Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

домами как раз в то время, когда заканчивались уроки в начальной школе, очень опасно. Комитет несколько раз делал замечания водителю, но без толку. Председательница Ци лично вмешалась, но водитель, прикрываясь тем, что работает «на район», даже ее игнорировал. В тот день грузовик снова летел на полной скорости; дети с криками разбегались, и одна девочка споткнулась и упала. К счастью, Чжоу Липин, шедший в столовую за обедом, проходил мимо и успел одним рывком оттащить ее – колеса пронеслись буквально в сантиметре от них.

Как только грузовик остановился и водитель открыл дверь, чтобы выйти, Чжоу Липин бросился к нему. На глазах у всех Чжоу Липин схватил мужчину за воротник и приподнял над землей! Его лицо исказилось от ярости, он заорал так, что у всех присутствующих кровь застыла в жилах: «Ты что творишь?! Хочешь стать убийцей?!»

– Вы бы видели его в тот момент: сжатые кулаки, скрежещущие зубы, перекошенное лицо. Если бы я случайно не проходила мимо и не окликнула его, он бы, наверное, живьем проглотил того водителя! – вспоминала председательница Ци.

Увидев ее, Чжоу Липин сразу присмирел и, опустив голову, медленно ушел.

«Кто это такой? – Перепуганный водитель был в шоке. – Как зверь какой-то».

Председательница Ци ответила: «Это недавно освободившийся заключенный, на его счету несколько убийств. Впредь не приезжайте в это время, держитесь от него подальше и ездите помедленнее».

Обычно наглый водитель грузовика закивал: «Спасибо, председательница, спасибо!»

С тех пор грузовик стал приезжать в район в десять утра и двигался очень медленно.

Этот случай помог председательнице Ци решить одну проблему. Она предложила Чжоу Липину: «Может, пойдешь регулировщиком движения на главную улицу у входа в район? Есть утренняя и вечерняя смены – оплата поменьше, или полный день – оплата побольше. Что выберешь?»

Чжоу Липин выбрал полный день.

Это еще больше успокоило председательницу Ци, поскольку полный рабочий день означал дежурство на перекрестке с шести утра до восьми вечера, что облегчало наблюдение за Чжоу Липином.

С тех пор он в красной кепке и оранжево-желтом жилете, с красным флажком в руке стоял под светофором и регулировал движение, в основном останавливая пешеходов и велосипедистов, пытающихся перейти на красный свет, а также помогая полиции в случае аварий. Работа была простой, основные трудности заключались в физической усталости от долгого стояния и оскорблениях или даже побоях от нарушителей. В физической выносливости Чжоу Липина председательница Ци не сомневалась, но неожиданным оказалось то, что за несколько месяцев работы он ни разу не вступил ни с кем в конфликт. Он твердо останавливал нарушения, но, когда сталкивался с теми, кто не слушался, не огрызался и даже не закатывал рукава, просто терпел.

– Его били? – удивилась Го Сяофэнь.

– А есть регулировщики, которых не били? – горько усмехнулась председательница Ци. – Обычно таким занимаются богатые боссы на дорогих машинах: побьют, разбросают деньги и уедут.

– Я слышала, когда у одного следователя украли пистолет при нападении, полиция включила Чжоу Липина в список подозреваемых, и вы заступились за него во время расследования?

Председательница Ци насторожилась:

– На самом деле… я не то чтобы заступалась, просто считала, что он действительно исправляется.

Она признала, что со временем ее мнение о Чжоу Липине становилось все лучше. Особенно в конце прошлого июля, в сорокадвухградусную жару, когда она вышла по делам в полдень и увидела, что все регулировщики сидят в тени деревьев, а Чжоу Липин стоит на солнцепеке и регулирует движение. Весь жилет на его спине промок от пота. Ей стало жаль такого крепкого парня. Но потом она подумала: «Эх, кто же виноват, что он убил столько людей? Это все расплата!»

Го Сяофэнь уточнила:

– Разве вы не знали, что при вынесении приговора доказали только одно убийство?

– На самом деле все прекрасно понимали, сколько человек он убил. То дело десятилетней давности было таким громким, что слухи ходили по округе еще много лет.

– А были ли жители или чиновники, которые протестовали против того, что ваш район принял такого человека?

– Ворчание и недовольство, конечно, были, но ведь дело случилось десять лет назад, а сейчас времена так быстро меняются. Все заняты насущными проблемами, кому есть дело до тех событий? К тому же, глядя на такого послушного Чжоу Липина, даже девушки в нашем офисе говорили: какой же он серийный убийца, он даже кусачки для ногтей побоится взять… Поэтому когда случилась трагедия на станции Саошулин, мы все были потрясены. Древние были правы: горы легче сдвинуть, чем изменить природу человека!

– А как потом Чжоу Липин попал в компанию «Минъи PR»?

– Однажды он пришел ко мне и сказал, что нашел новую работу и больше не будет регулировщиком. Я сначала насторожилась: что за новая работа? Не пытается ли он уйти из-под нашего наблюдения? Но он честно предоставил все документы с нового места, я отправила сотрудника, отвечающего за надзор за освободившимися, проверить компанию «Минъи PR», и когда тот вернулся и сообщил, что компания легальная, я успокоилась. Но как именно он устроился в эту компанию, я не знаю.

Го Сяофэнь переглянулась с Ма Сяочжуном, показывая, что закончила с вопросами. Тот с улыбкой встал и обратился к председательнице Ци:

– Ну, достаточно, давайте посмотрим жилье Чжоу Липина.

Председательница тут же поднялась:

– Я вас провожу.

– Не стоит, занимайтесь своими делами, там должны быть дежурные, мы сами дойдем. – Ма Сяочжун несколько раз просил женщину остаться, но она все равно проводила их до дверей.

– Да, кстати, – вдруг вспомнил Ма Сяочжун, – вы или другие сотрудники комитета не замечали, чтобы Чжоу Липин с кем-то особенно близко общался?

Председательница Ци надолго замолкла, нахмурившись, потом покачала головой.

– Подумайте еще, даже если не близкое общение, может, что-то подозрительное?

Тут она вспомнила:

– Было два человека. Одна – пенсионерка Чжу Минь из второй средней школы западного района, седая старушка, бывшая классная руководительница Чжоу Липина в старшей школе. Она приходила в комитет узнать его адрес, наверное, навещала его. И еще… Не могу точно сказать, просто как-то вечером, когда я уходила с работы, мельком видела в саду нашего района за зеленой изгородью длинноволосую девушку, которую никогда раньше не встречала, очень красивую. Она о чем-то разговаривала с Чжоу Липином и вытирала слезы…

Ма Сяочжун обрадовался:

– Отлично! В каждом деле должна быть женщина. Лучше – красивая, а еще лучше – плачущая красивая женщина, тогда оно становится интересным.

2

Ма Сяочжун с Го Сяофэнь подошли к дому, где жил Чжоу Липин. Пятиэтажное здание, судя по облупившейся штукатурке, было довольно