Преданное доверие, или Обитатели заброшенного замка - Екатерина Стрелецкая

Преданное доверие, или Обитатели заброшенного замка

Глава 1

Ренегаты

Едва мои бойцы окружили поляну, на которой был разбит лагерь ренегатов, как стало ясно, что это ловушка. Отряд инквизиторов явно ждали, ведь стоило оказаться в пределах условной досягаемости, как нас атаковали сразу с нескольких сторон. Вначале в ход пошла магия, засверкали полупрозрачными вспышками магические щиты, выставляемые каждым из оказавшихся на поляне, затем обе стороны сошлись врукопашную, пытаясь вывести противника из строя клинками и предельно точными ударами боевых заклинаний. Поляна быстро обагрилась кровью, а в воздухе завитал запах палёной плоти и раскалённого металла, затрещали многовековые деревья.

Видя, как один за другим падают на землю поверженные товарищи, я, как командир отряда, старалась максимально прикрыть своей магией оставшихся. Однако в какой-то момент отвлеклась, отбрасывая далеко назад сразу троих нападавших, и пропустила удар. Левую лодыжку резко обожгло такой сильной болью, что, не удержав равновесия, я рухнула на траву. Тут же ушла перекатом от рубящего удара и атаковала противника, упавшего замертво на то самое место, где распласталась ещё секунду назад. Однако резко вскочив обратно на ноги, я поняла, насколько сильно погорячилась: похоже, кость всё-таки повреждена. Возможно, даже сломана. Воспользовавшись одним из быстрых целительских заклинаний, я заморозила на некоторое время лодыжку, чтобы иметь возможность хотя бы полноценно стоять на одном месте. О том, чтобы свободно перемещаться по поляне речь уже не шла.

Беда заключалась в том, что ренегаты не были ни людьми, ни обычными магами в привычном понимании. Вернее, они давно перестали ими быть. Стремясь обрести невиданную силу и могущество, ренегаты подвергали себя многочисленным экспериментам, пытаясь заполучить особенности того или иного магического существа, а то и расы. Постепенно стали исчезать духи природы, вампиры, оборотни, наги, различные Хранители… Иногда находили странные обезображенные трупы, которые не могли точно идентифицировать по принадлежности даже самые опытные инквизиторы. И всё чаще встречались Изменённые. Те, кто с помощью магии и чудовищных экспериментов вживляли в себя искусственно вычлененные характерные признаки других существ. Результатом практически всегда являлись такие магические «химеры», что даже у бывалых инквизиторов порой волосы дыбом вставали. Казалось, что ещё минуту назад перед тобой стоял человек, вампир, или оборотень, как внезапно привычный облик начинал распадаться прямо на глазах. Тела увеличивались или, наоборот, уменьшались в размерах, вместо конечностей могли появляться лапы, клешни, тентакли или гигантские шипы, сочащиеся ядовитыми выделениями… Лица превращались в морды, скелетированные фрагменты или что ещё «лучше» — могли представлять собой просто зияющие провалы с множеством зубов, иногда даже челюстей, способных не только сожрать физически, но и вытянуть всю магию и даже душу.

Основная проблема состояла не в том, что кто-то захотел увеличить свои магические способности и не в жутковатых формах ипостасей, а что подавляющее большинство Изменённых было совершенно неуправляемо, безгранично жестоко и обуреваемо сильной жаждой крови. Города захлебнулись в многочисленных убийствах и насилии. Отряды инквизиторов посылались в разные концы страны, чтобы разобраться в происходящем и остановить бессмысленную резню. По итогам каждого рейда тщательно анализировалась собранная информация, всё чаще в Цитадели Совета инквизиторов созывались командиры отрядов для координации совместных действий.

В конце концов, Совет инквизиторов отдал приказ об истреблении Изменённых, который гласил, что «Каждый Изменённый должен был быть уничтожен мгновенно на месте, независимо от обстоятельств». К великому сожалению, «под раздачу» попали последние уцелевшие представители рас, ибо определить, что за существо находится перед тобой, с ходу было попросту невозможно, а времени на выяснение нюансов порой не оставалось. Ситуация с Изменёнными зашла настолько далеко, что даже не секунды — мгновения решали всё.

Любая стычка дополнительно осложнялась тем, что уцелевшие расы сами не могли понять, инквизитор ли к ним пожаловал или явился примкнувший к Изменённым ренегат, чтобы забрать в свои тайные лаборатории. Поэтому дозорные атаковали первыми, пытаясь защитить себя и своих уцелевших соплеменников, и тем самым автоматически подписывали себе смертный приговор. Согласно одному из древних законов, любой напавший на инквизитора карается смертью на месте.

Со временем чаша весов склонилась на сторону инквизиторов, но всё равно время от времени люди и маги сталкивались с небольшими группами Изменённых. К несчастью, узнать подробности не представлялось возможным, так как любая встреча с этими тварями всегда заканчивалась фатально. Либо свидетели исчезали бесследно. Ситуация ещё ухудшалась тем, что «высшие» из Изменённых, используя наиболее удачные разработки, научились контролировать себя в течение достаточно продолжительного времени, и это сильно осложняло их поимку. К сожалению, самоконтроль касался лишь внешности и речи, остальные инстинкты остались прежними. Собственно, так их и вычисляли: «во время» или сразу «после охоты». Время шло, эксперименты Изменённых становились всё изощрённее, судя по количеству и качествам «низших», заполонивших почти всю территорию страны.

Совет инквизиторов отдал распоряжение во что бы то ни стало найти и уничтожить «верхушку» высших Изменённых, по предварительным данным, состоящих из бывших инквизиторов, переметнувшихся на сторону врага. Или как их именовали в официальной переписке — ренегатов. Согласно моим расчётам, именно в этом лесу и находилось их основное логово, но кто-то предал Совет, предупредив о визите отряда инквизиторов.

В том, что мы вышли именно на главарей Изменённых, у меня не возникло ни малейших сомнений. Характерные приёмы, слишком знакомая тактика ведения боя, даже привычка держать определённым образом оружие… Ко всему прочему эти ренегаты были стократ сильнее тех, с которыми мне приходилось сталкиваться раньше. Стоящий передо мной Изменённый обладал скоростью перемещений достойной вампира и силой, сродни оборотню.

Будучи лишённой возможности сойти с одного места, мне не оставалось ничего другого, как держать глухую оборону, раскручивая вокруг себя огненную плеть так, чтобы и к себе близко не подпустить, и при этом атаковать, не повредив своё основное оружие. Улучив момент, я максимально сконцентрировалась и, собрав все свои силы, направила огненные волны в разные стороны. И сразу же после атаки разделила клинок на два парных. «Инквизиторское пламя» — главное магическое оружие каждого инквизитора, выжигало напрочь всё, до чего могло коснуться: от живых организмов до самых прочных горных пород. Заметавшийся от неожиданности ренегат на какие-то доли секунды потерял концентрацию от боли, пытаясь трансформировать свою кожу на нечто, напоминающее хитиновый панцирь. Этим я и не преминула воспользоваться, рассекая отступника на несколько частей, а затем испепеляя с помощью своей магии.

Бой затянулся до глубокой ночи. Тяжело опустившись на колени, я с трудом перевела дыхание и оглядела