Хроники странного королевства. Взгляд в грядущее. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

А напрасно. Я очень хотел бы узнать, что же он все-таки увидел. Действительно конец света, или просто собственную смерть. Неопытные ясновидцы часто путают эти две вещи. Впрочем, я надеюсь, что у нас еще будет возможность поговорить на эту тему. И еще я хотел спросить о завтрашней свадьбе его величества. Он делал какие-то предсказания об этом?

– Да, – вздохнул Мафей. – Я уже все сказал Шеллару.

– Ах, вот почему он так решительно отбросил вариант несчастного случая. А мне не сказал… Ну что ж, ваше высочество, пойдите, пожелайте доброго утра его величеству, а то ведь он за вас тоже переживает, как будто ему больше не о чем переживать… Одна эта свадьба чего стоит. Кстати, что это мне рассказали о каком-то магическом поединке, в котором вы сразили бакалавра школы Змеиного глаза Алоиза Браско, заточив его в глыбу льда? Во-первых, я вас этому не учил, а во-вторых, с каких это пор ученикам разрешены поединки?

– Да никакой это был не поединок… – засмущался Мафей. – Он просто на меня напал, не спрашиваясь, хочу я с ним драться, или нет. А со льдом у меня случайно получилось. Наверное, что-то перепутал.

– Вот как? И вы хотите сказать, что это не ваш друг Орландо научил вас этому милому фокусу?

– Нет, – невинно похлопал глазами Мафей. – Он меня учил другим фокусам, но у меня что-то плохо получается. Он сказал, это потому, что огонь – не моя стихия.

– Совершенно верно, ваши стихии – вода и воздух. А он, значит, по огню?

– Да, – чуть улыбнулся Мафей, радуясь, что отмазался. – Он ладонью гладит штаны… И вообще… Можно мне идти? А то ведь Шеллар переживает…

– Идите, – засмеялся маг. – А то ведь… впрочем, ладно, идите. И впредь вас убедительно попрошу предупреждать меня, если куда-то уходите. И больше не пить на равных со столетними эльфами.

– Ну, и что? – сказал где-то вверху низкий мужской голос с четкими властными интонациями. Кантор сначала не понял, откуда он раздается, с крыши, что ли? Затем, ощутив щекой холодную твердую поверхность, понял, что уже не висит, а лежит на полу, потому и голоса доносятся сверху.

– Ничего, – флегматично откликнулся палач. – Молчит.

– Совсем молчит? – уточнил властный голос.

– Не совсем, разумеется. Очень живописно матерится, причем на чистом голдианском почти без акцента. Но по делу ничего пока не сказал.

– Стареешь, Тедди, – заметил собеседник. – Вторые сутки ты с ним бьешься, и ничего?

Тебе б такое «ничего», падла, подумал Кантор. Мама, больно-то как… Он сдержал стон и неподвижно затих, чтобы господа, не приведи небо, не заметили, что он пришел в себя, и не продолжили свои навязчивые беседы.

– А я говорил! – злорадно вклинился еще один голос. Кажется, это был тот самый говнюк, который чуть не оторвал ему ухо, а потом вел допрос, если можно так выразиться, поскольку он все время психовал, бегал по камере и ругался с палачом. – Я говорил, что надо не так! Если бы ему одно яйцо отрезали, как я советовал, он бы все тут же рассказал, чтобы второе спасти.

– И он бы через полчаса врезал дуба, так ничего и не сказав, вот было бы замечательно! – ядовито огрызнулся палач. – Господин Крош, нельзя ли забрать отсюда этого нахального дилетанта, который мешает мне работать своими дурацкими советами и ведет себя, как истеричная барышня?

– Видишь ли Тедди, у него есть на то причины, – с легкой насмешкой прогудел властный голос. – Он здорово провинился на днях, и босс на него сердит. Этот болван упустил второго мистралийца, и тот, разумеется, предупредил остальных. Вот он теперь и пытается хоть из этого что-то выжать, чтобы реабилитироваться. Хотя я сомневаюсь, что мы их найдем. Они наверняка уже смылись за эти сутки.

Значит, Рико все-таки ушел. Хоть это хорошо. Но раз его упустили, значит, за ним гонялись, а раз они за ним гонялись, то уж конечно он не мог за ними проследить. Так что, где сейчас находится многострадальный товарищ Кантор, ни одна собака не знает, и ждать помощи неоткуда.

– Не могли они смыться! – горячо возразил провинившийся. – Их по всему городу высматривают, на всех дорогах наши люди стоят. Не могли восемь мистралийцев так просто смыться, чтобы их никто не заметил. Затаились где-то, и ждут. И он знает, где, вот чтоб я сдох, знает! Господин Крош, разрешите мне самому с ним разобраться, по-своему, и он все скажет! А то Тедди будет еще три месяца возиться по своей системе.

– Нет, он меня достал! Господин Крош, я не желаю больше работать с этим типом! Или уберите его отсюда, или я уйду и пусть сам попробует.

– Перестаньте ругаться, – одернул властный голос. – Тедди, твои прогнозы?

– Ничего он не скажет, пустая трата времени. Если Фернану уж так хочется, пусть попробует ему что-нибудь отрезать, но это не поможет. Я, конечно, могу продолжить, если скажете, но я бы вам посоветовал не терять время и пригласить другого специалиста. Так будет и проще, и вернее, и намного быстрее, хотя и дороже.

– Я всегда удивлялся твоей проницательности, Тедди. Четверть часа назад босс сказал мне то же самое. Так что приведите его в чувство, умойте, и пусть охрана доставит… я им покажу, куда. Он в состоянии идти?

– Вполне, – ответил палач, снова возвращаясь к своему обычному флегматичному тону. – К счастью, я не следовал советам Фернана, так что ходить наш объект в состоянии. Только зачем его куда-то водить?

– Ты что, думаешь, я приведу мэтрессу Джоану в это помещение? Да она нас на фиг пошлет и денег никаких не захочет. Сам ведь знаешь, волшебницы вообще капризные, а уж она так и вовсе, аристократка в пятом поколении, не плюйте рядом.

Услышав это, Кантор тихо похолодел. Как же он мог забыть, что он тут не в Мистралии, а в цивилизованной стране, и имеет дело не с лохами, а с солидными и состоятельными людьми. А такие люди, если им что-то очень надо, да еще срочно, не будут две недели мытарить пленника в подвале в надежде, что он все-таки расколется, а пригласят в частном порядке сканирующего мага и решат проблему быстро и качественно. Проклятье! Не надо было вообще даваться живым… И что теперь делать?

– Знаю, – как-то неприязненно отозвался палач. – Сталкивался я с вашей капризной дамой… И напрасно вы думаете, что его надо приводить в чувство. Он просто прикидывается, а на самом деле давно очнулся, только молчит и лежит тихонько, чтобы не привлекать к себе внимания. Так что вы смотрите,