Зарубежный детектив 2026-17 - Альберт Корнелис Баантье

— Да, так что Изольда и Стаблинский, вероятно, были женаты.

— Ну если бы в момент рождения сына Изольда была не замужем, ребенку дали бы ее фамилию. Так делается в Голландии, да и в большинстве европейских стран.

— Значит, Игорь может наследовать?

— Разумеется, если он законнорожденный.

На мгновение показалось, что Фледдер потерял управление машиной, но он быстро снова подчинил машину себе.

— Если Игорь может наследовать, — прокричал он после длинной паузы, — что останется Иво и Ирмгард? Ведь это одно и то же наследство.

— Если это правда.

— Что правда?

Декок покачал головой, схватившись за верхний поручень. Машина сильно накренилась при крутом повороте.

— Что правда? — повторил Фледдер, после того как вернул машину в безопасное положение.

— Я не слишком уверен, что Иво и Ирмгард гонятся за наследством.

— Тогда это был один Исаак. У нас уже есть доказательства. Он нанял убийцу.

— Да, Игоря Стаблинского.

При той громкости, с которой Декок говорил, имя прозвучало как проклятие.

— Слишком много вопросов, — крикнул Фледдер. — После пятилетнего отсутствия Изольда вернулась и поселилась в «Счастливом озере». Где был ребенок? Когда он появился? Как? И что случилось с отцом Игоря?

— Нельзя ли ехать быстрее? — завопил Декок. Фледдер сосредоточился на дороге: они уже были в более густонаселенном районе.

— В чем дело? Вам что, умереть захотелось? — огрызнулся он.

Декок бежал впереди.

Калитка была только наполовину открыта, но он не стал возиться и открывать ее полностью, чтобы прошла машина. Инспектор бегом устремился по гравийной дорожке к дому. В нос ударил омерзительный, сладковатый запах. Краем глаза он увидел кучу дохлых гусей, все еще валяющихся на лужайке. Декок был слишком занят своими мыслями, чтобы рассердиться. Он подбежал к особняку, взлетел по ступенькам и заколотил кулаком в дверь.

— Звонок же есть, — заметил Фледдер.

Декок его не услышал. Он, не останавливаясь, бил в дверь теперь уже обоими кулаками. В доме зажегся свет. В дверях появилась Ирмгард в красном пеньюаре. Лицо бледное и испуганное.

— Декок! — удивленно воскликнула она.

Декок прошел мимо нее. Потом повернулся:

— Где Иво?

Ирмгард нерешительно показала на дверь:

— В своей комнате… я так полагаю.

Декок кинулся к указанной двери и распахнул ее.

На пороге он остановился. Труп Иво Бюилдайка, чуть наклонившийся набок, был в глубоком, удобном кресле.

Декок подошел поближе и посмотрел на Иво. Из-под светлых волос на лбу к левому уху стекала струйка уже подсыхающей крови. На цветастом ковре образовалась небольшая лужица. Голубые глаза Иво были широко открыты. Они выглядели испуганными и были как будто крупнее, чем при жизни. Казалось, он пытался понять, что случилось. Убийца нанес ему один-единственный удар сзади. И снова жертва не заметила приближения своего палача. За спиной Декока завизжала Ирмгард.

Декок наблюдал за работающими в комнате экспертами. Несмотря на печальные обстоятельства, он, к собственному удивлению, испытывал удовлетворение. Наконец-то с ним работала его команда.

Ему понравился Теез, дактилоскопист из двадцать третьего участка. Он даже нашел коронера из Олдкерка, доктора Хана, весьма приятным молодым человеком. Но с точки зрения Декока, они были чужими… не то что та команда, с которой он проработал долгие годы. Он тайком поднажал кое-где, чтобы иметь возможность работать с Брамом Вееленом, фотографом, и Францем Крюгером, специалистом по отпечаткам пальцев. Присутствовали также доктор Конинг и его собственная группа санитаров. Что касается Декока, эта троица плюс Фледдер как раз и составляли нужную ему команду. Не было никакой неразберихи, каждый делал свое дело и знал, что можно, а что нельзя. Вне зависимости от расположения место преступления теперь являлось прерогативой полицейского участка на Вармез-стрит, или, точнее, Декока. Когда он закончит, команда технических экспертов получит возможность делать все, что ей заблагорассудится. По крайней мере, эту команду пришлет главное управление, не двадцать третий участок.

Декок наблюдал за работой экспертов и размышлял. Сколькими делами ему довелось заниматься? Наверное, на сегодняшний день не менее сотни. Странная все-таки у него работа.

Декок не сразу оказался в убойном отделе. Начал он с констебля в гражданской одежде. Затем стал членом так называемого летучего отряда, который занимался исключительно убийствами. В тот период в Амстердаме было так мало убийств, что не стоило создавать специальный отдел. Теперь же амстердамский убойный отдел имел своих представителей в различных полицейских участках.

Он взглянул на Иво Бюилдайка и припомнил, о чем они говорили с покойным. На этот раз хитроумие его не спасло. Стал ли он жертвой своего практически рабского преклонения перед тетей Изольдой? Или близость между Иво и теткой кому-то показалась опасной? Кто был этот неизвестный любитель больших ставок, кому этот союз угрожал?

К нему подошел Брам Веелен. Обычно жизнерадостный фотограф был в плохом настроении. Он выглядел усталым и бледным. Глаза покраснели.

— Это уже третий за неделю, из-за которого меня вытаскивают из постели, — ворчливо сказал он. Он взмахнул рукой, в которой держал люксметр: — Прямо бойня какая-то. Когда же это кончится? И вообще, сколько их, этих Бюилдайков и их друзей?

— Боюсь, это не последний Бюилдайк, на которого охотятся, — пожал плечами Декок.

— Может быть, тебе стоит их всех эвакуировать, поселить где-нибудь под защитой. В этом случае им придется перестать убивать друг друга.

— И тебя перестанут вытаскивать из постели, — улыбнулся Декок.

— Нет покоя утомленным, — проворчал Веелен. — Они найдут мне кого-нибудь еще.

— В этом можно на них положиться, — согласился Декок.

Брам Веелен снял вспышку с камеры и уложил ее в саквояж.

— Тебе обязательно нужны эти фото утром?

Декок отрицательно покачал головой:

— Не торопись. Сначала поспи несколько часов. Судя по твоему виду, тебе это не помешает.

— Это точно, — сказал Веелен и с благодарностью посмотрел на старого сыщика. Он поднял свой саквояж, небрежно помахал всем присутствующим и вышел.

Доктор Конинг тронул Декока за плечо.

— Этот человек мертв, — объявил он.

— Благодарю вас, доктор, — официально произнес Декок.

Пожилой коронер кивнул на прощание своим помощникам седой головой и вышел из комнаты.

После утвердительного кивка Декока санитары из морга приблизились к трупу. Они осторожно вытащили тело из кресла и уложили в пластиковый мешок, застегнули его и водрузили на носилки. Привязали тело ремнями и унесли.

Декок подошел к Фледдеру, разговаривающему с Крюгером. Ему хотелось сказать что-то насчет гусей, которые все еще валялись на лужайке. Но в этот момент его внимание привлекла появившаяся в дверях Пенни. Из-под розовой ночной рубашки виднелись голые ступни. Она приложила указательный палец к губам, призывая к молчанию, и поманила Декока.

Инспектор молча направился к двери. Она схватила его за руку и вытащила в коридор.