Послушный до дрожи - Анна Кота

— Я сорвался. Тоже.

Нейт поднял голову.

Эл смотрел куда-то в пол.

— Я не мог позволить, чтобы тебя отправили в белые коридоры. — Он говорил почти шёпотом. — Чтобы с тобой сделали то, что делают там. Я не выдержал бы.

Грудь Нейта дернулась — как будто воздух внезапно стал острым.

Пауза.

— Пожалуйста, — сказал Эл. — Обещай, что будешь осторожнее. Потому что в следующий раз меня может не оказаться рядом.

Тишина опустилась, как мягкая ткань. И только в этой тишине Нейт понял: Эл был тем, кто держал его мир, пока он сам едва не разрушил себя.

— Я думал, что защищаю тебя, — прошептал Нейт. — А выходит… всё это время ты защищал меня?

Эл чуть улыбнулся — почти незаметно.

— У всего есть цена, — сказал он. — Я… показал себя.

Пауза.

— И Марлен это увидел.

Нейт схватил его за запястья:

— Эл… я не дам тебя тронуть.

Эл тихо, бледно, почти грустно усмехнулся:

— Детка… ты уже тронул.

Он медленно выдохнул, будто решая, стоит ли говорить дальше.

— Если… если мы больше не увидимся…

Пауза.

— Эларио.

Имя прозвучало как снятая маска.

— Так меня звали до понижения.

Он не поднимал глаз — будто это было самым обнажающим.

— Не отвечай, — прошептал он. — Я… не должен был говорить.

И Эл будто ушёл внутрь себя. Слишком тихо. Слишком по-настоящему.

Глава 23. Калибровка Марлена

Айвена стояла у окна, спиной. Свет падал только на её плечи, вырезая линию силуэта. Не жесткость — неподвижность. Та самая, от которой воздух становится организованным.

Марлен вошёл уверенно. Первый шаг был в его стиле — профессиональный, прямой, как на совещание.

На втором шаге он уже подстроился под тон кабинета: замедлился, будто наткнулся на уровень давления, который был выставлен заранее.

— Госпожа, — произнёс он ровно, без вызова, без тени вины.

— Сядь, — сказала она.

Не громко. Но в комнате будто защёлкнулись фиксаторы положения.

Марлен сел. Как управленец, который знает, что его ждёт разбор дела. По привычке закинул ногу на ногу и тут же убрал: лишнее.

Айвена повернулась не сразу. Пауза была долгой, функциональной — она давала ему время найти верный темп.

Когда она посмотрела на него, взгляд был такой, будто на столе лежал отчёт с цифрами, которые не совпадают.

— Мы должны прояснить одну вещь, Марлен.

Пауза легла плотной, деловой.

— Я сказала не трогать Нейта. Ты нарушил запрет.

— Я не трогал, — ответил он ровно. — Формально.

Она приподняла бровь — лёгкое движение, острое как лезвие.

— Формально, — повторила она.

Её голос был спокойным, почти академическим.

— Ты нашёл обходной путь. Через Эла.

Слова легли ровно — как фиксирование факта, а не обвинение.

— Мальчишка сам бросился на меня.. — осторожно попробовал Марлен.

— Ты спровоцировал, — перебила она.

Не повышая голоса. Но воздух в комнате стал тяжелее, плотнее.

— Я вижу, что ты делаешь, — продолжила она.

Она наклонила голову чуть вбок — изучая его, как инструмент, который дал сбой.

— Ты можешь быть резким с менеджерами.

Она сделала шаг ближе. В её тоне появился стальной остов.

— Но есть границы.

— Ты знал, — сказала она, спокойно, но точно, — что отклик Нейта живой.

Марлен поднял взгляд. Сдержанно. Не оправдывался — принимал.

— И всё же ты выбрал давить именно там, где я обозначила границу, — сказала Айвена.

Он молчал. Это молчание было признанием.

Айвена посмотрела на него ровно, почти безлично.

Пауза. Та самая, после которой уже не оправдываются.

— Ты играл не с Нейтом, — сказала она.

Он вдохнул глубже, напрягаясь.

— Я провоцировал его, — сказал он честно.

— Ты хотел выбить из него срыв, — перебила она. Тихо. Хлёстко.

Марлен чуть прищурился — но не спорил.

— Ты добился своего, — сказала она.

Пауза. Та, что отделяет эмоцию от решения.

— Я не остановила тебя сразу, — продолжила Айвена спокойно.

Её голос стал тише — но не мягче.

— И сегодня ты её переступил.

Она сделала ещё шаг — теперь расстояние между ними было — ближе, чем управляющий и хозяйка обычно стоят.

— Если бы Нейт ударил, — сказала Айвена, — это стало бы моей проблемой. Я бы держала ответ за него перед Элирой Морвен.

— И это вопрос не только контракта, но и доверия.

Он молчал. Сжатые губы. Плечи чуть напряжены.

— Не в моих интересах срезать тебе гонор, — продолжила она.

— Ты можешь быть хищником во внешнем мире. Но не трогай тех, кто живёт под крышей моего дома.

Она дала ему почувствовать вес фразы.

Его взгляд дрогнул. Не в страхе — в понимании санкции.

— И ещё. Ты использовал Эла как рычаг давления.

Марлен едва заметно выдохнул. Укол. Не рана.

— Эл держит форму красиво, — сказала Айвена.

Она выдержала паузу — короткую, но тяжёлую.

— Ты хороший инструмент, Марлен.

Она наклонила голову чуть вбок: ровно настолько, чтобы он понял, что это не комплимент.

— Но инструмент должен знать, к чему он прикасается, а к чему — нет.

Он опустил голову на долю секунды — короткое признание.

Айвена отметила это так же спокойно, как отметила бы цифры в отчёте.

Она прошла мимо него — медленно, оценивающе, как смотрят на вещь, которую нужно перенастроить.

— До сих пор я закрывала глаза на то, что ты смещал Эла под свой контур, — сказала она тихо, но