Зарубежный детектив 2026-17 - Альберт Корнелис Баантье

золотистым напитком круглые бокалы, предварительно согретые на спиртовке, затем бутылка снова исчезала под стойкой — до следующего раза.

— Я чувствую, ты занят каким-то необычным и очень нелегким расследованием, Де Кок…

— Почему ты так решил?

Тощий Лоутье неопределенно улыбнулся.

— По тебе это сразу видно, — сказал он. — У тебя, когда попадается заковыристое дело, всегда становится такой отсутствующий вид и взгляд прямо отрешенный…

Де Кок рассмеялся и полез во внутренний карман пиджака. Вытащив оттуда фотографию Розалинды ван Эвертсоорд, он положил ее на стойку перед Лоутье.

— Знаешь ее?

Лоутье наклонился, разглядывая фотографию.

— Ты считаешь, я должен ее знать?

Де Кок ухмыльнулся.

— Да нет. Честно говоря, Лоутье, я не думал, что ты ее знаешь. По-моему, она не из тех женщин, что крутятся в этом квартале.

Хозяин кафе продолжал внимательно изучать снимок.

— Ты ищешь эту женщину?

— Да.

— А что с ней случилось?

— Она… исчезла… Возможно, лежит сейчас на дне Северо-голландского канала. Там нашли ее автомобиль. Но ее друг уверяет, что она странным образом исчезла в больнице Южного Креста.

Мышиная мордочка Тощего Лоутье болезненно сморщилась.

— В больнице Южного Креста? — переспросил он.

Де Кок кивнул.

— Так, по крайней мере, уверяет ее друг.

— Подумать только, точно такая же история…

Де Кок недоуменно уставился на него.

— Какая еще история?

Тощий Лоутье всплеснул руками.

— Помнишь Бертуса из Утрехта?

— Ну?

— Там несколько дней назад точно так же исчезла девушка.

Выйдя из кафе, Де Кок и Фледдер направились в сторону Ахтербюргвала. На улицах стало намного больше народа, чем час назад. Ближе к вечеру секс-бизнес явно набирал силу.

Фледдер, молча шагавший рядом с инспектором, время от времени с озабоченным видом поглядывал на Де Кока, но тот невозмутимо шел посреди тротуара в своей съехавшей на затылок старой шляпе.

— Этого не может быть! — нарушил наконец молчание Фледдер.

— Чего не может быть?

— Да я про эту девушку Бертуса из Утрехта.

— Ты не веришь, что она тоже исчезла в больнице Южного Креста?

— Но это же сущая чушь! — Фледдер с трудом сдерживал раздражение. — Как можно в это поверить, у наших больниц незапятнанная репутация!

Де Кок нетерпеливо дернул плечом.

— Nil nobis absurdum — ничему не удивляйся.

— Что вы хотите этим сказать?

— А то, что следователь должен быть готов к любым неожиданностям.

— Вы знаете этого Бертуса из Утрехта?

Де Кок ухмыльнулся.

— Он что же, страдает такими же навязчивыми идеями, как этот странный молодой человек? — допытывался Фледдер.

Старый сыщик сдвинул шляпу на затылок.

— Бертус из Утрехта — типичный сутенер. Однако этот сутенер относится к своим подопечным с отеческой заботой.

— Неужто встречаются такие?

— Встречаются!

— У этого типа не все в порядке с головой?

Де Кок засмеялся.

— Ну нет, с головой все в абсолютном порядке. Всякий раз, когда наши пути пересекались, этот ловкач обводил меня вокруг пальца. Были случаи, когда я вот-вот готов был ухватить его, но он выскальзывал из сетей в последнюю минуту.

— А в чем он подозревался?

— Укрывательство… торговля краденым… и вообще всем, что приносит деньги: например, антиквариат… произведения искусства. Вообще-то он живет на доходы от проституции, но, насколько мне известно, ни одна из женщин ни разу на него не донесла.

— Может, из страха?

Де Кок решительно замотал головой.

— Нет. У девиц не было причин на него жаловаться, он обходился с ними очень хорошо… Я же говорю: он по-отечески опекал их.

Некоторое время они шагали молча. Перешли через мостик к Ауде Кенигстейг и свернули направо, на Форбюргвал. Де Кок остановился перед зеленой лакированной дверью и позвонил.

— Что нам здесь понадобилось? — удивился Фледдер.

— Это резиденция Бертуса из Утрехта, — пояснил Де Кок.

Инспектор с улыбкой разглядывал мужчину, представшего перед ними. На Бертусе был красный бархатный халат, расшитый золотым шнуром, на волосатой груди блестела золотая цепочка с медальоном.

Бертус провел их в комнату, где тяжело опустился в кресло и устремил глаза к потолку.

— Вы пришли меня арестовать?

Де Кок покачал головой и, пододвинув к себе кожаный пуф, сел без приглашения напротив хозяина дома.

— Нет, мы просто решили нанести тебе дружественный визит, — сказал он.

Бертус скорчил ироническую гримасу.

— Не могу похвастаться, что полицейские часто балуют меня своими дружественными визитами! — буркнул он.

Де Кок не отреагировал на это замечание и продолжал внимательно разглядывать старого сутенера. Судя по всему, он остался вполне доволен его видом: чуть округлившееся лицо, седые вьющиеся волосы, настороженный взгляд светло-голубых глаз… Инспектор представил хозяину дома своего помощника:

— Мы с моим коллегой расследуем дело об исчезновении одной молодой женщины, — сказал он.

— А какое это имеет отношение ко мне?

— Никакого… — Де Кок добродушно улыбнулся. — Во всяком случае, насколько мне известно… Несколько дней назад в больнице Южного Креста исчезла молодая женщина, а сегодня на дне канала обнаружили ее автомобиль… пустой. — Он задумчиво пощипал нижнюю губу. — Насколько мне помнится, с тобой произошел точно такой же случай. Говорят, что одна… э-э… твоя знакомая тоже испарилась в больнице Южного Креста?

Бертус кивнул.

— Аннетье, — сказал он. — Ее звали Аннетье Схеепстра. — Он откинулся назад, отчего еще больше открылась его волосатая грудь. — Послушайте, — продолжал Бертус, — только поймите меня правильно: я не уверен, что она пропала именно в больнице Южного Креста. Могу сказать только, что с той поры я ее больше не видел.

— А ты был тогда с ней? — спросил Де Кок, ткнув в его сторону пальцем.

— Когда именно?

— Ну в больнице, когда она исчезла?

Словно желая защититься, Бертус выставил перед собой ладони.

— Потише, не так быстро… Если вы не будете торопить меня, я вам выложу все, что знаю. Аннетье Схеепстра некоторое время работала здесь у меня, на Валах. Славная девчонка и очень старательная, но легкомысленная, как бабочка, порхала с места на место, и на нее никогда нельзя было положиться. То исчезнет на несколько дней, то снова появится. В конце концов она подружилась с одним парнем… знаете, из этих самовлюбленных спортивных молодцов, которые денно и нощно заботятся о своем здоровье. Она жила с ним на квартире в Пюрмеренде. Ах да зачем я все это вам рассказываю? Можно подумать, у меня нет других забот! Аннетье… вы знаете этих девиц, которые не в силах выдержать обыкновенную жизнь…

Де Кок понимающе кивнул.

— Но ты тем не менее не выпускал ее из поля зрения?

Бертус покачал головой.

— Да нет… Зачем? Не хватало мне еще бегать за каждой сумасбродной девчонкой! Просто дня два назад Аннетье позвонила мне и сказала: «Бен, мне нужно съездить в Амстердам, в больницу… поедешь