История управленческой мысли - В. И. Маршев

том, что наилучший способ контроля – это непосредственное наблюдение мастером. Хотя, помимо этого, например, Дж. Милль выделял особенность и систематичность контроля в случаях корпоративной формы организации. Можно сказать, что приведенные ниже слова Дж. Милля являются первым в ИУМ высказыванием о контроле как системе: «В управлении большими капиталами и большими транзакциями, особенно когда интерес самих управляющих не слишком велик, малые финансовые величины скорее всего не принимаются в расчет. Они никогда не перевесят затраты, требуемые для контроля за ними. Кредит либеральности недорого можно компенсировать отказом от таких пустяшных забот. Однако малые доходы и малые затраты часто в сумме своей приводят к большим прибылям и большим потерям, к чему капиталист относится чаще всего очень внимательно и расчетливо; а для этого вполне достаточно организовать свой бизнес как систему, которая, будучи жестко контролируемой, исключит всякую возможность осуществления привычных ненужных затрат, что обычно свойственно большому предприятию. К сожалению, менеджеры акционерных обществ редко посвящают себя работе в достаточной мере, чтобы проводить в жизнь систему контроля над всеми деталями бизнеса в действующей экономике».

Если и есть тема, по которой сходятся все экономисты, то это принцип специализации и разделения труда. Почти все они от А. Смита до А. Маршалла упражнялись в рассуждениях на эту тему с таким усердием, что нет смысла приводить конкретные цитаты. Тем не менее важно заметить, что предметно они рассматривали эту проблему на 3 разных уровнях. Обычно международная торговля считалась следствием развития территориального разделения труда. Отраслевая специализация компаний называлась организационным разделением труда, а специализация индивидуумов в своей работе определялась как ремесленное разделение труда (или собственно разделение труда). Именно последнее представление естественно перешло в качестве основного содержания приведенной выше концепции движений и времени.

Исследование проблем оплаты труда. Умы классиков политической экономии волновали вопросы систем вознаграждения, справедливой оценки труда, но выводы по этому поводу они делали разные. Так, Т. Мальтус, касаясь мотивации и стимулирования, считал: «что сделано за день, то сделано за день», и любой рабочий мог быть заменен на другого. Де Лавелье был не согласен с ним, он предлагал следующую иерархическую шкалу распределения и получателей результатов деятельности организаций:

1) те, кто оставляет себе результат труда;

2) те, кто имеют долю в прибыли;

3) те, кому платят в соответствии со сделанной работой;

4) те, кому платят в соответствии с временем, в течение которого они должны работать;

5) рабы, продукт труда которых принадлежит их владельцу.

Многие экономисты XIX в. соглашались с Лавелье в том, что сдельная оплата может разрешить проблему низкой производительности труда. Однако Смит, например, был озабочен тем, что «рабочие, когда им платят за изделие (поштучно), с готовностью увлекаются переработкой, разрушая свое здоровье за несколько лет». Комментируя это беспокойство, Милль указывает, что сдельная оплата не является единственной системой стимулирования, которая отвечает запросам и управленцев, и рабочих. Он писал: «Следует отметить, что совсем необязательным последствием акционерной формы владения является фиксированный заработок высших или низших чинов. Существуют варианты более или менее тесной увязки интересов работников и общего успеха фирмы. Есть целый ряд промежуточных режимов между работой полностью на себя и понедельной, месячной или годовой фиксированной системой оплаты».

Как и многие управленческие темы, тема автоматизации труда также привлекала внимание исследователей в связи с проблемой последствия внедрения машин с целью замены ручного труда. Предсказание о возможности негативных социальных последствий было высказано еще за 300 лет до нашей эры, когда Аристотель заметил, что «если орудие сможет выполнять команды рабочего… то ремесло не потребует больше рабочих или хозяев рабов». И в 30-х годах XIX в. в обществе также существуют опасения, что человек будет полностью замещен машинами. Однако высказывались и возражения. Так, С. Ньюмен говорил: «Иногда предполагают, что с появлением машин произойдет полное замещение труда человека. И спрашивают: будет ли результат положительным? Я отвечаю, что такое предположение нереально, Отсюда не следует, что человек должен остаться таким же или его состояние не улучшиться. Насколько человек будет освобожден от труда для удовлетворения своих первичных потребностей, настолько он будет иметь больше свободного времени и устремлений к умственному труду».

Подведем итоги и дадим общую оценку управленческого наследия классических экономистов. На наш взгляд, она тройственна. Во-первых, экономисты обосновали предметную концепцию управления, выделив управление как самостоятельную сущность, заслуживающую внимания и изучения. Во-вторых, сам факт того, что они писали об управлении, указывает на рост значимости управления для компаний и экономики (в это время разрабатывались концепции собственно управления и проводились соответствующие исследования). В-третьих, их высказывания об управлении спровоцировали дальнейшие размышления и публикации на эту тему ученых и менеджеров, причем и в той, и в другой форме представления результатов исследований ощущался еще очень большой потенциал.

Это не значит, конечно, что только политэкономы XVIII–XIX вв. разрабатывали управленческую проблематику. На эту тему писали врачи, промышленники, учителя, юристы, военные деятели. Приведенные ниже примеры демонстрируют и иные точки зрения на формирующиеся концептуальные основы управления.

Прежде всего отметим известного теоретика военного дела К. фон Клаузевица, который был прусским генералом, написал много работ о войне и управлении крупными военными подразделениями и военными баталиями. Поступив на военную службу в 18 лет, он столкнулся с жесткой дисциплиной прусской армии, после чего всю оставшуюся жизнь считал такую дисциплину необходимостью в любой организации. Хотя Клаузевиц сам никогда не командовал крупномасштабной военной операцией, все его работы являются результатами его наблюдений и исследований поведения людей в таких операциях. Несмотря на то, что предмет его исследований – управление войсками в военное время, Клаузевиц считал, что все его идеи и рекомендации применимы к управлению любой большой организацией в мирное время. Он утверждал, что бизнес – это форма человеческой конкуренции, очень сильно напоминающая военное столкновение.

Клаузевиц известен своими глубокомысленными высказываниями о стратегическом управлении. Он рекомендовал тщательное планирование в качестве необходимого средства для управления большой организацией, причем целеполагание ставил на первое место. Он также подчеркивал, что все решения должны быть основаны на вероятности событий, а не на логической необходимости, как обычно считалось в его время. Из всех идей Клаузевица, возможно, самым главным вкладом в теорию и практику управления была и остается его идея о том, что управленцы должны соглашаться с фактом рисков и неопределенности в принятии решений, в связи с этим они должны действовать на основе тщательного анализа и планирования для минимизации этих рисков и неопределенности.

Предвосхищая Тейлора, Клаузевиц отстаивал точку зрения о том, что решения необходимо принимать на основе науки, а не по предчувствию, и управление должно быть основано на анализе, а не на интуиции.

Отметим также Ч. Дюпина, французского инженера XIX в., который опубликовал много работ о промышленности,