Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

нечего было сказать. Эбби даже по своим меркам вела себя странно. Она постоянно фантазировала, но отличала фантазии от реальности. Ее разум не настолько повредился, чтобы она могла всерьез счесть Пита живым. Раньше такого никогда не случалось. Возможно, Эбби становится хуже. Возможно, понадобится новое сканирование мозга. Лори решила, что это может подождать. Сейчас важнее, что ключ у нее. Эдмунд будет очень ею гордиться.

Эбби не хотела уходить из хижины, но Лори шагала на выход, таща ее за собой.

– Сестрен, мы должны дождаться Пити. Он сказал, что еще вернется.

Глава 10

Лори готова была ее убить.

Эбби наверняка знала, как сильно сестра влюблена в Дэвида. Лори весь учебный год была от него без ума. Эбби была одной из самых популярных старшеклассниц, за ней мальчики табунами бегали. Какого хрена ей обязательно встречаться с тем единственным, в которого по уши влюблена Лори?

Она захлопнула свой шкафчик и скрестила на груди руки. Видя, как Эбби и Дэвид болтают в конце коридора, она покусывала ноготь большого пальца. Эбби стояла спиной к стене, Дэвид стоял напротив, уперев руку в эту самую стену. Так близко, так… интимно. Эбби, вся такая мечтательная, улыбалась розовыми губами и хлопала длинными ресницами. Лори хотелось выбить ей зубы за то, что она такая красивая.

О своих чувствах к Дэвиду она, конечно, никому никогда не рассказывала, просто писала в дневнике. Парой они никогда не были, так что Эбби никак не могла его увести. И все же Лори чуяла: старшая сестра, должно быть, засекла, как ее тянет к этому парню. Она знала Лори лучше, чем кто-либо другой. А вот Дэвид в жизни бы не понял, что она чувствует. Всякий раз, когда он оказывался рядом, Лори краснела, путалась в словах и не могла сообразить, куда деть руки: то скрещивала их, то расцепляла, то засовывала в карманы, то теребила прическу. Но ей всегда казалось, что Дэвид дружелюбен с ней, потому что она ему нравится. Нравится в том самом смысле. А теперь она поняла: он всего лишь подбирался к ее симпатичной старшей сестренке. Лори представила, как приходит домой, идет в комнату Эбби и устраивает там полный кавардак. Как роется в шмотках сестры, орудуя ножницами и волшебными фломастерами. А может, дождаться, пока Эбби уснет, и немного подстричь ее, отчекрыжить эти паскудные светлые локоны до плеч? Что сказал бы Дэвид, обнаружив, что его девушка теперь лысая?

Она вообще его девушка?

Тогда Лори впервые увидела, как они флиртуют всерьез, – или, по крайней мере, впервые это осознала. Она задалась вопросом: неужели она была просто наивной дурой, слишком очарованной мечтателем-растрепой Дэвидом? Неужели не могла увидеть жестокую правду, хотя она была прямо перед глазами?

Да на кой ты ему сдалась?

Этот вопрос следовало задать раньше. Он был такой… с привкусом горькой правды.

Ты тощая, ни сисек, ни жопы, не то что у Эбби. Доска – два соска. Плоская и невзрачная. Ты даже не старшеклассница. Для них ты просто ребенок, надоеда, пятое колесо.

Теперь Лори поняла: они всегда хотели ее спровадить, но были слишком добры, чтобы сказать об этом напрямую. От осознания в ней что-то надорвалось. Она не ожидала, что что-то может встать между ней и сестрой, но вот он – высокий красивый парень с широкими плечами и симпатичной попкой.

И все-таки она до сих пор любила Дэвида. Оттого и было так больно.

Интересно, они занимались сексом?

До того Эбби уже несколько раз встречалась с парнями и признавалась Лори, что переспала с двумя из них. А теперь она спит и с Дэвидом тоже? Лори почувствовала, как при этой мысли к горлу подкатывает ком. Она сжала в руке карандаш, он сломался пополам, и Лори швырнула его на пол. Одноклассники прошли мимо, даже не взглянув на нее. Они стремились на свободу.

Ты никогда ни с кем не встречалась по-настоящему. Поцеловалась первый раз, играя с соседями в «бутылочку», – и получила семь райских минут, позволив Адаму Сартону себя потрогать. И больше вы не разговаривали. В младших классах ты гуляла с Кларенсом, но ни он, ни ты так ни на что и не решились. Он тебе даже не очень нравился, просто оказался первым, кто пригласил тебя прогуляться. О, еще был Шон, который изменил тебе через неделю, потому что ты не позволила ему залезть тебе под юбку. Тупая целка. Ты и с парнями-то, по сути, не общалась. В общении ты неловкая и душная. Черт возьми, Лори, когда ты прекратишь быть ребенком и станешь молодой женщиной?

Она не знала ответа, но знала, что, если сама все не исправит, по волшебству ничего не произойдет. Лори хватало ума понять, что без труда не вытащишь и рыбку из пруда: без хороших оценок, без знакомств, без подработки в магазине летом. Если она хочет, чтобы в ее жизни появился парень, надо пойти на жертвы. Придется поучиться, понять, чего они хотят, что делает девочку особенной в глазах мальчика. И она сделает все, что потребуется, даже если будет знать, что поступает неправильно.

Глава 11

Дражайший Эдмунд!

Итак, отвечая на твои вопросы о моей сексуальной жизни в подростковом возрасте… Пожалуй, начну с того, что родители никогда не заводили со мной разговоров о сексе. Они не были какими-то религиозными фанатиками или консерваторами, просто разговоры о сексе в нашем доме не допускались. Смотреть что-то такое по телику тоже было нельзя, список доступных каналов был ограничен, а то, что мы брали в прокате, строго контролировалось на предмет запретных сцен. Секс оставался тайной, которую мы, дети, должны были раскрыть самостоятельно. Мы с Эбби обсуждали услышанное в школе и порой даже поддразнивали Пита подслушанной в коридорах грязной шуткой. Когда у меня начались месячные, я не смогла сообщить родителям – слишком сильно смутилась. Мне казалось, это слишком близко к теме секса. Я боялась, что родители откажутся от меня просто потому, что я достигла половой зрелости. Сейчас это кажется смешным, но в том возрасте я все воспринимала именно так. И все же пришло время узнать о том, что творится с моим организмом, о гормональной системе. Так что я брала в библиотеке учебники по биологии и читала о сексе и размножении. Я всегда была книжным червем (однажды даже надеюсь написать книгу). Видишь ли, я была тихоней, своего рода ботаном, и погружение в учебу и выдуманные миры, описанные в романах, помогло мне