Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

с дубинкой. Он тоже был немало впечатлен. Итак, я отправился дальше – искать щиток. Затем поплелся обратно, изображая сразу всех лучших людей из британской полиции. Остальное было совсем просто, – добавил он, глупо улыбаясь. – Я сбросил свою маленькую бомбочку – и бум! – огненный шар. Ты пошел провожать леди, а мы с Марлоу остались вдвоем прибирать за гостями. Есть вопросы?

– Альберт, ты чудесен! – восхитилась Бидди, теперь державшая за руку Марлоу. – Вы все чудесны! Знали бы вы, как я перепугалась… Я…

Кэмпион приложил палец к губам и взглянул на семейство Кнапп. Понятливая Бидди примолкла.

– Я была счастлива вас всех увидеть, – вновь оживилась она. – Правда, я все еще не знаю, где я и как сюда попала.

– Сдается мне, – сказал мистер Лагг, осматривая Джайлза, – что придется отвести этого юнца к старому доку Редферну. Здесь необходимы швы.

Джайлз и Бидди переглянулись, и Кэмпион, угадав вопрос, что их терзал, произнес успокаивающе:

– Док – лучший в своем деле. Он понимает в таких вещах.

– Надежный человек? – спросил Джайлз.

– Надежнее не сыскать, – задиристо пообещал мистер Лагг. – Если бы не док Редферн, мне пришлось бы возить мистера Кэмпиона в коляске. Пойдем, приятель. Тебе навели красоту в четырех отдельных местах. Я мигом добуду нам такси.

– Пожалуй, – подал голос мистер Барбер, используя первую же возможность встать, – лучше я сам подброшу всех до квартиры мистера Кэмпиона!

В его голосе было столько надежды, что Марлоу ухмыльнулся. Никто до сих пор не обращал на мистера Барбера особого внимания, и Кэмпион словно только сейчас вспомнил о нем.

– Это прекрасная идея, – сказал он. – Боюсь, мы доставили вам ужасно много хлопот, мистер Барбер, но, как видите, нам тоже пришлось похлопотать.

Турок смерил мистера Кэмпиона таким взглядом, словно полагал его сущим идиотом. Но все же направился к двери, и остальные последовали за ним. Кэмпион остался переговорить с Кнаппом. Когда он наконец спустился вниз, все уже сидели в машине. В то же время Джайлз и Лагг поймали себе такси на Черч-стрит.

– Спокойной ночи всем! – крикнул мистер Кнапп из окна.

Когда машина мистера Барбера проезжала мимо Беверли-Гарденс, пожарные составы все еще находились возле дома номер тридцать два.

– Так и играют в «Змеи и лестницы», – весело прокомментировал Кэмпион. – Интересно, что будет в их отчетах. Полагаю, теперь мистеру Датчету придется побеспокоиться.

– Датчету? – быстро переспросила Бидди. – Хироманту? Это он за всем стоял?

– Это был мистер Датчет, – с мрачным видом кивнул Кэмпион. – Он худший из всех, отъявленный шантажист.

– Не то что ваш друг Тос… – тихо начал Марлоу, но мистер Кэмпион поморщился:

– Вот зачем об этом заговаривать?

И они поехали дальше в молчании.

Негласно было решено ни словом не упоминать о произошедшем с Бидди. Кэмпион, казалось, хотел сохранить это дело в тайне.

Было около часа ночи, когда они очутились у черного входа в квартиру над полицейским участком.

– Спасибо, но нет. – Мистер Барбер был однозначен, давая ответ на приглашение зайти. – Прошу меня простить, но мне сейчас нужна лишь турецкая баня. – Он заколебался и задумчиво посмотрел на Бидди. – Но я все еще надеюсь, что ваш брат даст согласие на то, чтобы я занялся продажей его картины.

Бидди уставилась на него. Она не сдержала бы смеха, не будь так измотана. То, чем объяснялось присутствие мистера Барбера в штабе по ее спасению, было столь неожиданным, что даже почти абсурдным.

– Думаю, я могу обещать вам, что это дело уладится, – ответила она. – Большое спасибо за все, что вы для нас сделали.

Мистер Барбер просиял:

– Я буду настаивать, чтобы вы сдержали это обещание! Вы понятия не имеете о ценности, о превосходной сохранности, о…

– Не сейчас, старина. – Кэмпион устало коснулся его руки. – Поезжайте уже. Для всех дел завтра настанет прекрасный, длинный день.

Марлоу и Бидди уже поднимались по лестнице. Кэмпион свернул в дверной проем и теперь медленно шел за остальными. Он поднимался неторопливо, с мокрым от пота, скукожившимся лицом: суровые испытания последних нескольких часов оставили на нем свой след.

Бледная и уставшая от долгого бдения Изопель распахнула перед ними дверь.

– У вас получилось! – запричитала она. – О, Бидди, слава богу, что они тебя вернули! Где же Джайлз? – нервно добавила она, когда Кэмпион запер за собой дверь.

– С ним все в порядке, – успокоил сестру Марлоу. – При участии Лагга он мгновенно встанет на ноги.

– Встанет на ноги? – Ее глаза расширились. – Он ранен?

– Совсем несильно. – Это заговорила Бидди. – У него порезана щека… О, Изопель, как же они мне помогли! – Она бросилась в кресло и закрыла лицо руками. – Теперь, когда все кончено, я готова разрыдаться…

Марлоу устроился на подлокотнике ее кресла и успокаивающе положил руку ей на плечо.

– Еда, – отчеканил мистер Кэмпион. – Грустно – ешь. Это почти что преступный девиз последних лет. Изопель, вы уже поели?

Девушка покачала головой:

– Я… я не была голодна.

– Это еще больше усложняет задачу. Родригес давно отбыл домой. Надо посмотреть, что есть у Лагга.

Он исчез в глубине квартиры. Все это время он старательно избегал Бидди, и Изопель внезапно поняла, что он имел в виду, когда уезжал от нее в маленьком лифте.

– Наш британский взломщик – явный гастрономический атеист, – заметил он, появляясь снова. – Нашел у него банку селедки, половинку голландского сыра, немного хлеба для похудения и несколько бутылок крепкого пива. Но это все же лучше, чем ничего. Марлоу, в шкафу рядом с тобой найдется немного бенедиктина. Виски тоже где-то там, и еще коробка печенья. Ночная сцена в квартире в Мейфэре: четыре селедкозависимых, пристрастившихся. А еще бы неплохо помыться, – продолжал он, окинув взглядом себя. – Изопель, поухаживай за Бидди в моей комнате, а мы, Марлоу, позже решим, как поделим полотенца. Наша миссис Кнапп, несомненно, хорошая мать, но как домохозяйка она сущее наказание.

– Полностью согласен, – кивнул Марлоу. – При всем моем к ней уважении, мне придется сжечь эту одежду.

– Она почти и сгорела при пожаре, – согласился Кэмпион. – У меня для вас найдется костюм, если вы не откажетесь его принять.

Джайлз и Лагг вернулись примерно через час, когда все уже помылись и отужинали. Молодой человек был тщательно перевязан, а то, как вокруг него запорхала Изопель, залечивало еще и его душевные раны.

– Вы что, устраивали здесь пикник? – Мистер Лагг с отвращением оглядел квартиру. – Одни купаются, другие догрызают мой лучший кусок сыра. Мне бы этого сыра на месяц хватило! Счастье, что мы с молодым джентльменом побывали в кофейном киоске, иначе сырная корка и сок были бы нам единственной усладой, как сказано в Писании.

– Настало время, –