Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

увидит ковер, и больше ничего. И не сразу понял, что́ перед ним лежит. Пока до него не дошло, что это чья-то спина. Да, спина человека в сером костюме, лежащего на ковре лицом вниз. Он торопливо подтянулся на запястьях и откинулся назад на середину кровати.

Там человек. Живой. Лежит лицом к полу. Снова в комнате тишина, слышно только дыхание. Впрочем, нет, послышалось что-то еще. Ритмичный звук, словно мышь грызет картонку.

Он сделал усилие и заглянул за правый край кровати, опять повиснув на наручниках. Никого нет. Только бледно-фиолетовый ковер. Но, оглядывая кусочек пола, он что-то заметил. Маленький желтый хвостик, уходящий под кровать. Для веревки слишком тоненький. И вдруг хвостик зашевелился. Волосы. Чьи-то волосы.

Он вернулся на середину кровати. Волосы? Боже мой! Он смотрел перед собой в черное зеркало телевизора. И не видел в нем ничего, даже себя. И был рад этому. Не хотелось узреть себя в столь жалком виде. Чернота успокоила его, чернота — это ничто. Вот так он и будет смотреть в телевизор, пока кто-нибудь не придет и не спасет его. Он отказывается принимать этот бред.

И все же взгляд его сам собой устремился мимо блестящих ботинок к краю кровати: оттуда что-то высунулось. Кажется, палец. Потом еще два. А потом и вся рука, сжимающая пуховое одеяло.

Душа его ушла в пятки. Что-то зашаркало со всех сторон, заерзало, звуки становились все громче, дыхание тоже. И теперь…

Они пробуждались.

Глава 4

И вдруг — чье-то лицо. На другом конце кровати. Блондинка. Девушка лет двадцати, может, больше. Такая же, как и он, растерянная и бледная, в глазах страх. Сначала-то она оглядывалась, головка покачивалась на тонкой шее, а как увидела его, изумилась и быстро нырнула обратно под кровать.

— Привет, — промямлил он.

Хриплый голос его надломился, дал петуха, и приветствие прозвучало скорее как угроза. Он попробовал еще раз.

— Привет!

На этот раз получилось чуть лучше.

Девушка снова возникла из-под кровати, правда, теперь он видел одни только глаза. Взгляд метнулся к наручникам. Замешательство в глазах усилилось. Но, с другой стороны, он ведь прикован и не сдвинется с места; возможно, именно поэтому она снова высунула голову.

— Что… Что тут происходит? Где я? — Голос ее был тих и испуган. — Что вы со мной сделали?

Он ошарашенно посмотрел на нее:

— Да я сам недавно очнулся здесь, как и ты.

В подкрепление слов он звякнул наручниками. Кажется, помогло. В ее глазах мелькнуло понимание. Мгновение они не отрываясь смотрели друг на друга, словно делились страхом.

На полу послышалось шевеление, и девушка опустила взгляд. Он ничего не видел, но девчушка вдруг вскочила и отпрыгнула в сторону. Бедром стукнулась о письменный стол, и меню услуг по обслуживанию номера повалилось. Она коротко взвизгнула.

Теперь он разглядел ее внимательнее. Джинсы. Бледно-желтая рубаха с капюшоном. Обычная девчонка, ничего особенного. Рассматривая ее, он заметил с левой стороны груди… что это? Похоже на этикетку.

— Тут люди, — сказала она, тяжело дыша. — Тут еще какие-то люди.

— Знаю, — отозвался он.

Говорить, кажется, стало легче; это как с машиной: крутанешь ручку — и мотор заработает.

— Сколько их? — спросил он.

— Я не… не знаю…

— Мне надо знать сколько.

Зачем? Почему это для него так важно? Возможно, потому, что чем больше людей, тем хуже ситуация.

Она услышала его голос — его обычный повседневный голос, — и у нее в глазах мелькнуло узнавание. Она ошарашенно смотрела на него. Впрочем, он чуть ли не каждый день видел такой взгляд.

— Погодите, — сказала она. — А вы кто… Вы, случайно, не…

Она хотела сказать: «Вы, случайно, не Шеппард?» Но это только все усложнит, а время сейчас дорого. Он всегда существовал на грани — с первого взгляда узнать его было непросто, но со второго — наверняка.

— Так вы…

— Да, да.

В обычной ситуации этот обмен репликами ему бы очень понравился.

— Так сколько там их?

— Господи… Тут их четверо. Девочка. Двое мужчин. И женщина. Не знаю, живые или…

— Дышат?

— Кажется, да. И шевелятся — женщина и девочка точно шевелятся. Остальных не хочу проверять.

— Нет-нет, иди к двери, все в порядке.

Он то и дело терял девушку из вида — ее шатало. Истерика — враг движения вперед. Он глубоко вздохнул.

— Ты просто выйди отсюда. Пойди и найди кого-нибудь… нам нужна помощь. Тебе надо пойти и найти, кто может помочь, поняла?

— Что это? — проговорила она, а взгляд ее метался по полу.

Слава богу, он не видел, что там такое.

— Не знаю… но прошу тебя — иди к двери, слышишь?

Он почти умолял ее. Господи, как он дошел до жизни такой?

«Очень интересно, что вы будете делать дальше».

Девушка встряхнулась, на пол уже не смотрела. Прошла в сторону ниши, где должна быть дверь, скрылась из вида. Похоже, увидела дверь. Он оказался прав: дверь именно там. Конечно. Пока шла, девушка два раза резко вильнула в сторону. Обходила лежащих. Он их, конечно, не видел, но догадался. Потом зашла в нишу и пропала из поля зрения.

Опираясь на наручники, он подался вперед и, как мог, повернул голову, но так ничего и не увидел. Зато услышал, как она пытается открыть дверь, дергает ручку. Поворачивает то вверх, то вниз. Но — ни звука, говорящего о том, что дверь открывается. Почему?

— Наверное, электронный замок, — услышал он голос. — Тут красная лампочка горит. Никак…

Новый звук. Скрип, еще раз. Она пробует открыть замок, на этот раз обычный, не электронный.

— Не открывается. Заперто.

Почему?

— Ты видишь там электронный замок? Типа щели в стене, чтобы ключ-карту вставлять?

— Нет, тут нет ничего. Тут…

— Посмотри в глазок на двери, — сказал он, — может, кто-то пройдет мимо. Должен же быть…

«Хоть кто-то. Все равно кто».

Удар. Потом ее голос.

— Вижу коридор.

Серия ударов. Она колотит в дверь. Бам, бам, бам. Продолжает стучать, все громче, — кажется, будто она хочет пробить в ней дырку.

— Эй! Кто-нибудь! Нас здесь закрыли! Мы не можем выйти!

За грохотом ударов он услышал и почувствовал кое-что еще. Кто-то был совсем рядом. И что-то бормотал. Словно нашептывал ему в правое ухо. Он повернулся и встретился взглядом со старухой, чью голову увенчивала копна длинных черных волос. Секунду они смотрели друг на друга, и вдруг она заорала пронзительно, и он пожалел о том, что не может заткнуть уши.

Глава 5

Барабанные перепонки его едва не лопнули — старуха испустила такой