Гадание на свинцовой гуще - Николай Иванович Леонов

сменщик мог въехать. Однако на этот раз ворота оказались закрыты. Дементьев удивился, но, по его словам, не очень встревожился. Он решил, что напарник отвлекся на какое-то срочное дело или его зачем-то позвал хозяин. Поэтому Суриков и не успел открыть ворота. Он позвонил и стал ждать. Но из дома никто не появлялся, и тогда Дементьев забеспокоился. Звонок на воротах был довольно громкий, в доме его должны были услышать. Он вспомнил, что у него есть ключ от калитки, но не сразу сообразил, где он лежит, поскольку почти никогда им не пользовался. Дементьев стал шарить по карманам, полез в бардачок машины и тут вдруг заметил за воротами, перед домом, что-то необычное.

— А там что, забор не сплошной? — спросил Крячко. — С улицы видно, что делается во дворе?

— Сам забор сплошной, кирпичный, а ворота из кованой стали, решетчатые, — ответил Колесов. — Так хозяин захотел, Петр Аркадьевич. Так вот, Дементьев пригляделся и понял, что там, в кустах, кто-то лежит. Тогда он оставил поиски ключа и позвонил нам.

— То есть решил себя застраховать, — сказал Гуров. — Не стал входить на территорию, где что-то случилось, до прибытия полиции.

— Совершенно верно. Он позвонил в полицию, и к дому была выслана патрульная машина. К этому времени Дементьев уже отыскал свой ключ, но сам открывать калитку не стал, отдал ключ сержанту. Сейчас посмотрю его фамилию. Да, сержант Погорелов калитку отпер, и они втроем — он сам, рядовой из патруля и охранник — вошли на территорию усадьбы.

— Минутку, майор, давай здесь немного задержимся, — сказал Гуров. — Дом, о котором идет речь, тоже находится на охраняемой территории, да? Там имеется шлагбаум, а возле него несет службу охранник?

— Нет, товарищ полковник, не так, — покачал головой Колесов. — Особняк Петра Куликова находится в другом районе, ближе к центру города. Здесь охраняемой территории нет. Этот дом выходит непосредственно на улицу Буденного.

— Я понял, давай дальше, — сказал Гуров.

— Значит, они втроем вошли и обнаружили за кустами тело охранника Дениса Сурикова. У него было перерезано горло. Тело уже остыло, то есть смерть произошла еще ночью. Когда сержант это обнаружил, он поступил так же, как и охранник Дементьев, не стал сам входить в дом, а позвонил в управление. Так что первым человеком, который попал в то утро в дом Куликова, был мой напарник, капитан Семенов, уже знакомый вам. — Майор кивнул ему, как бы передавая эстафету и предлагая продолжить рассказ.

Семенов понял это и заговорил:

— Получив сообщение сержанта Погорелова, я занялся формированием следственной группы. В нее вошли два оперативника, врач, фотограф и другие специалисты. В девять тридцать четыре мы выехали на место. Сержант Погорелов к этому времени обошел дом вокруг, осмотрел его. Он доложил мне, что снаружи все выглядит совершенно нормально, как обычно, не считая одного момента. Погорелов установил, что задняя дверь дома заперта, а парадная нет. Она даже слегка приоткрыта. Ничто не мешает войти в дом. Мы вошли и установили, что все его обитатели мертвы.

— Сколько было этих обитателей? — спросил Крячко.

— Четверо, — ответил Семенов. — Прежде всего это был сам хозяин, Петр Аркадьевич Куликов. Он лежал возле лестницы, нижние ступеньки которой были залиты его кровью.

— Как он был убит? — спросил Гуров. — Тоже ножом, как и охранник?

— Нет, Куликова застрелили, — ответил капитан. — Мы совместно с криминалистами смогли восстановить картину трагедии, реконструировали события, случившиеся той ночью. Но давайте я все же сначала закончу рассказ о жертвах, потом сменю тему.

— Да, так будет правильно, — сказал Гуров.

— Значит, Куликова убили на лестнице. Тело его жены, Марии Владимировны, было обнаружено в спальне. Вот она была убита ножом. Горло ей перерезали. Точно так же погибли дочь Куликовых, шестнадцатилетняя Настя, и горничная Ирина Жукова.

— Неужели обе женщины были просто убиты? — поинтересовался Крячко. — Ничего сексуального?

— Нет, следов сексуального насилия мы не обнаружили, — ответил Семенов.

— Понятно, — протянул Стас. — Осторожность оказалась сильнее желания. Убийца не захотел оставлять следы.

— Да, мы пришли к тому же выводу, — проговорил капитан. — Теперь о времени совершения преступления. Врачи определили, что все жертвы умерли примерно в одно время — между двумя и тремя часами ночи. Дальше, если не возражаете, о том, как развивались события. По всей видимости, преступники располагали дубликатом ключа от калитки. С его помощью они вошли на территорию усадьбы. При этом в дежурке у охранника Сурикова сработала сигнализация. Он вышел во двор, чтобы выяснить причину тревоги, и был убит. Затем преступники вошли в дом через дверь, которая оставалась открытой. Наверное, они надеялись застать его обитателей врасплох. Но сигнализация разбудила не только охранника, но и хозяина дома. Петр Куликов вышел из спальни, стал спускаться по лестнице. Тут преступники его и застрелили.

— Странно это. Не понимаю, почему они изменили своему любимому холодному оружию, — задумчиво произнес Гуров. — Ведь они наверняка могли справиться с хозяином дома и без помощи пистолета. Да, кстати, из какого оружия был убит Куликов?

— Его застрелили из пистолета Макарова, — вместо капитана ответил на этот вопрос Колесов. — В базе данных криминального оружия этот ствол не числился, поэтому установить его владельца мы не смогли.

— Понятно, — произнес Гуров. — Ну, капитан, заканчивай свою реконструкцию. Или ты уже все сказал?

— Да, в общем, почти все, — ответил Семенов. — Преступники застрелили хозяина дома, тут же бросились в спальни, где находились женщины, и убили их всех прямо там. Потом они вскрыли сейф.

— А вот это интересно! — заметил Крячко. — Значит, здесь они знали код? Им не требовалось пытать хозяина, чтобы его заполучить. Как так вышло?

— Неизвестно. Еще мы не знаем, сколько денег лежало в сейфе. Может, там вообще не было наличных, только документы. Так или иначе, но сейф они обчистили полностью. Мы в нем ничего не обнаружили. Кроме того бандиты унесли украшения, принадлежавшие жене и дочери убитого, и две картины из его коллекции.

— Так Куликов собирал картины? — спросил Гуров. — И насколько велика была его коллекция?

— Всего в доме было два десятка картин, — ответил Семенов. — Они висели в гостиной, в кабинете, а также в столовой.

— Эти картины представляли какую-то ценность?

— Куликов собирал полотна современных художников. То есть ценность этих работ пока неизвестна. Никто не знает, получат эти художники известность или нет. Но две картины, которые преступники унесли, кажется, довольно дорогие.

— А почему вы все время говорите о бандитах «они»? — спросил Крячко. — Может, это все совершил один человек?

Семенов покачал головой и произнес:

— Нет, преступников явно было несколько, по крайней мере двое, скорее даже трое. По ходу восстановления картины