"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

– Легко ли поставить такой диагноз?

– Есть генетические тесты на более редкие формы. Но на гипермобильность их нет. Диагноз ставится на основании симптомов.

– Есть ли какое-нибудь лечение?

– Пока только контроль. Думаешь, у человека, который похитил Эмбер и Лили, был Элерс-Данлос?

Я кивнула, подавляя дрожь. Если Ру действительно видела, как взрослый мужчина вылез из дупла дерева, неудивительно, что ее мозг стер воспоминания, чтобы защитить ее.

– Я рассматриваю такую вероятность. Человеку с таким синдромом чаще требуется обращаться в больницу, чем обычным людям?

– Вполне вероятно. – Гарри сразу понял, к чему я клоню. – Их диагноз может быть указан в медкарте, но если речь о больнице поменьше, искать следует человека с необычно частыми растяжениями, вывихами и синяками, а еще сколиозом.

– И какая у таких людей продолжительность жизни?

– Если у них не сосудистый тип, они могут дожить до глубокой старости.

Глава 56

Ван

Мы с Гарри попросили нашу команду срочно явиться на экстренное совещание в диспетчерскую. План состоял в том, чтобы обзвонить больницы и клиники в радиусе ста миль от Лич-Лейка и выяснить, есть ли в числе их пациентов люди с синдромом Элерса-Данлоса. К тому времени, как мы добрались до диспетчерской, Кайл, Дипти и Джонна уже нас обрадовали.

– Мы действовали согласно твоей теории о людях-невидимках, – начал Кайл, даже не поздоровавшись.

– Ага. – Дипти кивнула. – Я просмотрела городские разрешения на строительство, чтобы выяснить, какие компании выполняли работы в пределах видимости последнего места преступления за последний год. Оказывается, большую часть работы выполнила одна компания. «Кёлер Констракшн».

– Это та самая компания, которая в восьмидесятом устанавливала в Лич-Лейке телефонные столбы, – вмешалась Джонна. – Корпорация передалась от отца к сыну и дочери.

Кайл едва не лопался от радости:

– Кёлеры до того любезны, что поделились информацией о сотрудниках. Один из них работал на обоих объектах.

Я затаила дыхание.

– Гаррик МакКормик. Родился в пятьдесят восьмом. Вырос в Кроувилле. Закончил учебу и в семьдесят шестом уехал отсюда. Больше ничего о нем не известно, но его мама все еще в городе.

– У тебя есть адрес? – напряглась я.

– У пчел есть колени?[705] – парировал Кайл.

Мой пульс участился, но я уже была научена горьким опытом ареста Кайнда. Не стоило складывать все яйца в одну корзину.

– Я навещу его маму. Все остальные продолжают поиски. Может быть, вы обнаружите что-то еще: другую компанию, кого-нибудь из новых невидимок или интересные факты из больниц.

Гарри принялся настраивать ноутбук. Остальные уже были заняты и лишь кивнули мне из-за компьютеров. Ну и хорошо. Достаточно хорошо. Я проверила заряд телефона и поспешила к ближайшему выходу. Мне почти удалось слинять, когда я попалась в лапы Чендлеру.

– Рид! – рявкнул он.

Я задалась вопросом, что произойдет, если я просто продолжу идти. А что осталось терять? Я уверенно прошла через выход и направилась к стоянке автомобилей, к своему любимому седану. Чтобы за мной угнаться, Чендлеру пришлось бежать трусцой. Он резко схватил меня за локоть, пыхтя и отдуваясь. В темно-синем костюме он весь взмок, солнце отражалось от вершины персикового купола его лысины.

– Мне очень жаль, Рид, – сказал он, и надо отдать ему должное – даже в бешенстве вел он себя прилично. – Вы больше не занимаетесь делом Похищенных. Ваши двадцать четыре часа истекли.

Я ожидала этих слов, но, услышав их, все равно ощутила ком в горле.

– Наверное, Комсток очень обрадовался, проверяя, хорошо ли натянут ваш поводок.

Глаза Чендлера рассказали мне все, что мне нужно было знать.

– Назначьте главным Кайла, – посоветовала я. – Он исключительный агент.

Глава 57

Ван

Первым и единственным последствием злого умысла Комстока стало то, что мне пришлось ехать к Наде МакКормик на собственной машине. Та часть Кроувилля, где она жила, выглядела довольно скверно: маленькие выцветшие домишки, редкие лужайки, ни детской площадки, ни даже обсаженного деревьями тротуара. Жилище миссис МакКормик напомнило мне дом Ру в Миннеаполисе: типичная коробка в стиле пятидесятых, унылая в своей простоте.

Кайл сообщил мне по телефону, что миссис МакКормик за девяносто, она живет за счет социального обеспечения и волонтерит в церкви. Каждое воскресенье ее отвозит туда подруга, потому что слабое зрение не позволяет Наде самой водить машину.

Я постучала в ее дверь. Пока я ждала, я изучала пандус, ведущий вверх. Все, что могло бы хоть как-то сойти за ландшафтный дизайн – камни, разложенные по периметру дома примерно на метр. Но сорняков не было видно, и значит, за всем этим кто-то ухаживал.

Из-за того, что я сюда приехала, я могла потерять работу. Даже если бы спасла Лили Ларсен.

Дверь открыла улыбчивая женщина в инвалидной коляске. Ее лицо было сморщено, как изюм, снежно-седые волосы коротко подстрижены и туго завиты.

– Чем могу быть полезна?

– Здравствуйте, миссис МакКормик. Я офицер полиции. – Что ж, назвалась груздем… – У меня к вам несколько вопросов о вашем сыне Гаррике. Вы не возражаете, если я войду?

Ее молочно-белые глаза чуть расширились.

– С моим мальчиком все в порядке?

– Конечно, мэм. Так вы меня пустите?

Она развернула инвалидную коляску, чтобы дать мне пройти.

– Конечно, конечно. Я только что испекла печенье. Сейчас сварю кофе.

Меня окутал теплый запах шоколадной выпечки.

– Спасибо, миссис МакКормик, но я не голодна.

– Глупости. Попробуйте хоть одно. Десятки лет их пеку, во сне и то могу.

Легче было согласиться, чем спорить. Она велела мне ждать в гостиной, на слишком жестком диване, а сама исчезла за дверью, которая, как я предполагала, вела на кухню. В гостиной стояли телевизор старой модели, два неудобных на вид стула, журнальный столик и диван, на котором я сидела. Стены были покрыты бархатными картинами с изображением девушек с ангельскими лицами, стоявших на коленях и сложивших руки в молитве. На журнальном столике лежали принадлежности для вязания.

Вскоре вернулась миссис МакКормик, неся в руках блюдо, полное идеально круглого печенья. Я откусила кусочек. Сладость растаяла у меня на языке. Печенье было еще теплым, сочилось липким шоколадом, и пахло чем-то еще, что я не могла определить. Гвоздикой? Миндалем?

– Очень вкусно, спасибо, – улыбнулась я. – Вы кого-то ждали?

Она одарила меня идеальной улыбкой во весь рот.

– Я люблю гостей, поэтому всегда к ним готова. Так что же с моим мальчиком? Знаете, в последнее время ему пришлось нелегко. Но он хороший человек. И всегда был хорошим.

Я доела печенье и потянулась за салфеткой.

– Что еще вы можете о нем рассказать?

– Его