Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

– Пусть Долиш и помешанный, но, если то, что он говорит, – правда, нам придется ой как непросто, – весело заметил Крис Кеннеди. – Боюсь, придется его отмутузить.

Эббершоу встал:

– Не знаю, как вы, Уайетт, но я бы счел за лучшее для всех нас переместиться в другую комнату и обсуждать произошедшее там. Где-нибудь, где слуги нас не побеспокоят. Не думаю, что нам и правда грозит опасность, но, возможно, стоит выяснить, правду ли Гидеон говорил про бензин.

– Я спущусь и все проверю, хорошо? – поспешно встал Крис Кеннеди. – Мне в самом деле хочется сходить, – добавил он, перехватив неуверенный взгляд Уайетта, и ушел, насвистывая.

Как и предлагал Эббершоу, компания переместилась в соседнюю комнату. Все по-прежнему непринужденно разговаривали, но вели себя при этом весьма скованно. Жанна была откровенно напугана, Энн Эджвер – необычно молчалива, остальных снедала тревога.

Эббершоу последним вошел в огромную гостиную, залитую утренним светом, который проникал сквозь высокие окна и блестел на начищенном полу, на гербах с английскими розами и на резных панелях. Но Джордж не обратил на это внимания, когда, приглушенно вскрикнув, сделал шаг назад.

Над дальним камином, в окружении наконечников копий, сверкал он, такой знакомый, словно и не покидавший своего места, – кинжал Блэк-Дадли, зловещий и прекрасный.

Глава 9

Крис Кеннеди зарабатывает очко

Как только Эббершоу оправился от удивления, он повернулся к стоявшей рядом Мегги. Остальные разбились на небольшие группы и тихо разговаривали.

– Вы были здесь этим утром, когда мы вернулись из сада? – спросил он.

Она кивнула, заметно дрожа, и прошептала:

– Да, и… И он уже был здесь, там же, где и сейчас. Я… я не устояла и зашла проверить. Должно быть, кто-то вернул его на место. Вчера ночью. – На последнем слове Мегги всхлипнула, и Эббершоу положил руку ей на плечо.

– Испугались? – спросил он.

Она отважно посмотрела ему в глаза и просто сказала:

– Я так рада, что вы тоже здесь.

Эббершоу почувствовал прилив счастья и покраснел, но ничего не сказал. Он ни в коем случае не преуменьшал серьезность ситуации. Будучи старшим среди гостей, он к тому же знал о событиях последних двенадцати часов больше, чем, вероятно, кто-либо другой в этой комнате.

Однако что-то подсказывало ему молчать об открытиях; он понял, что противники – опасные люди. Мистер Бенджамин Долиш, если его и правда так звали, был человеком отнюдь не простым, а вдобавок очень злым.

Сейчас, как уверенно полагал Эббершоу, им следовало сосредоточиться на том, чтобы покинуть поместье любой ценой.

Он и не предполагал, что странные приятели покойного полковника осмелятся пойти на такие крайности, но, раз они сделали это, нельзя было слепо верить, что их легко одолеть; вероятно, они были очень сильны.

Ускользнув из дома, Эббершоу тут же вызовет подкрепление из высших инстанций. Лучше всего сообщить в полицию так, чтобы похитители ни о чем не догадались; главное – сбежать, но сейчас эта задача представляется весьма непростой.

Способ обрести свободу, конечно, был: красный бумажник едва ли не жег карман Эббершоу. Но доктор отказывался идти этим путем, не желая упустить того, кто, как он был уверен, возглавлял одну из самых изощренных банд в мире. До сих пор Джордж действовал во тьме, и, если он сдастся сейчас, эта тьма никогда не рассеется. Он проиграет, и тайна будет похоронена навеки.

– Мы им еще покажем, – сказал он Мегги.

Та рассмеялась:

– Или падем в этой схватке.

Благодаря ее смеху Эббершоу испытал огромное облегчение.

– Мне тоже хочется побороться.

Вдруг мистер Кэмпион снова привлек всеобщее внимание бессмысленным заявлением.

– Я полагаю, что никто ничего не крал, – мягко сказал он.

– У меня в комнате лишний кусок мыла, – пробормотал Прендерби, – но вряд ли он интересует этого коршуна. И кстати, Уайетт, – внезапно добавил он, – его поведение – вовсе не единственная странность! Вы, наверное, уже знаете, что…

– Во всем этом вообще немало странного, Майкл, – поспешно вмешался Эббершоу, пристально глядя на юношу.

Прендерби понял намек и промолчал, но к нему обратился Уайетт:

– Мне не за что извиняться. Прежде подобного никогда не случалось. Дядя всего лишь попросил меня устроить вечеринку в эти выходные, как и много раз до этого. Гидеон уже бывал здесь, но мы не перекинулись и полудюжиной фраз. Что касается этого немца, Долиша, то я с ним вообще не знаком.

Прендерби, для которого эти слова прозвучали как упрек, покраснел, и то, что могло показаться неловкой паузой, прервалось неожиданным возвращением Криса Кеннеди. Он был в хорошем настроении. Его красивое молодое лицо покраснело от волнения, и остальные не могли избавиться от подозрения, что он просто-таки наслаждался происходящим.

– Вот ведь гады! – произнес Крис, ворвавшись в гостиную. – Слили все до капли! А в остальном автомобили и пальцем не тронули. Между прочим, тот антиквариат на колесах исчез – не удивлюсь, если рассыпался в прах, – но, кроме него, ни одна машина не пропала.

– Вас кто-нибудь видел? – спросил Мартин.

– Ни единая душа, – похвастался Кеннеди. – Ваш малыш Кристофер Робин кое-что придумал. Петри, если я очень настойчиво попрошу, не угостите меня бутылочкой имбирного? – В его голосе звучало плохо сдерживаемое ликование.

– Мой дорогой друг, – шагнул вперед Уайетт, – думаю, здесь вы найдете все, что вам нужно, – и направился к потайному буфету под каминной полкой.

Кеннеди сунул голову в буфет и тут же повернулся с лицом раскрасневшимся и торжествующим.

– Две бутылки виски, а также трехзвездочный бренди, – сказал он, засовывая бутылки под мышку. – Это кощунство, но делать нечего. Все к окну, цыплята, сейчас дядя Кристофер поймает вам кролика!

– Что же вы собираетесь делать со всем этим богатством? – спросил Уотт, которому явно не нравился этот спортсмен. – Выпьете и впадете в кровавую ярость?

Кеннеди ухмыльнулся, глядя через плечо; он уже был на полпути из комнаты.

– Вам нечего бояться! – остановился он, положив руку на дверную ручку. – Бояться должен старина «сальмсон». Все внимание на гараж! Сейчас, леди и джентльмены, вас ждет то еще зрелище. Смертельный номер, всего одно представление!

Несколько сбитая с толку компания с сомнением взирала на него.

– Боюсь, я даже сейчас не улавливаю мысль, – все столь же холодно произнес Мартин. – Возможно, я чертовски бестолков, но правда не понимаю, о чем вы говорите.

Майкл Прендерби внезапно поднял голову:

– О боже! А ведь это может сработать! Какая идея!

– Вот и я говорю, – сказал Кеннеди и, покинув комнату, помчался по коридору.

– Что за идея? – спросил Эббершоу у Майкла.

– Он хочет заправить двигатель выпивкой, – ухмыльнулся