Зарубежный детектив 2026-17 - Альберт Корнелис Баантье

Де Кок медленно поднялся со своего места. Внутреннее чутье всегда безошибочно подсказывало ему, когда следует прекратить допрос, ибо дальнейшие его усилия ни к чему не приведут. И сейчас, несомненно, настал именно такой момент.

Де Кок Повернулся к Фледдеру.

— Куда ты поместил Рихарда Недервауда?

Молодой следователь ткнул пальцем через плечо.

— В камеру предварительного заключения, как и в прошлый раз.

Де Кок прикусил губу.

— Отпусти его домой и скажи, чтобы он явился завтра утром в половине девятого.

Фледдер открыл рот от изумления.

— Домой? — растерянно повторил он. — Но Рихард взял в заложницы женщину… угрожал ей…

— Знаю, — спокойно произнес Де Кок. — Я же был при этом.

Он не удостоил никакими объяснениями своего молодого помощника, и тот, окончательно сбитый с толку, задал только один вопрос:

— А что будет с ней? — Фледдер указал на женщину, сидящую перед инспектором.

— Попроси дежурного бригадира арестовать ее.

— Арестовать? — Фледдер подскочил на стуле. — За что?

— За соучастие в убийстве, — невозмутимо объявил Де Кок.

16

На следующее утро Де Кок поднялся необычно рано, но когда он добрался до полицейского управления и вошел в комнату следователей, Фледдер уже сидел за своей электрической пишущей машинкой, и его ловкие пальцы так и порхали по клавишам. Он прекратил печатать только тогда, когда старый следователь остановился возле его стола, и поднял на него глаза.

— Я боялся, что вы появитесь слишком поздно, — с озабоченным видом произнес он.

— Почему?

Фледдер постучал пальцем по раскрытой газете, лежавшей рядом с пишущей машинкой.

— Все газеты полны сообщений о происшествии на башне Старой церкви. К счастью, они не опубликовали фотографий. Клянусь, через час сюда войдет комиссар Бейтендам, и разразится буря: он ведь еще ничего не знает, мы ему пока не сообщили о происшествии. — Он сокрушенно покачал головой. — И он будет по-своему прав, комиссар не должен узнавать из газет о том, что происходит в его районе. Потому-то я и спешу подготовить рапорт.

— Я надеюсь, ты постарался изложить все как можно короче?

— Только факты. Ну и конечно, имена всех причастных к этому событию.

Де Кок бросил взгляд на часы — четверть девятого.

— Если Рихард Недервауд явится вовремя, — а я назначил ему встречу в половине девятого, — мы успеем ускользнуть до того, как комиссар появится здесь.

Молодой следователь нахмурился.

— А куда вы намереваетесь отправиться сегодня?

— В больницу Южного Креста.

— Вместе с Рихардом Недерваудом?

Де Кок кивнул.

— Да. И с Жозе Хракема. Именно поэтому я приказал задержать ее. — Де Кок хитро подмигнул своему помощнику. — Я понял, что вчера, когда я отдавал дежурному это приказание, ты решил, что я сошел с ума. Могу тебя успокоить: я тоже не верю, что эта женщина является соучастницей в убийстве. — Инспектор широко развел руками. — Но у меня не было иного выбора: если бы я отпустил ее вчера вечером после всей этой истории с похищением, она сразу же связалась бы с людьми, которые наложили на нее обет молчания, А как раз этого-то мне и хотелось избежать.

Фледдер, сложив губы трубочкой, втянув в себя воздух.

— И почему вы продержали целую ночь в камере эту невинную особу? — Он укоризненно смотрел на инспектора.

Де Кок с виноватой улыбкой прижал руки к груди.

— Я просил дежурного предоставить ей хорошую постель и вообще… уделить ей побольше внимания. — Он помрачнел. — А вообще вина за эту ночку, проведенную в камере, лежит не на мне!

— На ком же?

— Ты это еще узнаешь.

В комнату без стука вошел Рихард Недервауд, лицо у него было бледное и помятое, под глазами залегли тени. Он прямо от двери направился к Де Коку.

— Вы с ней говорили? С этой медсестрой, я имею в виду?

— Да.

— Ну и… Что она вам сказала? Розочка умерла?

— За ответом на этот вопрос нам сейчас и предстоит отправиться в больницу, — с горечью произнес инспектор.

Де Кок вылез из машины последним, с громким стуком захлопнул за собой дверцу и посмотрел наверх. Огромное неуклюжее чудище из стекла и бетона словно нависало над улицей — больница Южного Креста показалась Де Коку похожей на пчелиный улей. При виде этого безликого угрюмого здания его охватил внезапный ужас… необъяснимый страх перед этим многоглазым чудовищем, в слепые мертвые зрачки которого почти никогда не проникал солнечный свет.

Рихард Недервауд подошел и встал рядом, казалось, он угадал, какие чувства обуревают старого сыщика.

— Ужасное здание, правда?

Де Кок кивнул.

— И этот главный портал… — еле слышно пробормотал он.

— Портал жизни и смерти, верно? — подхватил его мысль Фледдер.

— Вот именно… — вздохнул Де Кок.

Фледдер и Жозе Харкема пошли впереди, а Де Кок и Рихард Недервауд зашагали следом за ними. Когда они подходили к дверям больницы, инспектор ускорил шаг и нагнал их — он боялся, что медицинская сестра, очутившись на своей территории, может ускользнуть от них и исчезнуть в лабиринтах больничных коридоров и переходов.

Им никто не встретился, пока Жозе Харкема вела Рихарда Недервауда и обоих следователей к лифту. На седьмом этаже они вышли из кабины лифта и, пройдя через просторный вестибюль, из которого вели автоматические двойные двери, вошли в широкий коридор.

Де Кок не сводил глаз с медицинской сестры: она явно нервничала, это было заметно и по ее походке, и по тому, как она поминутно оглядывалась.

Когда они прошли половину коридора, Жозе Харкема остановилась и, многозначительно кивнув Де Коку, указала на дверь справа.

— Это там… — прошептала она и пошла дальше.

Однако седой сыщик удержал ее за руку.

— Ну нет, мы не хотим лишаться вашего общества, — с улыбкой произнес он и, крепко сжав ее локоть, повел женщину к двери, на которую она указала. — Может быть, вам придется доложить о нас… — Он повернул ручку и открыл дверь.

Седовласый мужчина, сидевший за широким столом, заваленным бумагами, невозмутимо, даже с каким-то веселым удивлением, наблюдал за странной компанией, неожиданно, без всякого предупреждения, ввалившейся в его кабинет.

Наконец он спокойно отложил газету, которую держал в руках, и неторопливо поднялся навстречу посетителям.

— Боюсь, — холодно улыбнувшись, произнес он, — наша игра закончилась…

Де Кок шагнул к его столу.

— Вы доктор Ван Беммелен?

Седовласый господин наклонил голову.

— Да, я главный врач больницы. — Он смерил оценивающим взглядом стоящего перед ним мужчину. — А вы, насколько я понимаю, инспектор полиции Де Кок?

Старый сыщик поклонился.

— Да. Честь имею представиться: следователь Де Кок.

Доктор