Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

– Вот почему я позволил тебе – и еще нескольким людям – меня навестить. Ты не представляешь, сколько я получаю писем. В основном их авторы меня оскорбляют, но хватает и поклонников. Я совершенно не ожидал, но письма от поклонников посыпались чуть ли не с первого дня, как меня упекли в камеру. Я старался отвечать каждому, но в письмах я не слишком хорош, а их было слишком много. Но твое письмо действительно отличалось от остальных.

Лори улыбнулась. Она потратила на письмо несколько дней, набрасывала и переделывала, используя предыдущий опыт общения с заключенными, и надеялась по-настоящему поразить Эдмунда с первых слов. Наконец, решив, что довольна, она распечатала письмо на принтере и переписала от руки маркером на хрустящей плотной бумаге. Это сделало письмо более личным: видно было, что пишется от всего сердца. Лори вспомнила подростковые годы, когда еще не было SMS и интернета, когда обмен письмами от руки был обычным делом, а друзья, уехав куда-нибудь, писали друг другу длинные послания. Она по всему этому скучала. Как и по многим другим вещам.

– Итак, – сказал Эдмунд. – Ты принимаешь это… думаю, ты бы сказала, что это квест.

Лори сделала глубокий вдох. В яблочко.

– Да, Эдмунд. Оказанное тобой доверие – большая честь для меня.

Он склонился к ней еще ближе. Теперь она почти ощущала его запах. Эдмунд источал смесь телесных запахов: пот, ушная сера, кровь и гниющая плоть. Лори подметила, что у него страшно грязные ногти.

– В клетке ты найдешь ключ. – Он повторил инструкцию из письма. – Глубоко в долине Бийц, в хижине у Лощинной реки, ну, я тебе рассказывал. Они никогда о ней не знали.

– Можешь на меня положиться. Я принесу ключ, как только…

– Нет. Мне ты его не принесешь. Ключ мне больше не принадлежит, понимаешь? Ты должна отнести его Речнику.

А вот этого в письме не было.

– Это кто?

– Живет вниз по реке, на другом берегу от моей хижины.

Лори пожала плечами.

– Но… как мне его найти? Ну, то есть как его зовут? Адрес у тебя есть?

Эдмунд криво улыбнулся.

– Он просто Речник. Ты не найдешь его ни на одной карте. У него есть дом, но нет адреса. Его дом – река. Двигайся вниз по течению. Ты найдешь Речника, как нашел я, как он собирается найти мою Лори.

– Он меня ждет?

Эдмунд кивнул.

– Ты узнаешь его, когда увидишь. Начатое всегда надо доводить до конца.

У Лори пересохло во рту.

– Просто хочу уточнить: в письме… ты сказал, что ничего такого не будет…

Он поднял руку, веля ей замолчать.

– Я не прошу тебя продолжать убивать вместо меня. Не прошу причинять кому-либо вред, перевозить наркотики или что-то в этом роде. Ты возвращаешь ключ… или передаешь дальше. Как пойдет.

– В смысле?

– Все зависит от тебя.

Лори сглотнула. В горле словно застрял кусок наждачки – так бывает, когда выступаешь перед большой аудиторией. Сперва все казалось простым: найти в местечке под названием Бийц старую хижину семьи Эдмунда, в ней – клетку, а в той – ключ. Согласно письму, на этом все заканчивалось. Лори хотела отправиться в это путешествие, просто чтобы побывать в хижине, посидеть в одиночестве, ну и, конечно же, чтобы Эдмунд поверил в их дружбу, поверил, что может рассказать ей все. Но теперь речь пошла о том, чтобы передать ключ отшельнику, живущему где-то ниже по течению, в каком-то лесном захолустье. К тому же Эдмунд почему-то темнил и говорил загадками. Она засомневалась, но усилием воли подавила сомнения. Нельзя, чтобы чувства помешали ей заслужить полное доверие Эдмунда. Он попросил об этом не Нико, не кого-то из рядовых поклонников. Он выбрал Лори. Она не стала смотреть в зубы дареному коню, какими бы острыми они ни казались.

– Хорошо, – сказала она. – Все что пожелаешь, Эдмунд.

Глава 2

Оставлять Эбби одну было нельзя. Сестра не способна была позаботиться о себе даже день-два, а Лори рассчитывала, что поездка в Бийц займет больше. Эбби нормально воспринимала ее уходы на работу, но все равно постоянно спрашивала, когда Сестрена вернется домой, потому что терпеть не могла обходиться без нее. По ночам она названивала в кафе, где Лори работала официанткой, и успокоилась только после нескольких серьезных разговоров. Когда Лори начала таксовать по выходным, Эбби хотела ее сопровождать, и опять-таки, лишь проведя еще несколько бесед, Лори донесла до нее, что так нельзя.

А сейчас разговор вообще предстоял небывало серьезный.

– Ты не можешь поехать со мной, Эбби.

Лицо сестры вытянулось.

– Сестрен, но я хочу поехать с тобой! Я не хочу оставаться здесь!

– Ты будешь не одна, с тобой будет…

– Никаких нянь! Я не ребенок!

Лори вздохнула. Это ведь была только ее поездка. Нет, не отпуск, ни в коем случае, но все-таки возможность побыть одной. Она нуждалась в уединении и жаждала его. Это был подарок самой себе, отдых от тяжелой работы и всех жертв, на которые она шла, чтобы они с Эбби могли сводить концы с концами. Если взять сестру с собой, дело застопорится или как минимум замедлится.

– Это нечестно. – На глаза Эбби навернулись слезы. – Ты вечно развлекаешься. А я тут торчу.

– Развлекаюсь? Так ты называешь, скажем, выходы на смену? Разносить еду или подвозить людей в аэропорт – это не развлечение, Эбби. И эта поездка тоже будет не то чтобы веселой. По сути, долгая прогулка по лесу. Тебе будет очень трудно.

– Я хочу поехать! – всхлипнула Эбби. – Я хочу быть рядом с Сестреной!

Лори вздохнула еще тяжелее. Верный признак, что Эбби не перестанет дуться, пока не получит то, что хочет. Пойти на компромисс или внять разумному доводу ей ума не хватит. С Эбби ни один воспитатель не справляется, она в таком состоянии даже поесть и поспать забывает. Пока Лори не вернется, она будет биться в нескончаемой истерике. Не хочется лишних хлопот для посторонних людей, да и для самой Эбби. В конце концов, Лори несет за сестру ответственность.

Это ее крест, ее проклятие. Она не может даже ненадолго взвалить эту обязанность на кого-то другого.

Заглянув в справочник, Лори выяснила, что Бийц – провинциальный речной городок с населением меньше пятисот человек. Эдмунд сказал, что к хижине и к реке есть тропинки, так что риск минимальный. На худой конец, можно взять для Эбби ее костыли.

И все же