Одержимость - ХС Долорес

Черт возьми…

Это же…

– Вот и все, – выдыхает он, входя до упора и замирая, давая мне свыкнуться с этим новым ощущением.

Это не похоже на пару пальцев или даже язык, это… Я наполнена.

Я чувствую, что до предела растянута, но все же…

– Ты идеальна. – Адриан смотрит на меня сверху вниз, и на его лице эмоции, которых прежде никогда не видела: изумление, благоговение и наслаждение, слившиеся воедино. – Ты самое совершенное, что я когда-либо ощущал в своей жизни.

Я открываю рот, собираясь ответить, но издаю лишь прерывистые стоны.

С ледяной медлительностью Адриан начинает двигаться.

Глаза у меня непроизвольно закатываются, потому что, черт возьми, разве так можно? Не должно же быть так хорошо?

Я впиваюсь пальцами в его плечи, притягивая наши тела друг к другу, пока он дает моему телу время, чтобы привыкнуть.

– Ты моя, – хрипит Адриан, кажется не в силах отвести от меня глаз. – Ты принадлежишь мне. – Он запускает пальцы в мои волосы и дергает – сильно. – Скажи это. Я должен услышать это от тебя.

Я всхлипываю.

– Я… – Он набирает темп, и удовольствие заслоняет все остальные чувства. – Я…

– Скажи это, – рычит он.

– Я твоя, – наконец удается мне выдохнуть, почти неразборчиво.

– Ты моя, – подтверждает он. – Пути назад нет. Уже нет. Это навсегда. Ты понимаешь меня, милая? – Он мощно толкается вперед, на этот раз погружаясь на всю длину.

Мой стон лишь отдаленно напоминает согласие.

– Плевать, если ты передумаешь, – грохочет он. – Не имеет значения, если в один прекрасный день ты проснешься и решишь, что ненавидишь меня. Я никогда тебя не отпущу. – Он ускоряет ритм, но движения становятся порывистыми, неистовыми. – Мне плевать, на что придется пойти. Кого придется убить. Я разобью тебя на мелкие осколки и соберу заново, если это будет означать, что ты останешься со мною навсегда. Ты никогда от меня не уйдешь, детка.

– Никогда, – хрипло выдыхаю.

– Ты поедешь со мной в Гарвард.

Мой ответный стон, кажется, его не удовлетворил.

– Скажи это, – требует он. – Скажи, что поедешь в Гарвард.

– Я… – Где-то на краю сознания звенят тревожные колокольчики, но они слишком далеки от удовольствия, которое я сейчас испытываю, чтобы обращать на них внимание. – Я поеду с тобой в Гарвард.

– Я подарю тебе весь мир, – продолжает он. – Все, что пожелаешь. Деньги, статус, драгоценности, машины… я положу весь мир к твоим ногам.

На мгновение мне кажется, что мира за пределами нас, за стенами этого номера просто не существует. Не может существовать. Прямо сейчас есть только он и я – соединенные во всех смыслах.

Я вскрикиваю, когда Адриан делает последний толчок и замирает.

И вместе с ним замирает весь мир.

Господи боже мой.

Не знаю точно, сколько мы так лежим, дыша в унисон с нашим общим наслаждением, но, когда Адриан наконец поднимает голову и смотрит на меня, его взгляд все еще затуманен страстью, а я со всей ясностью понимаю еще одно.

Я не единственная, кто достиг точки невозврата.

Глава 33

Три месяца спустя

– А знаешь, кто мне звонил сегодня утром? – Хорошее настроение Адриана очень заразительно. Он подкрадывается ко мне в коридоре после урока и переплетает наши пальцы.

Я вопросительно выгибаю бровь.

Он хитро мне улыбается.

– Декан Гарварда.

Желудок делает сальто.

– Правда?

– Он был очень впечатлен твоим собеседованием по телефону на прошлой неделе. Считает, что ты – самое ценное приобретение для студенческого сообщества Гарварда этой осенью.

Я фыркаю.

– Ты хотел сказать, что он тебя считает ценным приобретением. А я так, просто в нагрузку.

Адриан пожимает плечами.

– У тебя будет куча времени доказать обратное.

Учитывая все обстоятельства, телефонное собеседование с деканом Гарварда действительно прошло неплохо. Да, оно длилось не больше десяти минут, и как минимум половину этого времени он расписывал свою давнюю дружбу с семьей Эллис, а вторую половину пытался выяснить мои отношения с семьей Эллис, но…

Он был полон энтузиазма.

Не факт, что по поводу меня, – скорее из-за возможности заработать несколько очков от наследника Эллисов.

– Со дня на день ты должна получить письмо о зачислении, – небрежно бросает Адриан, а я округляю глаза.

– Вот так просто?

Его улыбка становится самодовольной.

– Именно так.

Я непонимающе моргаю, глядя на него.

– Это не может быть настолько просто.

– Я же обещал, что все улажу, забыла? – Он поднимает наши сплетенные руки и нежно целует тыльную сторону моей ладони. И я таю – совсем чуть-чуть. – Ты поступаешь в Гарвард, детка.

Я приподнимаюсь на носочки и целую его.

– Не могу дождаться.

«Солнышко, обещания ничего не значат», – голос, до боли похожий на мамин, нашептывает у меня в голове.

С тех пор как мы уехали из Мобила, я все чаще и чаще ее слышу – как назойливого дьяволенка, который сидит на плече и отравляет все счастливые моменты с Адрианом.

«Заткнись, – мысленно рявкаю я в ответ. – Гарвард – это прекрасно. И ты не сможешь мне все это испортить».

Пока Адриан провожает меня в класс, я жду, когда меня охватит та самая эйфория, радостное осознание, что меня приняли в старейшее, самое престижное учебное заведение Америки.

Но ничего такого не чувствую.

* * *

Всю следующую неделю выпускников Лайонсвуда лихорадило от писем о поступлениях в колледжи и отказах. В понедельник Пенелопа заказала на всю школу шоколадные капкейки с надписью «Будущая выпускница Брауновского университета».

Во вторник декан Робинс вызвал пожарных, чтобы снять Родди Локка с башенных часов в Западном крыле. Родди поспешил всех заверить, что не собирался прыгать, просто хотел разорвать письмо с отказом из Оксфорда и посмотреть, как клочки полетят с высоты трех этажей.

В среду Софи Адамс скромно выложила свой «повседневный макияж» в новеньком свитере Дартмута и тут же набрала лайков – благодаря как поступлению, так и поэтапной технике оформления бровей.

В четверг у Мэдди Мэйсон случилась истерика прямо на уроке истории, когда до нее дошло, что она не прошла ни в первый, ни во второй, ни даже в третий университет Лиги плюща.

Я оказалась среди счастливчиков.

Мне не пришлось метаться в поисках второго, третьего, четвертого запасного варианта. Я не просиживала все перемены, лихорадочно обновляя электронную почту на телефоне.

Та часть выпускного года, которая грозила стать самой сложной, оказалась самой легкой.

Электронное письмо о приеме из Гарварда почти незаметно прилетело мне на электронную почту во вторник, а вслед за ним – уведомление о зачислении полной стипендии за успехи в учебе.