Современный российский детектив - Анна Майская

ему отчаянно не хотелось. Он знал, что мать будет смотреть оценивающим взглядом и начнет придираться к его внешнему виду, а отец в очередной раз станет рассказывать, что жалеет о появлении на свет сына, который вырос стопроцентным неудачником. Кроме того, была велика вероятность встретить там кого-то из бывших одноклассников, а те могли заметить у него отсутствие передних зубов и сделать вывод, что он так никем и не стал, покинув родной район.

В тот день Головкин поехал на ВДНХ и долго бродил по павильонам, разглядывая выставленные товары. Там всегда можно было увидеть что-то интересное, купить редкую вещь, которую днем с огнем не найдешь. Слоняясь без цели, он зашел в оружейную лавку, где скучающий продавец ждал хоть кого-то, с кем можно перекинуться парой слов.

– На какого зверя пойдете? – поинтересовался мужчина за прилавком.

– Да я не то чтобы… Ножи если только посмотреть…

Сергей стушевался, но продавец тут же выложил перед ним три охотничьих и один редкий выкидной нож. Головкин помнил, как во дворе школы кто-то из мальчишек хвастался таким. Счастливого обладателя тогда облепила целая толпа, восхищенно внимавшая небылицам о том, как и где парень этим ножом пользовался, – разве что от медведя с его помощью не отбивался. Теперь перед Сергеем призывно поблескивало наточенное лезвие. Рукоять ножа удобно легла в ладонь. Минут десять он бессмысленно крутил его в руках, пока продавец нахваливал свой товар, а потом все же купил, спрятав в карман ветровки.

Я купил его случайно. Мысли такие были у меня много лет назад. У всех одноклассников были свои ножи, но я все не мог найти нужный. Тогда я просто приехал погулять, магазин попался на глаза случайно, а продавец все очень хорошо рассказывал.

Из показаний Сергея Головкина

Всю обратную дорогу Головкин сжимал в кармане нож. Он полностью погрузился в мир фантазий, ничего вокруг не замечая. Вернувшись в свою комнату в общежитии, он ночь напролет представлял, как пускает в ход отточенный клинок. На следующий день коллеги заметили, что молодой человек выглядит каким-то отрешенным. Девушки сразу сочинили историю о тайной неразделенной любви, к которой Головкин ездил на выходных и из-за мыслей о которой ничего вокруг не замечал.

Через пару недель Сергей получил повестку на военные сборы в Твери. Обучение в академии давало возможность не служить в армии, но взамен требовалось посещать военную кафедру, а также ездить на сборы, которые больше напоминали пионерлагерь, а не воинскую службу. На работе ему дали отпуск, а на сборы требовалось явиться только через пару дней. В первый выходной он прямо с утра отправился на железнодорожную станцию и наугад сел на первую же электричку. Как только в окне мелькнул указатель «Детский пионерский лагерь «Солнышко», Головкин двинулся к выходу. Он сошел на остановке и побрел по направлению к лагерю, лихорадочно сжимая в руках недавно купленный нож.

Детей он увидел прежде, чем дошел до забора лагеря. Они отдыхали на берегу местной речки под надзором пионервожатого. Подростки лет тринадцати-четырнадцати резвились в воде. Их счастливые лица вызывали в нем смешанные чувства. Головкину определенно хотелось смотреть на них бесконечно долго, поговорить с кем-то из них, а затем убить – ведь так с ним намеревалась поступить та шпана возле ипподрома.

Нужно было придумать какой-то план, чтобы отвлечь кого-то из мальчишек и убедить пойти с ним. С компанией двадцатитрехлетний Головкин ничего бы не смог поделать, но с одним из пионеров легко бы справился. Высокий, под два метра, Сергей был намного сильнее любого из них. Впрочем, драться у него не было желания, он жаждал чувствовать чужую жизнь в своих руках, вершить правосудие. А с ножом это было значительно проще.

Стряхнув с себя оцепенение, Сергей двинулся в сторону лагеря и еще долго из-за забора наблюдал за тем, как там устроена жизнь. За эти несколько часов он выкурил целую пачку дешевых сигарет; во рту появился неприятный никотиновый привкус.

Жизнь пионеров шла своим чередом. То и дело кто-то входил и выходил из ворот. В одном из корпусов шел ремонт, так что возле забора были сложены мешки со строительными материалами, и рабочие то и дело устраивали перекур за территорией лагеря. Дети помладше участвовали в каких-то соревнованиях, которые организовал один из вожатых, а старшие подростки слонялись без дела, выискивая возможность улизнуть на волю.

Вскоре показалась компания ребят, веселившихся на речке. Один из мальчиков обернулся и посмотрел на Сергея, будто узнав. От этого сделалось стыдно и страшно, но Головкин продолжал стоять на месте и курить. Он словно впал в ступор, едва справляясь с нахлынувшими на него чувствами.

– У вас не будет сигареты? – поинтересовался подскочивший к нему пионер спустя минут двадцать. Сергей вздрогнул и обернулся. Перед ним стоял тот самый парнишка. Тщедушный, улыбчивый, со взъерошенными черными волосами и лучезарной улыбкой, подросток был тем, кем всегда хотел быть он сам. Головкин полез в карман и достал из пачки последнюю сигарету.

– Не поможешь мне? Я заплачу. У меня тут стройматериалы, но машина сюда не проедет, сам понимаешь, а я себе всю спину надорвал, пока эти мешки носил. Там еще один остался, если донесешь, с меня пачка сигарет. – На второй фразе его голос чуть было не сорвался, но он сумел совладать с собой.

– Давайте помогу, – пожал плечами мальчишка, внимательно разглядывая Сергея. – Где мешок, скажете?

– Покажу, – улыбнулся мужчина.

Подросток сделал последнюю затяжку и кивнул.

– Показывайте, – сказал он, отбрасывая бычок.

Сергей быстро закивал головой и зашагал в сторону леса. Чуть помедлив, пионер двинулся следом.

– Иди сюда, ты чего так отстаешь? – сказал Головкин, задыхаясь. Они уже отошли довольно далеко, но подросток продолжал плестись сзади на почтительном расстоянии. Сергей то и дело оглядывался, чтобы проверить, идет ли тот следом. Казалось, с каждой минутой паренек двигается все медленнее, а перспектива получить пачку сигарет кажется ему все менее привлекательной.

– Рост не позволяет. Долго еще? – отозвался мальчишка.

– Здесь недалеко, вон за теми деревьями поляна, – сказал Сергей и дрожащими руками вытащил из новой пачки сигарету. Подросток тоже остановился и стал наблюдать за мужчиной.

– Давай, иди сюда. Боишься, что ли? – усмехнулся Сергей.

– Не боюсь, но мне пора, у нас отбой через десять минут, – нарочито громко выпалил мальчик. Он несколько раз шумно вздохнул, посмотрел на Головкина и на деревья в отдалении, а затем развернулся и что есть силы побежал назад к лагерю.

В той рощице не было ни одной поляны и тем более ни одной дороги, по