Клуб ночных сов - Елена Анатольевна Леонова

недомолвок и невысказанных желаний. Марк испытывал сильное влечение к Марьяне, но их роман нельзя назвать идеальным. Пожалуй, именно эта неопределённость и порождала сейчас сомнения.

Саблин продолжал молчать, давая Свиридову время собраться с мыслями. Но мысли не собирались. Они метались, как испуганные птицы в клетке. Силы Марка иссякали, ему хотелось кричать, вырваться отсюда, но бесполезно – он был в ловушке. В ловушке обстоятельств, собственных ошибок и гнетущей тишины.

Свиридов посмотрел на следователя. Тот, казалось, не проявлял ни малейшего сочувствия, лишь профессиональное, отстранённое наблюдение. Марк понимал, что майор видит в нём только подозреваемого, фигуранта в деле, а не человека. И, наверное, прав. Сейчас Свиридов и сам воспринимал себя скорее сломанным механизмом, пытающимся вспомнить свою функцию.

– Другой мужчина… – наконец произнёс Марк. – Не уверен. Наши отношения являлись непростыми. Вероятно, у Марьяны и был кто-то ещё. Я не знаю.

– Хорошо, – сказал Саблин, – можете пока быть свободным.

Марк кивнул.

– На вашем месте я подумал бы, повспоминал.

– Я постараюсь.

Свиридов вышел из кабинета. В коридоре его встретил сержант и проводил к дежурному, чтобы оформить документы на освобождение.

Глава 40. Суббота. 17.40

За окном медленно сгущались сумерки, вечерний майский воздух наполнялся свежестью, но в своём кабинете Саблин ощущал лишь духоту от напряжения, наполнявшего его мысли. Он задумчиво курил, вдыхая дым, который, казалось, лишь подчёркивал неясность в размышлениях.

Следователь вновь и вновь прокручивал в голове имена трёх потенциальных подозреваемых: Свиридов, Читкова и Мансурова. Каждый из них имел свои причины для ненависти к Василевской, чья жизнь, как выяснилось, состояла из противоречий.

С Марком у Марьяны были романтические отношения, но тем не менее девушка собиралась продать продукт своего творчества конкурентам, не побоявшись даже начать угрожать любовнику раскрытием их отношений.

С Читковой жертва приятельствовала. Ульяна пригласила её в «Клуб ночных сов», но Василевская принесла туда кровь, очевидно, понимая, что хозяйка будет не в восторге от того, как это повлияет на репутацию её заведения.

А с Мансуровой Василевская дружила много лет, но украла кровь из больницы, прекрасно зная, как подобное отразится на работе Сати.

Похоже, ни любви, ни уважения, ни дружбы в жизни Василевской на самом деле и не было.

Саблин постукивал пальцами по столу.

В начале расследования все знакомые погибшей говорили о ней с восхищением, но теперь, когда всплыли интересные детали, их слова приняли резко негативный оттенок: подлая, амбициозная, эгоистичная. Следователь не мог отделаться от мысли, что за внешней оболочкой доброй и талантливой девушки скрывалась личность, готовая на крайние меры ради достижения своих целей.

Свиридов, возможно, чувствовал себя обманутым, как партнёр, как мужчина, любивший женщину. Читкова была разочарована безрассудным поведением человека, которому доверилась. А Мансурову предал близкий друг.

Всё это создавало идеальную почву для конфликта, приведшего к трагедии. Но кто же из них решился на столь отчаянный шаг?

Марк? Да. Вполне. В нём ощущался страх. Страх, что его интрижка будет раскрыта, а карьера загублена. Подобная эмоция вполне способна мотивировать на преступление.

Ульяна? Тоже подходит. Деньги – наиболее распространённый мотив для убийства.

Сати? И она могла. Боль предательства, рухнувшая дружба – такое выбивает почву из-под ног и заставляет людей совершать необдуманные поступки.

Страх, деньги, предательство. Сколько раз Саблин сталкивался с этими мотивами, приведшими к печальным финалам, не сосчитать.

Но весомых улик против всех троих нет.

Отпечатки пальцев Свиридова и Мансуровой были в квартире жертвы, но ни на теле, ни на кулоне их не обнаружили. По фото соседка Василевской также их не опознала. В отношении Читковой надо ждать результатов экспертизы и вновь ехать со снимком к сёстрам Павловым, однако теперь показания Евгении о двух людях у квартиры Василевской поздно ночью представлялись Саблину слабой зацепкой – как ни крути, но женщина могла и ошибиться.

Чёрт возьми, кто же? Кто же из этих троих убил?

Свиридов, несмотря на свои амбиции, не выглядел типичным убийцей. Он был слишком осторожен и расчётлив. Скорее всего, Марк предпочёл бы устранить проблему более деликатным способом, чем прибегать к насилию. Читкова же, наоборот, эмоциональна. Хозяйка клуба, видевшая, как её заведение теряет клиентов из-за скандала, могла быть готова на всё, желая восстановить свою репутацию. Эмоции в таких случаях затмевают разум, и это делает человека непредсказуемым. Ульяна действовала импульсивно, не задумываясь о последствиях. В этом свете она представлялась более вероятной кандидатурой на роль убийцы. Но Саблин пока не располагал весомыми уликами, связывавшими женщину с преступлением. Что касается Мансуровой, то её предательство казалось самым болезненным. Долгие годы дружбы, доверие, которое она вложила в Василевскую, разрушилось одним жестом. Сати могла легко перейти черту, осознав, как её карьера в больнице рушится. Но, как и в случае с другими подозреваемыми, у следователя не было конкретных доказательств, подтверждающих её причастность к убийству.

Единственно важной уликой, как полагал Саблин, на данном этапе являлся кулон Василевской с отпечатком пальца неизвестного. Его оставил убийца в момент совершения преступления. Но отпечаток не совпал с пальчиками Свиридова и Мансуровой, а по Читковой только предстояло выяснить. Зацепка, как ни крути, хрупкая.

В голове следователя даже начала складываться мысль о том, что, возможно, все трое подозреваемых сами были жертвами обстоятельств, неадекватного поведения Василевской, участниками сложной игры, где каждый из них пошёл бы на крайние меры ради своих интересов. Но пошёл ли?

Или мотивы преступления кроятся в другом и есть ещё кто-то, о ком Саблин пока не знает? И именно этот человек решился на преступление. Ведь, судя по всему, Марьяна со всеми вела себя крайне дерзко и своенравно.

Глава 41. Воскресенье. 11.00

Всю субботу Максимова посвятила беседам с сотрудниками «Клуба ночных сов» и его посетителями, чьи имена передала Ульяна Читкова. Основной задачей Дины было установить, где находилась Читкова в ночь убийства Василевской, и подтвердить алиби хозяйки заведения, но, помимо прочего, старший лейтенант пыталась получить информацию об одном из завсегдатаев клуба с псевдонимом Лу́на. Однако добыть нужные сведения оказалось непросто. Большинство из опрошенных отвечали неохотно: некоторые отрицали свою причастность к клубу, другие утверждали, что бывали там всего пару раз. Лишь нескольким удалось вспомнить, как видели Ульяну в тот день, но точное время её пребывания в клубе никто назвать не смог.

Утром в воскресенье Максимова продолжила расспросы, лично пообщавшись с ещё несколькими гостями клуба, но существенного прорыва в деле не произошло. Оставался последний адрес, куда Дине предстояло отправиться и пообщаться с человеком, с которым уже встречалась.

Прибыв