Гадание на свинцовой гуще - Николай Иванович Леонов

— Субботин и Викторов, говорите? — отозвался заместитель. — Сейчас посмотрю. Нет, товарищ полковник, такие граждане к нам не поступали.

— Как же так не поступали? — с немалым удивлением проговорил Лев Иванович. — Куда же они могли деваться? Одного из них, Викторова, я вчера лично задержал. О судьбе Субботина я еще не узнал, там разное могло случиться, но Викторова точно к вам повезли. Я сам это видел!

— Извините, товарищ полковник, но я тут ничем помочь не могу, — сказал заместитель начальника СИЗО. — Вы позвоните в управление. Там наверняка должны знать, где находятся эти граждане.

Слова сотрудника тюремного ведомства были совершенно справедливы, и Гурову ничего не оставалось, как снова звонить Колесову. Однако телефон майора по-прежнему не отвечал.

«Позвоню еще раз капитану Семенову, — решил Гуров. — Если он снова не отзовется, поеду в управление, наведаюсь к их начальнику генералу Полякову и устрою там хороший скандал. Что за чертовщина у них творится?»

В таком взвинченном настроении он снова набрал номер капитана Семенова. На этот раз тот наконец-то отозвался.

— Здравия желаю, товарищ полковник! — услышал Лев Иванович знакомый голос. — Доброго вам утра!

— Не знаю, можно ли это утро назвать добрым, — заявил сыщик. — Поясни, Семенов, почему твой начальник Колесов на звонки не отвечает. Битых полчаса пытаюсь до него дозвониться и никак не могу это сделать. Где он теперь находится, почему недоступен?

— Я полагаю, у себя дома, — ответил капитан. — Николай Васильевич вчера поздно лег, вот и отсыпается. Я тоже зверски устал. Вы сами знаете, товарищ полковник, какие события происходили…

— Про события я немного в курсе, — сказал Гуров. — Я в них каким-то боком тоже немного участвовал. Ладно, если майор привык спать до полудня, то и пусть его. Ты мне вот что скажи, капитан. Где задержанные? Куда подевались Субботин с Викторовым?

— Так вы до сих пор не знаете, — протянул Семенов. — Видите ли, товарищ полковник, вчера такая штука произошла…

— Да не тяни ты, говори! — потребовал Гуров. — Какая еще штука? Что там приключилось?

— Понимаете, этот Субботин, которого мы преследовали, он отстреливался. Вот бойцы и открыли огонь на поражение. В результате выстрелов Субботин был убит. Так что сейчас он находится в морге.

— Что?! — взревел Гуров. — Ты что мелешь, капитан?! Как он мог отстреливаться, если свой пистолет выронил, когда я его ранил? Я этот его ствол позже подобрал и передал майору в руки!

— Наверное, у него второй пистолет был где-то спрятан, — ответил на это Семенов.

— Так, ладно, с этим я еще разберусь, — сказал Гуров, с трудом сдержав ярость, клокотавшую в нем. — Посмотрю, что там за пистолет, сколько выстрелов из него сделано. Взгляну на тело Субботина, послушаю заключение судмедэксперта. Да, в этом деле я непременно покопаюсь как следует. Но ты мне скажи, где в таком случае Викторов? У него оружия не было, он сидел в полицейской машине, крепко связанный, отстреливаться точно не мог. Так что сейчас этот деятель должен находиться в СИЗО. Но я звонил туда, и мне сказали, что такой гражданин к ним не поступал. Так где Викторов сейчас обретается?

— Понимаете, товарищ полковник, этот второй, который Викторов, он ведь был опасно ранен.

— О чем это ты, капитан? — спросил Гуров. — Когда ранен? Кем? Я в него ни разу не попал. Я лично его обыскивал, и он в то время был совершенно здоров!

— Да, но вы сами сказали Николаю Васильевичу, что в Викторова стрелял этот охранник, как его?.. Да, вспомнил — Востриков. Он опасно ранил фигуранта. Тот скончался по дороге в СИЗО. Майор мне уже сказал, что мы будем готовить документы о привлечении этого Вострикова к уголовной ответственности. Налицо причинение тяжких телесных повреждений, приведших к смерти.

— Вы что, оба с Колесовым с ума сошли?! — выкрикнул Гуров так громко, что его, наверное, было слышно даже на улице. — Как мог этот бандит, молодой здоровый парень, умереть после выстрела из травматики?

— Но ведь сами знаете, товарищ полковник, что если стрелять из травматического оружия с близкого расстояния, то вполне можно нанести серьезное ранение. Даже смертельное, — не сдавался Семенов. — Видимо, в данном случае так оно и получилось.

— Но ведь он стрелял издалека! — воскликнул Гуров. — Через дорогу! Какое там к чертовой матери близкое расстояние?! Выстрел лишь слегка оглушил бандита. Если бы Востриков его не придавил, не связал, то этот тип уже спустя минуту стоял бы на ногах!

— Я ведь там не был, всего этого не видел, поэтому мне трудно судить, товарищ полковник, — сказал Семенов. — Разве вы не могли ошибиться, оценивая тяжесть ранения, которое получил Викторов? Вы ведь не медик.

— Тяжесть ранения можно оценить, даже не будучи медиком, — сказал Гуров.

Гнев, охвативший его в первую минуту после получения этого невероятного сообщения, схлынул. Теперь сыщик был спокоен, уже вполне держал себя в руках. Он осознавал всю тяжесть этой катастрофы, прекрасно понимал, что криком сейчас делу не поможешь. Здесь было необходимо ледяное хладнокровие. Полковник должен был сделать правильные выводы из этой жуткой истории, определить порядок своих дальнейших действий.

— Я вполне мог оценить состояние Викторова, — сказал он. — На нем нигде не было крови. Он вообще не был ранен.

— Но он мог получить внутреннее кровоизлияние, — гнул свое капитан. — Это вы никак не могли заметить. В общем, майор Колесов еще вчера, когда я ему доложил о смерти Викторова, принял решение о задержании охранника Тимофея Вострикова. Я еще полчаса назад выслал опергруппу для этого. Она уже вернулась.

— Вот как? — спросил Гуров. — Завидная оперативность. И где теперь Востриков? Сидит в СИЗО? Или он тоже, как и Викторов, умер по дороге туда?

— Как-то вы странно говорите, товарищ полковник, — заметил капитан. — Словно мы виноваты в смерти этого самого Викторова. Нет, ничего с вашим охранником не сделалось. Он пока что находится не в СИЗО, а в изоляторе при управлении. Вот майор Колесов приедет на работу, станет его допрашивать. Потом уже мы будем избирать меру пресечения.

— Так, теперь я все понял, — сказал Гуров. — Значит, охранник Востриков задержан и находится в управлении, а два бандита, которых вчера повязали, пребывают поблизости от него, в морге? Правильно я описал ситуацию?

— Да, все именно так и обстоит, — ответил капитан. — А майор Колесов…

Однако Гуров не стал ждать окончания фразы и отключил телефон. Ему было неинтересно слушать про майора Колесова. Он немедленно должен был решить, что теперь делать.

«Раньше я подозревал, что в здешнем управлении работают неумехи, очковтиратели, которые не желают расследовать преступления,