Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

считает зарплату супруги угрозой собственной мужественности. Новая девушка, Трейси, потихоньку училась, но все же она не Мэри: та знала, когда вмешаться в беседу, а когда вежливо отвернуться. И еще неизвестно, как поведет себя Трейси, если вдруг поймет, что происходит нечто подозрительное.

На Ректор и на Бродвее час обеда. Поток офисных служащих выплескивался из зданий и разливался по авеню. Хот-доги с уличных лотков, блюда дня в «Автомате», стейки с кровью для больших шишек, зарезервировавших столы. Почему именно сегодня? Во-первых, контракт с «Белла Фонтейн». Отправив конверт с договором в штаб-квартиру «Белла Фонтейн» в Омахе, Карни вспомнил тот жаркий и влажный июль. Убийство Джеймса Пауэлла, беспорядки, опасные события следующей недели — и как жара улеглась, и что случилось с Фредди. И сейчас, полтора года спустя, когда, дожав-таки мистера Гиббза, Карни наконец подписал договор с «Белла Фонтейн», события тех дней превратились в мираж.

Точнее, не так: последствия-то остались, а вот причины лишились смысла, рассеялись, точно призрак. Гарлем бунтовал — и ради чего? Мальчика не вернешь, лейтенанта Гиллигана присяжные оправдали, а черные парни и девушки по-прежнему гибнут от дубинок и пистолетов белых копов-расистов. Фредди и Лайнус умерли, ограбление кончилось пшиком, Ван Вайк по-прежнему возводит дома.

Фредди два месяца провалялся в коме. Давление в черепушке. Его последние слова: «Я не хотел тебя подставлять». Карни знал, что брат ненавидел Гарлемскую больницу, ведь та отбирала у него мать, долгие годы тетя Милли работала в две смены, дежурила по ночам. Ему нравилось думать, что Фредди чувствовал и наслаждался теплом ее руки в те последние дни и ночи, когда они воссоединились на четвертом этаже больницы. Отсюда уже не сбежишь в ночной клуб, не соврешь, где шлялся. Не исчезнешь. Педро приехал, узнав о случившемся. После похорон побыл еще два дня и вернулся во Флориду.

Смерть отняла Фредди у Карни, но скорбь вернула ему призрак брата, незримого спутника, что повсюду тенью следовал за ним, дергал его за рукав и говорил в самый неожиданный момент: «Помни мою улыбку, помни когда, помни меня». Голос стихал, какое-то время Карни его не слышал, но потом тот снова окреп: «Помни меня, теперь это твоя задача, помни меня, потому что больше некому». Порой горе обретало такую силу, что жизнь замирала, лишалась сути, и шар земной не крутился. Но это было не так. И жизнь продолжалась на свой окольный манер, и свет не померк, и шар земной всё крутился, и времена года рушились и в свой черед возвращались снова.

Через два дня после визита в дом № 319 по Парк заглянул за конвертом Мансон. Учитывая, как обработали Фредди, полиция приняла на веру рассказ Карни, что брат якобы пришел к нему в магазин избитый до полусмерти: с кем-то схлестнулся. Мансон не говорил, верит он сам или нет в эту историю, лишь передал, что в расследовании нет смысла. Власти через «Нью-Йорк пост» дали понять, что дело Лайнуса Ван Вайка закрыто: смерть от несчастного случая. Карни вручил детективу конверт, и их сотрудничество возобновилось.

Делрой тоже наведывался к Карни за своим конвертом, будто всё в полном порядке. Тот, кто прищемил хвост Чинку Монтегю, сменил гнев на милость. Некоторое время отношения между Делроем и Карни оставались натянутыми — не считая вынужденной платы за покровительство, — но потом у бандита появилась подружка, на этот раз с Ямайки, и ей потребовались кухонный стол и стулья. И Карни охотно продал Делрою очередной обеденный гарнитур «Хэтэуэй», еще и скинул десять процентов как постоянному покупателю.

Настал август. Карни не знал, действительно ли всё в прошлом, не прицепится ли к нему снова Ван Вайк. Бизнес завершен, кровь с обеих сторон, раздражение копится — обычно такого хватало, чтобы прекратить войну между бандами, видимо, и в этом случае вражда завершилась так же. В конце концов, мистер Ван Вайк получил, что хотел. А Карни долго еще не мог уснуть по ночам, но наставало утро — и Элизабет рядом, в постели, дети возятся в детской, мир его невредим. Пока. Когда Перчик зашел в магазин забрать свое кресло, Карни спросил его: «Как думаете, все кончено?» Перчик похудел за время выздоровления, но язвительного апломба не растерял: «Я не одобрил бы, если бы это было не так».

Карни приехал на угол Баркли и Гринвич. На перекрестке такси подрезало зеленый седан, водители выскочили из машин и сцепились друг с другом. Два краснолицых белых мужика вели себя как обезьяны в джунглях. Карни направился вдоль фанерной ограды за угол, на Баркли, там было поспокойнее. Вывеска на ограде стройки гласила: «Недвижимость Ван Вайка. Строим будущее». Высокий желтый кран нес по воздуху большую стальную трубу. Та раскачивалась, как серфер, и вскоре скрылась из виду.

Карни подошел к окошечку в изгороди. Ему всегда казалось, что такие окошечки интересны разве что детям — Мэй не пропускала ни одного, требовала, чтобы папа поднял ее, дал посмотреть на стройку. А сейчас Карни и сам прижался носом к стеклу. Котлован уходил вниз этажа на четыре, такой глубокой ямы Карни еще не видал. Подземная парковка? Или ровно на столько нынче надо зарыться в землю, чтобы выстроить небоскреб? Просто факт из области физики. Всю эту землю и камни уже объяснили. Почитай статьи о планах застройки Бэттери-Парка — и узнаешь, что для намыва понадобится миллион тонн грунта. Чем выше строишь, тем глубже надо копать — и расширять остров, чтобы втиснуть все те строения, которые планируется возвести. В общем, какой-то бред.

На другой стороне улицы обосновалось великолепное здание в стилистике ар-деко — небоскреб Нью-Йоркской телефонной компании, изящный гранитный упрек окружающим выскочкам из стекла и стали. Простецкие домики, прежде занимавшие территорию стройки, не представляли угрозы его величию. Ряд неприметных трехэтажных коммерческих зданий, остатки былого Манхэттена. Карни справился в городском архиве: по его данным, Лайнусу Ван Вайку с 1961 года принадлежали три дома по Баркли-стрит — номер 101, 103 и 105. Корпорация Ван Вайка получила их 2 августа 1964 года, через восемь дней после его смерти, и в тот же день приобрела еще шесть примыкающих друг к другу строений на Гринвич. Через год на том и другом участке вырастет административное здание в пятьдесят шесть этажей, самый смелый из всех проектов «НВВ». Оно начнет работу задолго до завершения Всемирного торгового центра и воспользуется преимуществами затевающейся гигантской стройки в квартале к югу. Всемирный торговый центр преобразит город, если верить рекламе Рокфеллера и газетам в кармане Карни.

Хорошо начинать пораньше. Быть первым необязательно (таков принцип компании Ван Вайка), достаточно предвидеть будущее.

Карни мог оперировать исключительно сведениями из городского архива и тем, что узнал от Фредди. Семейная