Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

— Хочешь, чтобы я с тобой пошел? — спросил Мел, сжимая руку Рааба. Машина остановилась.

— Нет, — покачал головой Рааб.

Это был всего лишь дом. Дело было в людях внутри его. Что бы он ни натворил в жизни, семья всегда была для него главным.

— Я должен это сделать сам.

Глава 7

Кейт была с матерью и Эм в кухне, когда к дому подъехал черный лимузин.

— Это папа! — закричала Эмили, которая даже не успела еще переодеть свою спортивную форму. Она рванулась к входной двери.

Кейт уловила колебание матери. Как будто она не могла сдвинуться с места. Или боялась. Как будто она боялась того, что должна была увидеть за открывшейся дверью.

— Все будет в порядке. — Кейт взяла мать под руку и повела к двери. — Ты же знаешь, что бы ни случилось, с папой все будет в порядке.

Шарон кивнула.

Они смотрели, как он вылезает из машины, за ним — Мел Кипштейн, которого Кейт не раз видела в клубе. Эмили рванулась вперед и повисла на шее у отца.

— Папа!

Рааб просто стоял, обнимая ее и глядя на стоящих на крыльце Кейт и жену поверх плеча младшей дочери. Лицо у него было серым. Он боялся даже смотреть прямо на них.

— Ох, Бен… — Шарон медленно спустилась по ступенькам, по щекам катились слезы. Они обнялись. Это было объятие, проникнутое болью и неуверенностью.

— Ягодка. — Глаза отца посветлели, когда он остановил свой взгляд на Кейт. — Я рад, что ты здесь.

— Где же мне еще быть, папа. — Кейт сбежала по ступенькам и тоже обняла отца и положила голову ему на плечо. Она никогда раньше не видела на лице отца стыд.

— И ты здесь, чемпион. — Он протянул руку и взлохматил густые волосы сына.

— Привет, пап. — Джастин прислонился к нему. — Ты в порядке?

— Да. — Он с трудом улыбнулся. — Теперь да.

Они все вместе вошли в дом.

Этот большой дом у моря никогда не был настоящим домом для Кейт. «Дом» был более скромным, небольшое ранчо в Гаррисоне, где она выросла, совсем недалеко от Ларчмонта. У нее там была маленькая угловая комнатка, завешанная плакатами с группой «Ю-Ту» и Гвинет Пэлтроу. Там был заросший прудик в конце двора и хорошо был слышен шум проходящего рядом шоссе.

Но когда она оканчивала школу, Рааб купил этот дом. Он всегда мечтал о таком доме — с огромными греческими окнами, выходящими на море, гигантской кухней, где всего было по два экземпляра, пижонским театром в огромном подвале и гаражом на пять машин.

Они все уселись в гостиной с высоким потолком. Кейт вместе с матерью сели у камина, Эмили устроилась на коленях у отца, который сел в кресло с высокой спинкой. Джастин пристроился на диванчике.

Наступила пугающая, неприятная тишина.

— Давай начнем с того, что ты нам расскажешь, как прошел твой день, — сказала Кейт, стараясь снять напряжение. — Или ты хочешь послушать про мои дела?

Отец невольно улыбнулся.

— Прежде всего, — сказал он, — я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас пугался. Вам предстоит услышать обо мне неприятные вещи. Но вам следует знать главное — я невиновен. Мел говорит, что мы можем выиграть дело.

— Разумеется, мы знаем, что ты невиновен, Бен, — сказала Шарон. — Вот только в чем ты невиновен?

Рааб нервно перевел дыхание и осторожно переместил Эмили на ближайшее кресло.

— Отмывание денег. Заговор с целью совершить мошенничество. Помощь и подстрекательство в криминальной деятельности. Этого достаточно?

— Заговор… — Шарон смотрела на него с отвисшей челюстью. — Какой заговор, Бен?

— Главное, они обвиняют меня в том, — он переплел пальцы, — что я поставлял товар людям, которые затем использовали его в дурных целях.

— Товар? — повторила Эмили, ничего не понимая.

— Золото, солнышко, — пояснил Бен.

— И что в этом плохого? — возмутилась Кейт. — Ты же занимаешься торговым бизнесом, разве не так?

— Поверь мне, я пытался им это доказать. Но так вышло, что я совершил ряд ошибок.

Шарон не сводила с него глаз.

— Кому ты продавал золото, Бен? О каких людях ты тут говоришь?

Рааб проглотил слюну. Подвинулся поближе к жене и взял ее за руку.

— О торговцах наркотиками, Шарон. Колумбийцах.

Шарон ахнула, потом недоверчиво рассмеялась:

— Ты, верно, шутишь, Бен.

— Дело в том, что я не знал, кто они такие, я всего лишь поставлял золото, вот и все. Шарон, ты должна мне верить. Но есть еще кое-что. Я представил их кое-кому. Кто изменил то, что я им продавал. Нелегально. Они делали из золота кухонный инвентарь, пресс-папье, инструмент. Потом все красили. И отправляли домой.

— Домой? — прищурилась Шарон. Повернулась к Кейт. — Я не понимаю.

— Вывозили из страны, Шарон. В Колумбию.

Шарон прижала ладонь к щеке.

— О Господи, Бен, что ты натворил?

— Слушай, эти люди ко мне пришли, — Рааб сжал ее руку для убедительности, — и я не знал, кто они такие и чем занимаются. Просто какая-то экспортная компания. Я делал то, что делал всегда. Я продал им золото.

— Тогда я не понимаю, — вмешалась Кейт. — Как они могли тебя за это арестовать?

— К сожалению, ситуация несколько сложнее, ягодка, — сказал отец. — Я познакомил их с кое-кем, кто мог им помочь сделать то, что они хотели. И еще: я брал плату. В результате создалось впечатление, что я был участником этой аферы.

— Ты был?

— Кем был, Шарон?

— Ты был участником этой аферы?

— Разумеется, нет, Шарон, я всего лишь…

— Кому, черт возьми, ты их представил, Бен? — Голос у Шарон стал резким и взволнованным.

Рааб откашлялся и опустил глаза.

— Гарольду Корнрейху. Его тоже арестовали.

— Милостивый Боже, что же вы вдвоем натворили?

Кейт почувствовала, как все в животе сжалось. Гарольд Корнрейх был одним из отцовских деловых партнеров. Они вместе ездили на торговые ярмарки. Гарольд и Одри присутствовали на ее бар митцва. Создавалось впечатление, что они были двумя глупыми белыми, которых заманили в ловушку. Но дело в том, что ее отец был далеко не глупым человеком. И он брал деньги — у преступников. Торговцев наркотиками.

Не обязательно быть опытным юристом, чтобы сообразить, что такие поступки ему даром не пройдут.

— Поймите, нет никаких оснований утверждать, что я знал, что происходит, — сказал отец. — Я даже не совсем уверен, что они хотят сконцентрироваться на мне.

— Бен, чего они хотят? — спросила Шарон, глядя на него широко открытыми тревожными глазами.

— Они хотят, чтобы я запел.

— Запел?..

— Дал показания, Шарон. Против Гарольда. Ну и колумбийцев тоже.

— В суде?

— Да. — Он