава 76

Кайл

Я ничего ей не сказал. Ни слова.

Когда крыло растворилось под сводами храма, во мне не осталось ни ярости, ни облегчения. Только глухой удар где-то под ребрами — слишком тихий, чтобы назвать его верой.

Я развернулся и вышел, а девчонка поспешила следом.

Стоило выйти из Храма, я обернулся во вторую ипостась, перехватил её за талию, расправил крылья и взмыл в воздух. Она напряглась, но не вырывалась.

Ветер бил в лицо, вечерний холод отрезвлял. А в голове билась одна и та же мысль: «Бог ответил мне впервые за двести лет. И не на мои вопросы.»

Под телом зверя пролетали поля, деревни. Внизу жили люди. Мелькнуло воспоминание, как я в свое время жег такие же поселения, оправдываясь гневом и болью. Тогда я считал себя правым. Тогда мне казалось, что мир задолжал мне.

Но потом мне ясно дали понять — это я задолжал миру. И столько лет я его защищал…

Девчонка в моих лапах молчала. И это молчание было правильным.

Приземлился около замка и, обернувшись обратно человеком, направился внутрь, не сомневаясь в том, что и Вельская пойдет за мной следом. Она слишком многое поставила на кон, чтобы сейчас бежать.

Зайдя внутрь громко крикнул:

— Грэм!

Старый слуга появился через минуту и склонился в раболепном поклоне. Он мне никогда особо не нравился, чувствовалась в нем фальшь, но я был не в том положении, чтобы перебирать слуг. Мало кто хотел идти работать к Кровавому Жнецу, несмотря на то, что работа у меня хорошо оплачивалась.

— Милорд, — прошептал Грэм, не поднимая глаз.

— Отведи эту... девушку, — сделал паузу, думая, где ее поселить, — в Восточные комнаты. Дай ей все необходимое. И проследи, чтобы она была готова к ужину.

— Слушаюсь, милорд.

Бросил взгляд на девчонку, прежде чем уйти к себе. Она тоже смотрела на меня: внимательно и настороженно. Оно и понятно… Она же не видела никаких знаков и не знает о словах бога в моей голове.

Повернулся и пошел в свои покои. Мне нужно время. Мне нужно остаться одному.

Привычным движением открыл дверь тайной комнаты и шагнул внутрь, активируя осветительные кристаллы.

Портрет висел на прежнем месте. С него на меня смотрела моя Кэйси.

Такая, какой я её запомнил. Живая. С мягкой улыбкой, которую я никогда не забуду.

Я подошёл ближе и уперся лбом в холод рамы.

— Я просил, — сказал тихо. — Я умолял. Я был готов отдать все. Но он не дал мне этого шанса.

Ответа не было. И я его не ждал. Но мне нужно было высказаться. Нужно было поделиться всем, что произошло сегодня. Как делал всегда…

— И ты знаешь, что он сказал сегодня? — усмехнулся безрадостно. — Что нам даны сердца. И что я своим не пользуюсь.

Пальцы сжались в кулак.

— Где было