Женщина в поисках силы. Семь дорог к внутренней свободе - Ирина Николаевна Мальцева

искорки, все те эпизоды веселья, тепла и признания, которые он все же тебе дал. Пусть этого было два процента от необходимого – оно твое. Ты можешь забрать себе все эти искорки, все до одной, – и пусть светят и греют тебя на твоих путях.

УПРАЖНЕНИЕ

ОТЦОВСКАЯ ЛЮБОВЬ

Иногда наши папы любили нас всем сердцем, но запирали эту любовь, ведь мужчины должны были быть суровыми и строгими.

Представь перед собой своего папу в его молодой версии. Напротив него усади маленькую девочку. Это ты.

Из взрослой себя спроси его: «Папа, а есть в твоем сердце любовь, которую ты припас для меня, но никогда не мог выразить?» Часто оказывается, что да.

Тогда можешь представить эту любовь в каком-то образе (так гораздо эффективнее, чем через слова). Например, некоторые видят папину любовь как золотой или синий свет. Кто-то – как теплый ветер. Кто-то – как солнечные зайчики, которые один за другим выпрыгивают прямо из его сердца в твои ладони.

Посмотри, как это выглядит для тебя. И скажи отцу: «Папа, теперь можно».

И пусть он позволит этой любви потечь к тебе. А ты лови и впитывай прямо в сердце. Пусть весь тот свет и тепло, которые были тебе нужны, станут твоими.

Посмотри на папу. Убедись, что, когда ты берешь эту любовь, у него не становится меньше. Теперь ты можешь черпать здесь всегда.

Изредка бывает, что у папы нет никакой любви для тебя, он дал только жизнь. Но, к счастью, в этом мире достаточно мужского начала, чтобы эта любовь нашлась для тебя иными путями.

По образу и подобию

Мы часто выбираем мужчин, похожих на наших отцов. Не то чтобы это были идеальные образцы, но знакомое видится нам подходящим. Этот тоже «отмораживается» или ускользает от близости – годится. Значит, родной, как папа. И любые доводы разума идут прахом. Либо придумаешь рациональное объяснение, почему выбираешь вот таких. Или почему тебе не нравятся «нормальные» и «спокойные».

Нет, ты себе не враг, ты тоже любишь покой и взаимопонимание.

Но когда хочешь любви, ты ищешь ее образцы в своем детстве. Иногда маркеры «близость», «любовь», «семья», «отношения» висят на совершенно ужасных проявлениях. А добрые, простые и теплые люди вызывают не интерес, а тревогу.

Это слишком хорошо или слишком скучно, чтобы продолжаться. И ты, понимая все головой, идешь за этим вечным зовом к дурным историям. Идешь домой, как тебе кажется. А попадаешь чаще всего в тупик.

А иногда твой детский зарок звучит как «я вырасту и смогу спасти отца». Спасать мы собираемся от всего: от дурных привычек, собственной жены, злого начальства, страданий и печалей. Тогда ты будешь выбирать подранков и самозабвенно заниматься устройством их дел.

Если понять, как устроено это запечатление, выяснить его основные критерии и потребности, стоящие за твоим выбором, – это можно изменить. Хорошая терапия поможет. И одно из важных движений в этой терапии – разделить в душе твоего настоящего мужчину и твоего папу, потому что они, конечно, очень разные люди с разными задачами и судьбами.

Дедушки, братья, сыновья

Мы растем в окружении мужчин разного возраста.

Случается, что роль настоящего папы для нас выполняет дедушка мамин или папин папа. У них есть время. Они никуда не спешат. И обычно уверены, что ты умница.

Потом из всех хороших дедушек, которые встречались тебе на пути, ты сложишь образ внутреннего мудреца. Вместе с внутренней старухой эти части души не раз тебе пригодятся.

Если ты сестра братьев, они тоже многому научат. Заботиться, защищаться, драться, спорить, смеяться над одними и теми же шуточками. Если не повезло, наука будет горькой, и ты освоишь искусство терпеть, молчать, отдавать, уступать. Возможно, довольно рано ты заметишь, как ценят мальчиков в твоей семье, и осознаешь, что имеешь куда меньшую ценность в глазах родителей. А если ты старшая сестра, ты, скорее всего, слишком рано была назначена взрослой, и твое детство кончилось, когда тебе вручили полную ответственность за младших братьев.

Если брату в семье прощалось больше, если его хвалили «просто так», а девочке нужно было стараться, иногда она старается потом всю жизнь. У нее идет вечное внутреннее соревнование.

С мужчинами за право быть услышанной.

С другими женщинами за любовь.

А потом ты вырастаешь, и, может быть, у тебя рождается сын или даже несколько. И тут ты видишь, как все начинается. Как растет мальчик и осваивает мужской мир. И твое сердце наконец в полной мере понимает, что это такое – мужское начало.

Или пытаешься создать из рожденного тобой человека – наконец – идеального папу, партнера, защитника, друга. Наконец ты можешь влиять на мужчину. Однако этот мальчик дан тебе не для того, чтобы ты вылепила из него себе послушного паладина. И однажды он покинет тебя ради девушки или приключений – это будет радостный день, ведь он уйдет навстречу своей мужской судьбе. А ты наконец сможешь заняться собственными делами.

Если брату в семье прощалось больше, если его хвалили «просто так», а девочке нужно было стараться, иногда она старается потом всю жизнь.

Про силу и парность

Знаешь, почему сценаристам труднее всего писать романтические комедии? Потому что в парочке главных героев каждый друг другу одновременно антагонист и награда.

Если они будут сразу в нежном согласии, никакой истории не получится. Если они будут биться с тяжелыми обстоятельствами, выйдет драма. Если же будут стремиться друг к другу и одновременно стоять на своем – получится про жизнь. Хорошо снятые романтические комедии очень похожи на жизнь.

Женщины накопили к мужчинам увесистые списки претензий за все прошлые века. За все грубости, домогательства и обиды. Кажется, пришло время эти обиды высказать – и прекрасно, проглоченную обиду тяжело носить.

Мы осваиваем слова «мне так не подходит». В этом осознании много силы.

Чтобы эти слова сказать, тебе придется освоить искусство быть взрослой, навык заботы о себе и знание, что не пропадешь без него. Иначе велик шанс терпеть всякое. Значительная часть женщин сейчас занята тем, что определяет, что именно им не подходит. Озвучивает вслух, описывает и высмеивает мужские привычки, повадки и обличья. Примерно так же, как мужчины в своих кругах ехидничают насчет наших, женских. Дамы