Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

– Вовсе нет. Я знал, что моя телеграмма вернет вас в Мистери-Майл. Женщины – та еще помеха в делах такого рода, мистер Кэмпион.

– О да, конечно, – торопливо произнес молодой человек, не догадываясь, о чем он.

– Признаю, вы управились быстрее, чем я рассчитывал. Я в своей глупости воображал, что вы обыщете дом в поисках леди, а затем обратитесь ко мне. Меня было бы легко «разбудить», поверьте. Нам донесли, что улика, которой старый Лоббетт придавал такое значение, была весьма громоздкой. Так что я предположил, что он оставил ее в доме, тщательно спрятав. Слепо искать то, о чем я не имею понятия, было бы бессмысленно. Я решил подождать, пока сам мистер Лоббетт не укажет нужную вещь.

Хотя разговор шел в дружеском тоне, атмосфера в маленькой хижине становилась все более наэлектризованной. Затишье перед бурей за стенами хижины теперь казалось удушающим. Вспышка молнии осветила болота.

– Здорово! – внезапно выпалил Кэмпион. – Хотя не очень. Я все лучше понимаю ситуацию. Либо мое лицо появится в светской хронике, либо я сделаю за вас всю грязную работу. – Внезапно он начал смеяться. – Как бы там ни было, даже если я и появлюсь в разделе «Золотые мальчики отбились от рук?», меня это не слишком заботит. Меня сполна вознаградит воспоминание о том, как вы сидели с нами перед вчерашней вылазкой и терпели ухаживания миссис Кнапп. По гроб жизни этого не забуду. Поверьте, это стоило видеть!

По лицу турка медленно расплывался румянец – первый допущенный признак гнева.

– Я счел за лучшее позволить вам поиграть в спасителей. Ваше доверие было ценным для меня. Это того стоило.

– Я так думаю, вы очень собой довольны? – Кэмпион немного откинулся назад. – Но вы не получите малыша Альберта в свой штат. Лучше подумайте, как вы будете отсюда выбираться. Вы сидите здесь, на болотах, вдали от родного дома и мамули. Что, если я ударю вас по голове, поеду домой и никому не скажу, где вас искать?

– О нет, я так не думаю, – слабо улыбнулся мистер Барбер. – Вспомните, что я внимательно изучил ваше досье. Человеку с вашим послужным списком будет очень трудно объяснить, почему на вашей совести труп. Не помогут никакие друзья из Скотленд-Ярда. Я же, с другой стороны, человек безупречной репутации, и все меня знают.

– Все, кроме старого доброго Альберта, – сказал Кэмпион, молниеносно изменив тон.

Что-то в его поведении заставило человека напротив замолчать, и в маленькой хижине вдруг наступила зловещая тишина.

– Вы помните человека по имени Коулсон? – нарушил молчание Кэмпион. – Единственный, которому вы хотя бы наполовину выдавали себя? Так вот, мое второе имя – Моргиана, мистер Али-Баба.

Ни один мускул на тяжелом лице турка не дрогнул.

– Я вас не понимаю. Это еще одна шутка?

– Вот в чем вы ошиблись, плененная Элен. – Кэмпион все еще болтал что вздумается, но внутри него нарастало волнение: в любую секунду могла разразиться буря. – Вы признались, что не знаете, какой ключ попал к достопочтенному судье Лоббетту. Я желаю открыть вам глаза. Его драгоценный ключ к шифру работает. Он становится ясен любому, кто слышит ваше полное имя. Фактически оно – это слово, спрятанное в акростихе. Вот теперь, я думаю, мы должным образом представлены. Как вам такое, здоровяк?

В том, что его соперник был потрясен, не было никаких сомнений. Когда первый шок схлынул, он вернул себе свое удивительное самообладание.

– Вы, как принято здесь говорить, наполовину чересчур умны, молодой человек, – со значением произнес он. – В досье сказано о вашей особенности: вы никогда не носите оружие. Вы ведь наверняка мудры, с таким-то послужным списком. Было бы интересно узнать, правда ли это.

– Говоря о доверии, – небрежно произнес мистер Кэмпион, – поскольку все идет к тому, что один из нас собирается вскоре за него поплатиться, я тоже хотел бы кое-что узнать. Например – в качестве последней услуги, – вам не трудно было скрываться все это время? Слышал, о вас ходят толки уже сто лет. Вы идете напролом, но не прошли и половину пути, верно?

Мистер Барбер теперь выглядел особенно любезным. Снаружи начали падать крупные капли дождя. Молнии становились все более частыми.

– К счастью, я никуда не тороплюсь. Возможно, я и расскажу вам, поскольку вынужден сидеть здесь, во всяком случае до окончания этой бури. Но предложение о сотрудничестве мне придется отозвать.

– Это надгробная речь, как я ее понимаю? – усмехнулся мистер Кэмпион. – Так давайте поговорим начистоту.

Мистер Барбер вздохнул:

– Вы либо очень храбрый, либо еще глупее, чем притворяетесь.

– Очень храбрый, – скромно подтвердил мистер Кэмпион. – Я не собирался отдельно указывать на это, но раз уж вы заговорили…

Мистер Барбер жестом заставил его замолчать.

– Я рад, что представилась возможность поговорить начистоту, – медленно произнес он. – В человеке моего темперамента желание довериться порой прямо-таки зудит, мистер Кэмпион. Просто раньше все не подворачивалось случая сделать это без малейшего вреда для себя.

Кэмпион кивнул с серьезным видом. Турок подавлял его все сильнее, при этом с каждой секундой становясь все более утонченным. Теперь уже не казалось странным связывать его с таинственной фигурой, чье имя годами было притчей во языцех в полицейских кругах.

– Я – единственный человек, – сказал он, глядя на Кэмпиона с намеком на гордость, – который сумел сделать свою, казалось бы, нелицеприятную должность привлекательной, почти как любая законная. Что означает: я живу свободно и открыто, в безопасности, пользуюсь почитанием и наслаждаюсь жизнью богатого человека. Я хожу куда хочу, живу как хочу. Я владею виллой с висячим садом на Босфоре да еще самым восхитительным из домов королевы Анны в Челси. Моя квартира в Нью-Йорке – одна из красивейших в этом баснословно дорогом городе. Для меня возведен прекрасный дворец в Калифорнии, а мой замок за Жуан-ле-Пен славится по всей Франции. Я знаток фотографии, у меня лучшая в мире коллекция Рейнольдса. Я умею развлекаться. Я считаюсь добропорядочным гражданином везде, где у меня есть дом. Я вращаюсь в огромном круге друзей. И при этом, – он пожал плечами, – нет никого, кому я осмелился бы полностью довериться. Но это моя единственная печаль. В остальном я живу столь же беззаботно, сколь и всяческие законопослушные магнаты. Выходит, какая разница, как делать деньги?

Кэмпион, казалось, был впечатлен.

– Вы ведете дела исключительно через агентов, я полагаю? Я понимаю, как все вертится, но для меня загадка, как вообще начиналась банда. Вы финансируете шоу? Покупаете преступных гениев и одновременно правоохранителей?

– Это так, – кивнул мистер Барбер. – Очень жаль, мой друг,