Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 1 - Татьяна Юрьевна Степанова

что это всего лишь формальность, а не обыск. Басманюк ответила: пожалуйста, прошу. Квартира была просторной, светлой, трехкомнатной, стильной. Однако ничего особенно интересного Никита для себя в этой квартире не увидел. Кроме, пожалуй, спальни... Гораздо интереснее были глаза Жанны Марковны. Глаза, лгавшие так же страстно, упорно и затравленно, как и ее бойкий язык.

Вернулись в «Красный мак» (поездка в Крылатское заняла немного времени). Все вместе спустились в диспетчерскую и по новой просмотрели пленку. Следователь Сокольников спросил: опознает ли Жанна Марковна в машине, заснятой камерой, свою? Басманюк ответила, что, возможно, это ее автомобиль, но запись плохая, она не может ничего утверждать. Сокольников сказал, что именно из этой машины тремя пистолетными выстрелами сегодня в 15 часов была убита Эгле Таураге. И предложил Басманюк еще раз вспомнить точно, где она находилась в это время? Она ответила, что как раз в это время она вернулась домой и увидела, что машины нет. Затем она замолчала, посмотрела на стоп-кадр на мониторе и сказала, что больше без адвоката на их вопросы отвечать не будет.

Адвокат Гржимайло (от услуг других защитников Басманюк отказалась наотрез) отыскался только к десяти часам вечера. А на ночь глядя допрашивать слабую беззащитную женщину, пусть и лгунью, ни Колосов, ни Сокольников просто бы себе не позволили. Но и ехать домой Жанне Марковне тоже не разрешили. Пришлось ей провести ночь в Скарабеевском отделении на скамейке возле дежурной части в компании своего адвоката, спешно прибывшего в отделение милиции, — они всю ночь шепотом о чем-то совещались. К восьми утра их перевезли в управление розыска на Никитский, куда прибыл и Колосов, и допрос возобновился.

За ночь ситуация особенно не изменилась, но появились кое-какие дополнительные сведения и новые свидетели. Утром на Никитский привезли Георгия Газарова. Однако, узнав о смерти Эгле, он впал в такое состояние, что Колосов решил с его допросом не торопиться, дав ему время прийти в себя. Дополнительные сведения дала и консьержка дома 23. О возвращении домой в дневное время Басманюк она ничего не знала. Правда, честно призналась, что как раз с 14.45 и до 15.30 отлучалась из подъезда — забрать внучку из музыкальной школы. О самом «БМВ» она тоже ничего не могла сказать. Однако на вопросы о Басманюк отвечала охотно, именуя ее уважительно «дамой самостоятельной, обеспеченной и одинокой». Упомянула, что она всегда при деньгах, квартиру купила, часто меняет дорогие наряды, много курит — даже в лифте с сигаретой не расстается. И что в недалеком прошлом в ее квартире проживал «очень видный молодой спортивный мужчина», с которым консьержка часто видела ее утром и днем, но никогда в ночное время или вечером.

Эти показания, пусть и довольно скудные, стоило хорошенько обдумать. Но показания появились утром. А мысли свои привести в порядок Колосов попытался еще вечером, в машине по пути в Скарабеевское отделение.

— Знаешь, а с таким вот абсурдом нечасто мы с тобой сталкивались, Ваня, — заметил он, когда они с Биндюжным на машине пробирались сквозь снежные заносы с проселка к шоссе.

— Ты про вранье этой бандерши крашеной? — спросил Биндюжный сонным голосом.

— Она не бандерша, она женщина, — Колосов мечтательно вздохнул. — Женщина до мозга костей. И лжет она классически, по-женски. И снова сделалась блондинкой, надо же... Я-то в прошлый раз, лопух, подумал, что она покрасилась и постриглась. А это же парик! Сплошные метаморфозы и в облике, и в поведении, и в показаниях. Но я сейчас не о ней говорю, — он снова вздохнул. — Я вообще имею в виду весь этот абсурд.

— Убийство, что ли? — Биндюжный нахмурился. — А что в нем абсурдного? Я как чувствовал: что-то будет. Как возьмут они за задницу, эти прокуроры, Хванчкару, он в долгу не останется. Сразу смекнет, кто его продал. Жди чего-нибудь здесь. В отместку. Адекватного.

— Адекватного? А зачем на этот раз нашему «кроту», чтобы поквитаться за своего истинного хозяина, потребовалось так все до абсурда усложнять? — спросил Никита. — Я тоже ждал чего-то такого. И Обухов меня предупреждал. Он, как и я, думал, что теперь настанет очередь шефа нашего «поля чудес». Хотя никто не думал, что это произойдет так скоро.

— Ты думал, он на Салютова замахнется? Ну, нет. Этот по их киллерским расценкам чемодана денег стоит. Это вам не Витас — козырная семерка, — Биндюжный хмыкнул. — Убрать Салютова у Хванчкары денег не хватит, чтобы потом с «кротом» расплатиться. Нет, у «крота» задача иная — любыми способами закрыть это казино, вывести «Мак» из игры. А уничтожить бизнес и убрать его владельца — это вещи разные, Никита. И цена на них тоже разная.

— Но для чего ему на этот раз так все усложнять? Хорошо, логика его понятна: третье убийство в стенах «Мака», и на нем уже поставлен окончательный крест. Все, с казино покончено. Тут уж никакие наши оперативные доводы не помогут, никакие показания Салютова, нам полезные, не спасут. Лицензия похоронена. И клиентура напугана всерьез и надолго. Кому захочется приезжать в место, где посетителей отстреливают через день как куропаток? Ну ладно, пусть все так. Пусть именно это «кроту» и нужно. Ну пусть бы он и совершил новое убийство. Может, это и цинично звучит, но как ему проще-то было сегодня поступить? Подрули к казино и расстреляй первого попавшегося — электрика там, швейцара. И все. Тот же эффект был бы, те же последствия. Убери очередную пешку, как в случае с Тетериным. Но нет, на этот раз наш «крот» отчего-то выбирает для себя самый сложный путь: выбирает на роль жертвы Эгле Таура-ге, следит за ней, ведет от самой Мытной улицы до...

— Откуда ты знаешь, что он за ней следил от самого дома?

— Он? «Крот»? А может, она? — Никита хмыкнул. — Я тут подумал, Ваня, и вот что мне в голову пришло. Чтобы убить сегодня в три часа дня именно Эгле Таураге у подъезда казино, кому-то пришлось очень здорово попотеть. Во-первых, откуда-то добыть сведения, что Эгле сегодня собирается посетить казино еще до его открытия. Во-вторых, узнать, что и само казино сегодня уже снова работает, хотя еще вчера на это никто и не надеялся. И в-третьих... «кроту» нужно было ухитриться угнать такую заметную иномарку, как «БМВ».

— Может, и не угнать, — заметил Биндюжный, — просто разок прокатиться. Для этого нужны дубликаты ключей.

Басманюк знала, что казино сегодня открывается. И свою тачку ей угонять было не нужно, просто сесть и рулить. В свою очередь, про казино знали и Китаев, и все остальные служащие,