Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

Он поднял чемодан и с благоговением положил на стол. Мелхиседек встал и подошел поближе.

– Никогда ее не видел, – сообщил он. – Хотя, разумеется, хорошо знаю ее историю, точнее, легенду. Мистер Гирт, для меня это будет серьезным испытанием: за последние двести лет нам приносили разные сокровища, но чтоб такое… Прямо знаменательное событие.

– Ей тысяча лет, – проникновенно заметил Кэмпион.

Вэлу это показалось чуточку неумно: его спутник как будто желал произвести на хозяина впечатление.

– Больше тысячи, – поправился Кэмпион.

Он аккуратно открыл чемодан и вынул Чашу, все еще завернутую в одеяльце.

Мистера Мелхиседека явно удивила и даже потрясла столь неподходящая упаковка, но он промолчал. Кэмпион развернул Чашу и отдал Мелхиседеку.

Вэл подумал, что никогда не забудет этой картины: высокий, сурового вида старик поворачивает в тонких пальцах великолепное произведение искусства. Мелхиседек долго разглядывал Чашу через ювелирную лупу – с боков, снизу, сверху. Наконец он поставил ее на стол и повернулся к посетителям с крайне обеспокоенным видом.

– Мистер Твелвтриз, – медленно заговорил он. – Мы ведь с вами старые приятели…

Кэмпион посмотрел ему в глаза и с нарочитым равнодушием произнес:

– Мы с мистером Гиртом готовы поклясться, что это подлинная чаша Гиртов. А ваше мнение?

И тут Вэл, впервые заподозрив неладное, встал со стула и подошел к Мелхиседеку. Тот опять взял Чашу:

– Отличная вещь. Выполнена прекрасно, а рисунок почти целиком повторяет кубок церкви святого Михаила в Веккья. Только она не средневековая. Я не уверен, однако, если посмотрю свои записи, смогу сказать вам точную дату изготовления.

Вэл издал невнятный звук и собрался уже возмутиться вслух, но мистер Кэмпион его остановил:

– Погодите, старина. Дело усложняется с каждой минутой. Думаю, мы сейчас на пороге открытия.

Наступило молчание. Затем раздался спокойный голос мистера Мелхиседека:

– Можете не принимать мое суждение, мистер Твелвтриз. Я и сам хотел бы кое с кем проконсультироваться. Я человек старый, могу ошибаться. Вы позволите присоединиться к разговору моему другу? По чистой случайности именно сейчас в соседней комнате находится один из лучших экспертов в мире по этой части. Он пришел перед вами и согласился подождать, пока я освобожусь. Что скажете? – Старик повернулся к Вэлу.

Тот был красный и совершенно не в себе.

Кашлянув, Мелхиседек заверил:

– На его мнение вполне можно полагаться.

– Конечно, – сразу согласился Вэл.

Кэмпион кивнул, и хозяин вышел из комнаты.

– Это бред какой-то, – пробормотал Вэл.

Мистер Кэмпион положил руку ему на плечо:

– Потерпите. Пусть посмотрят. Думаю, все выяснится.

Больше он ничего не сказал, потому что вернулся Мелхиседек, сопровождаемый низкорослым подвижным человеком с высоким лбом и острой вандейковской бородкой. И Гирт, и Кэмпион узнали его еще до того, как Мелхиседек произнес:

– Джентльмены, это профессор Гарднер Кэйри, известный американский специалист. Профессор, позвольте вам представить мистера Гирта и мистера Твелвтриза.

Глава 13

«I. Melchizadek Fecit»

Повисла долгая пауза. Профессор Кэйри смотрел на молодых людей с каким-то непонятным выражением. Вэл впервые видел его вблизи.

Этот щеголевато одетый человек напоминал свою дочь: как и Бет, он, казалось, едва сдерживает смех. Лицо у него было энергичное и умное, притом без всякого оттенка хитрости, а приятные манеры сразу подкупили друзей.

Профессор улыбнулся Мелхиседеку и заговорил приятным спокойным голосом с заметным американским акцентом, который каким-то образом подчеркивал необычность ситуации.

– Есть серьезная проблема, – сказал он. – Я в большом затруднении. Семейству Гирт я не представлен, но должен перед ними извиниться. – Кэйри вдруг засмеялся, и напряжение спало.

Вэл собрался что-то сказать, но Кэмпион сделал ему знак молчать.

Профессор продолжил:

– Я всегда был, как выразилась бы моя дочь, занудой. На днях позволил себе забраться в ваш сад, мистер Гирт. Думаю, меня не видели, и все же лучше объясниться.

– К сожалению, видели, – не удержался Вэл. – Вы заглядывали в часовню.

Профессор поморщился:

– Я пишу книгу «Церковная утварь восточной Англии в период Английской республики». Не буду скрывать, что надеялся получить кое-какую помощь от вашей семьи. Но я ухитрился восстановить против себя вашего отца и теперь так же далек от заветной часовни, как если бы оставался в Уэстпорте, штат Нью-Джерси. – Профессор чуть помедлил, оглядывая собеседников умными веселыми глазами. – Я ждал, сколько мог, а потом той ночью – я еще не знал о вашем горе – почувствовал, что должен ее увидеть, чтобы закончить главу, пусть даже за мной погонится садовник.

– Я некоторое время не жил дома. – Вэл смутился. – А с тетей, конечно, было нелегко. Я бы вам с радостью все показал. Вообще-то, часть пути сюда мы проехали с вашей дочерью.

Мистер Кэмпион, который до сих пор молчал, поглядывая на профессора смеющимися глазами, спросил:

– Профессор Кэйри, это вы написали книгу «Суеверия до Коттона Мэзера»?[183]

Кэйри заметно покраснел:

– Именно так, мистер Твелвтриз. – Он сделал особенное ударение на имени. – Я и не думал, что здесь кто-то ее читал.

У Вэла возникло неприятное ощущение, будто эти двое затеяли какую-то шутливую пикировку.

– Прошу извинить меня, сэр. – Мистер Кэмпион был сама почтительность. – Мы, к сожалению, приняли вас за птицу совсем иного полета и, честно говоря, решили, что вы охотитесь за Чашей.

Мелхиседек пришел в ужас, но профессор успокоил его улыбкой:

– Я и охотился. На свой лад. – Он повернулся к Вэлу и пояснил: – Я знаю историю вашей семейной реликвии, мистер Гирт. Для меня это одно из семи чудес света. Разумеется, я мечтал ее увидеть. Мне было известно, что один раз в неделю вы показываете ее желающим, и я бы непременно пришел, но Чаша стоит за решеткой и освещена плоховато. Кроме того, между леди Петвик и миссис Кэйри возникло недопонимание. Я надеялся, что со временем все уладится. Однако случилось несчастье с вашей тетушкой, и ни о каких визитах не могло быть и речи.

Вэл, который, казалось, полностью попал под обаяние профессора, едва не пустился в бессвязные извинения по поводу скверного тетиного характера, но его опередил мистер Мелхиседек:

– Мне кажется, если профессор Кэйри исследует Чашу, нам очень интересно будет узнать его мнение.

– Совершенно верно. – Кэмпион отошел в сторонку, открывая глазам профессора Чашу.

Тот мгновенно бросился к ней и, схватив, стал вертеть в руках и даже провел по металлу ногтем.

– Прекрасная вещь! Мелхиседек, позвольте воспользоваться вашей лупой.

Остальные завороженно смотрели на него. Быстрые пальцы профессора аккуратно перемещались по узорчатой поверхности Чаши. Он осматривал ее в точности так, как до него Мелхиседек. Наконец осмотр был закончен.

– Что вас интересует? – Он