Гадание на свинцовой гуще - Николай Иванович Леонов

— Конечно, имеются, товарищ полковник. Мы всех тщательно допросили, установили, кто где был, что видел, что не видел. Если хотите, я вам сейчас расскажу.

— Нет, не надо, — остановил его Гуров. — Вот вернемся в управление, тогда и ознакомимся со всеми показаниями. Это я так спросил, для общей картины. Да, вот еще какой вопрос. Ты говорил, что свидетелем убийства был один из соседей. Где его дом?

— Я, наверно, не совсем точно выразился, — сказал капитан. — Я говорил о Егоре Улитине. Его дом вон там, за той елью. Видите, крыша торчит? Но Улитина нельзя назвать свидетелем в полном смысле слова. Он ничего не видел, только услышал ночью крики, доносящиеся из соседнего дома, и вызвал полицию. Когда она приехала, его взяли в число понятых, так что он одним из первых видел место преступления.

— Да, надо будет поговорить с этим Егором, раз у него оказался такой чуткий слух, — сказал Гуров.

— Слушай, Стас, сходи-ка ты в этот дом, крышу которого нам показал капитан. Если Егор Улитин окажется дома, поговори с ним. Если его нет, сам решишь, как тебе действовать. Может, у него офис где-нибудь неподалеку В таком случае туда можно быстренько съездить. Капитан, дай-ка полковнику Крячко ключи от машины, чтобы он смог на некоторое время отлучиться.

Семенов молча передал Крячко ключи.

Тот шагнул к выходу из парка, потом обернулся и спросил:

— А ты здесь еще долго собираешься пробыть?

— Полчаса точно, — ответил Гуров. — А может, и больше. Это смотря как пойдет осмотр.

Крячко кивнул и направился к машине.

Гуров вслед за капитаном Семеновым вошел в дом. Здесь была та же картина, что и снаружи. Много роскоши, сплошь позолота, гобелены на стенах, якобы старинные. Но все это аляповатое и безвкусное.

Гуров огляделся, не увидел традиционных меловых контуров на полу, нарисованных там, где лежали убитые люди, и спросил:

— Что, обозначения уже стерли?

— Да. Ведь уже три дня прошло, так что необходимости в обозначениях теперь нет, — ответил капитан. — Их специально не удаляли, просто ходили по ним много, вот ногами их и стерли. Но я все помню, могу вам в точности сказать, где какое тело мы нашли.

— Хорошо, давай, рассказывай, — проговорил Гуров.

— Значит, всего здесь было убито пять человек, — начал рассказ Семенов. — Это сам Рябошкапов, его жена Екатерина Ильинична сорока пяти лет, дочь Марина, ей было семнадцать, и тринадцатилетний сын Никита. Еще погибла горничная Лидия Пескова сорока восьми лет, ночевавшая в доме. Все тела…

— Постой! — остановил рассказчика Гуров. — Значит, горничная ночевала в доме, а охранников, выходит, тут не было?

— Да, оба охранника в ту ночь не ночевали здесь, — сказал капитан. — Вообще-то одному из них полагалось оставаться тут, но в ту ночь у охранника Николая Субботина заболела жена, и он отпросился у Рябошкапова.

— Отпросился? — просил Гуров. — Хозяин его так вот запросто отпустил? Без замены? Ты не находишь, капитан, что это странно?

— Нет, почему же? — Семенов пожал плечами. — В этом поселке давно не было никаких происшествий. Место тихое, вполне благополучное. Я вообще не понимаю, зачем Рябошкапов держал двух охранников, да еще и водителя, который во время поездок выполнял обязанности телохранителя.

— Место, может, и тихое, но город у вас не такой, — заявил Гуров. — Ведь Рябошкапов знал, что здесь за полгода погибли двое богатых людей. Ладно, ты хотел сказать о расположении тел, я тебя прервал. Так где они были?

— Сам Рябошкапов и его жена находились здесь, в гостиной, — сказал капитан. — Они сидели на стульях, вернее сказать, были привязаны к стульям. По всей видимости, их пытали, а потом обоим перерезали горло. Сына Никиту и горничную Лидию Пескову мы обнаружили в их комнатах. Они также были убиты холодным оружием. А вот дочери Марине, как видно, удалось вырваться. Ее тело было обнаружено перед домом. Крики девушки слышал сосед Егор Улитин.

— То есть все эти люди были убиты холодным оружием? — уточнил Гуров. — Преступники вообще не стреляли?

— Да, никаких выстрелов не было, — ответил капитан.

— Странно, правда? — сказал сыщик. — Преступление такого уровня, и чтобы у убийц не было даже пистолета!

— Может, пистолеты у них и были, но они не хотели их применять, — проговорил Семенов. — Нет выстрелов, нет и пуль, нельзя установить марку оружия. Пальба далеко слышна. А тут тишина. Если бы не ловкость Марины, которая сумела вырваться, то никто ничего не узнал бы еще довольно долго.

— А как было в первых двух случаях? — поинтересовался Гуров. — Там преступники пользовались пистолетами?

— Нет, и там применялось только холодное оружие, — ответил капитан.

— Интересно, — протянул сыщик. — Но ведь если преступник убивает свою жертву ножом, то на его одежду неизбежно попадает кровь. Не исключено, что и на обувь. Профессионалы в таком случае стараются избавиться от улик, все это выбрасывают. Вы не находили поблизости от поселка окровавленной одежды?

Капитан покачал головой:

— Нет. Мы осмотрели все мусорные баки, все места, куда люди обычно выбрасывают всякое старье. Нигде ничего такого не было.

— Нигде ничего, — задумчиво повторил Гуров. — А что с дверью? Как преступники проникли в дом? Есть следы взлома?

Семенов снова покачал головой:

— Нет. По всей видимости, у бандитов имелся ключ.

— Ключ? Ты хочешь сказать, что дверь была закрыта всего лишь на один замок? Никаких засовов, задвижек?

— Нет, кажется, ничего такого не было, — сказал Семенов. — Да вы сами посмотрите.

Они вернулись к входной двери.

Гуров внимательно ее осмотрел, потом покачал головой и произнес:

— Как это «ничего такого»? Вот один засов, вот второй. Я вижу на этой двери два замка. Ты хочешь сказать, что она была закрыта только на один?

— Нет, я хотел сказать, что мы не обнаружили на двери следов взлома. Она не была закрыта на засов. А вот сколько ключей было у преступников, один или два, этого я сказать не могу.

— А может, у них вообще не было ключей? — спросил Гуров.

— Как это? — удивился капитан. — Как же они в таком случае вошли в дом?

— Им открыли, и они вошли, — ответил Гуров.

— Вы хотите сказать, что им открыли сами жертвы? — с удивлением осведомился Семенов. — Но с какой стати они стали бы это делать?

— Подобное случается в разных ситуациях, — сказал сыщик. — Например, если среди преступников есть близкий знакомый будущих жертв. Тут возможны и иные варианты. Значит, преступники, как ты говоришь, пытали хозяина дома и его жену?

— Да, мы обнаружили на их телах многочисленные следы побоев, порезы, ожоги от сигарет, — ответил Семенов.

— Как вы объясняете эти истязания? Что хотели узнать преступники?

— По