Гадание на свинцовой гуще - Николай Иванович Леонов

Стас выслушал эти слова лучшего друга, развел руками, добродушно усмехнулся и сказал:

— Запиши очко в свою пользу. Ты прав по всем статьям. Да, поесть нам совершенно необходимо. Вот как только ты напомнил об обеде, я сразу почувствовал голод. Но уж больно на меня этот прокурор подействовал со своими сведениями. Ведь фактически именно он проделал всю ту работу, которой должны были заниматься наши здешние коллеги. Ладно, хватит о делах. Пока мы сюда ехали, я заметил несколько вывесок. Там была пельменная, одна столовая и пара кафе быстрого питания. Что выберем?

— Мне кажется, что ответ очевиден, — сказал Гуров. — Заведения быстрого питания мы сразу исключим, поскольку все то, что там подают, за еду не считаем. Я бы голосовал за столовую. Так что поедем туда. Будем надеяться на то, что она не закрыта и еда там более-менее приличная.

— Полностью с тобой согласен, — сказал Крячко. — В таком случае нам налево.

Старинные друзья проехали несколько кварталов и нашли столовую, которую заметил Крячко. Из разговора с девушкой на раздаче выяснилось, что какие-то вторые блюда уже кончились, а борщ остыл. Ведь обеденное время давно прошло. Однако сыщики упросили работников столовой разогреть две порции борща, а также котлеты с макаронами. Спустя некоторое время они уже сидели за накрытым столом.

Когда с первым и со вторым блюдами было покончено и настала очередь чая, Крячко сказал:

— А знаешь ли ты, что у меня до встречи с этим прокурором имелась собственная концепция всех этих убийств?

— Откуда же я мог это узнать? — с удивлением осведомился Гуров. — Я пока мысли читать еще не научился. Некоторые твои соображения я, конечно, угадать могу, поскольку не первый год тебя знаю, но никак не более того.

— Это хорошо, — заявил Крячко. — Так вот еще когда мы летели сюда, я подумал, что здешние преступники вполне могли поступить по известному принципу, постарались спрятать нужное убийство среди ненужных.

— Да, понимаю! — воскликнул Гуров. — То есть ты счел кого-то одного настоящей целью преступников, а всех остальных они, по-твоему, убили для вида.

— Нет, теперь это уже не по-моему, — сказал Крячко. — Сейчас я так уже не думаю. Но вначале я считал, что настоящая жертва — это Чугунов, погибшим вторым. Может быть, даже не он сам, а его сын Виталий. Но теперь, когда прокурор Прошин сообщил о деньгах, доставшихся преступникам, я понял, что никаких подстав здесь не было и все цели являлись настоящими. Так что данную тему можно больше не обсуждать. Я об этом заговорил, только чтобы доказать тебе, что тут не просто так присутствовал. Я над этим делом голову уже ломал.

— Я никогда и не думал, что ты здесь просто так присутствуешь, — сказал на это Гуров. — Не такой ты человек. Ладно, ты чай уже допил? Тогда поехали.

— А куда мы сейчас направимся? — спросил Крячко. — К Куликову или к Чугунову?

— Ко второму из них, — ответил Лев Иванович. — Майор Колесов об этом убийстве рассказал меньше всего. У меня в голове вообще не сложилась картина данного преступления. Кроме того, дом Чугунова расположен на охраняемой территории, как и Рябошкапова. Это значит, что есть дополнительные фигуранты, которых надо допросить.

— Ты имеешь в виду охранников, которые сидят в будке у въезда в поселок? — спросил Крячко.

— Да, именно их, — ответил сыщик. — Вряд ли сейчас дежурит тот же человек, что и в ночь убийства. Но я намерен выяснить имя нужного мне охранника и навестить его дома. Кроме того, осмотреть дом Чугунова удобно еще и потому, что там теперь никто не живет, ни у кого не надо спрашивать разрешения, объяснять наши действия. Так что едем в поселок, где жил Чугунов.

Ехать пришлось на другой конец города, так что сыщики добрались туда, когда уже стало темнеть. Машина наконец-то свернула с оживленных улиц. Впереди золотой стеной поднялся близкий лес, а в открытое стекло машины ворвался свежий воздух. Здесь, на окраине, дома были в основном частные, старые. И вдруг за этими убогими деревянными домиками выросли ряды красавцев коттеджей.

— Ага, вот, наверное, и есть тот самый поселок, где жил Чугунов, — сказал Крячко.

Словно подтверждая его слова, впереди показалась ограда поселка. Проезд закрывал шлагбаум, возле которого виднелась будка охранника. Крячко подвел машину вплотную, остановил ее и уже собрался выходить, чтобы показать стражу ворот свое удостоверение, как вдруг шлагбаум поднялся сам собой, без всяких усилий со стороны Стаса.

— Надо же, какие здесь чуткие охранники, — заметил Крячко и захлопнул дверцу. — Даже говорить им ничего не требуется, на расстоянии чужие мысли улавливают. Телепатия чистой воды!

Он тронул машину, проехал за ограду и уже собрался двигаться дальше, когда Гуров вдруг сказал:

— Подожди, не спеши. Останови машину здесь где-нибудь. Я хочу с этим чутким стражем ворот поговорить.

Крячко свернул к обочине. Широкая полоса дерна заканчивалась откосом, за ним шел пруд, окруженный березами.

— Красиво у них тут! — заметил Стас, вылезая вслед за Гуровым из машины.

— Да, красиво, и люди чуткие работают, — сказал Лев Иванович. — Мысли вот на расстоянии улавливают.

Сыщики подошли к будке, и Гуров уже собирался открыть дверь, когда она предупредительно распахнулась ему навстречу, и охранник вышел к старинным друзьям. Это был человек лет пятидесяти, чуть ниже среднего роста, почти лысый.

Он подошел к оперативникам, уважительно улыбнулся и сказал:

— Вы опять этот дом приехали смотреть, да, где убийство произошло? Сейчас я вам дорогу туда покажу.

— Дорогу нам показывать не надо, сами найдем, — ответил Гуров подчеркнуто сухо, даже жестко и никак не среагировал на улыбку предупредительного охранника. — Ты лучше расскажи нам, что тут в ту ночь произошло.

Улыбка с лица охранника сразу исчезла, он в растерянности уставился на сыщика и спросил:

— В какую ночь?

— Как это в какую? — отозвался Гуров. — Четырнадцатого июня, когда были убиты Алексей Чугунов и еще шесть человек. Ты ведь тогда дежурил, верно?

Крячко, со стороны следивший за этим диалогом, только легонечко головой покачал, восхищаясь напором и дерзостью Гурова. Он знал, что его друг блефует, что они не изучали график дежурств охраны в этом поселке.

«А может, Леве интуиция подсказала, что этот хмырь тогда работал?» — подумал Стас.

Лицо охранника отразило сомнения, мучившие его. Он не знал, что известно человеку, стоявшему перед ним, а что нет, и на всякий случай попробовал сказаться ничего не ведающим.

— Да с чего вы взяли, что я тогда дежурил? — воскликнул охранник. — Нас тут шесть человек