Хроники странного королевства. Вторжение. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

преступником домой, ибо находилась на руках и одежде, но на пол не капала. В дополнение тут же были высказаны предположения, что этот подозрительный тип не просто маньяк, а, поди, сектант какой-нибудь, и когда у него животные для жертвоприношений закончатся – за людей возьмется. Так что лучше юным девам в эту обитель зла не ходить. И не думают ли они, что стоит позвонить в полицию.

Шерька скептически сморщила нос и предложила сначала просчитать реакцию полицейских на ложный вызов и подумать, как они воспримут рассказ о дохлых голубях и жертвоприношениях. Затем снизошла и великодушно разрешила звонить, если жертвенные девы не вернутся до завтра.

В полном смятении Настя последовала за ней и только на третьем этаже сумела внятно произнести:

– Шерь, может, он правда… того?

– Ну, сейчас поглядим, – без тени страха отозвалась подружка.

– Нет, правда, зачем ему могли понадобиться эти несчастные голуби и котенок? У меня просто нет логичного объяснения…

– Я думаю, он просто жрать захотел, – почти не задумываясь, сообщила Шери. – Других объяснений и у меня нет. Мистические ритуалы – это вряд ли, он не потянет.

– Но котенок?!

– А откуда нам знать, может они там у себя дома кошатину едят.

– А человечину они точно не едят?

– Если тебе интересно – давай спросим. Заодно намекнем, что соседка с первого этажа не в пример вкуснее и жирнее нас.

Такой оптимистичный прогноз ничуть не утешил Настю, и когда она вставляла ключ а замок, рука ее предательски дрожала.

Насчет кровищи тетка уж точно не соврала – первое, что увидела девушки, войдя в квартиру, была брошенная на пол старая рубаха с окровавленным рукавом.

– Девочки, это вы? – окликнул из кухни зловещий маньяк-сектант-пожиратель кошек. Словно вторя ему, по квартире разнесся душераздирающий мяв предполагаемого мяса.

– А котенок-то живой, – отметила Шери, преспокойно вешая курточку. – Наврала соседка-то.

– Да, это мы! – крикнула Настя, опасаясь, что душегуб сейчас выглянет в коридор удостовериться – с ножом, окровавленными руками и полувыпотрошенной тушкой. И сдавленным шепотом спросила: – Шерь, а чего он тогда так орет?

Котенок издал еще один вопль – агрессивный, требовательный, вызывающий некоторые сомнения, кто там кого ест на самом деле.

– Сейчас узнаем, – ответила Шери и уверенно дернула дверь.

Серый полосатый котенок-подросток стоял посреди кухни, приподнявшись на задних лапах, и самозабвенно орал.

– На, драконище ненасытное! – ворчливо произнес Диего и, на миг отвернувшись от раковины, в которой производил свое жертвоприношение, что-то бросил на пол, почти под ноги вошедшим. Котенок одним прыжком настиг летящую добычу и, вонзив в нее зубы, поволок в укромный угол, но Настя все же успела рассмотреть отрезанную птичью головку и невольно отшатнулась.

Голодный мяв сменился утробным ворчанием и хрустом, в которые вклинился недовольный голосок Шерьки.

– Тебе же ясно было сказано – не выходить из дому! – без долгих вступлений накинулась она на опасного маньяка, пожирателя кошек. – Ну что, послать тебя теперь, чтобы ты сам объяснял соседке с первого этажа, что ты не маньяк и не демонопоклонник, а просто с какой-то радости решил кота голубями покормить?

Кузен отвлекся от голубиной тушки, которую как раз ощипывал прямо в раковине, и сделал удивленные и невинные глаза.

– Я виноват в том, что у хозяина квартиры ненормальные соседи?

– Бить птиц на улице – это, значит, нормально, а пугаться заляпанных кровью соседей с охапкой дохлятины – ненормально? Диего, тебя потому и просили не выходить на улицу! Именно потому, что ты обязательно отмочишь что-нибудь странное и привлечешь к себе внимание! И ты успешно это сделал – мы с трудом убедили соседку не звонить ни в полицию, ни в психушку! Кстати, как ты ухитрился их поймать? Ты умеешь животных приманивать или кидался ножом посреди двора?

– Да нет… – Родственник пожал плечами и кивнул куда-то на холодильник. – Пращу сделал. А что не так? Я спросил, есть у этих голубей хозяин или они дикие. Мне сказали, что они ничейные.

– И ты на них поохотился, невинное дитя природы! – съязвила Шери, воздвигая на стол сумку. – С пращой, высшим достижением технической мысли. Отчего ж не с каменным топором? Лучше б ты спросил, чем покормить кота! Тебе бы объяснили, что для них специальные корма есть!

– У вас и для людей специальные корма есть, – проворчал Диего, раздраженно выдирая перья из своей добычи. – Но вообще-то я не для кота охотился… кстати, это кошка… а просто жрать захотел.

– Ты мог нас подождать? Всего полчаса-час?

Похоже, вопиющий факт предстоящего пожирания голубей волновал Шерьку намного меньше, чем впечатление, произведенное на соседку. Но Настя не сдержала ужаса.

– Ты что, – вскрикнула она, – собираешься ЭТО есть?

– Я ж не кошка, – с легкой обидой в голосе отозвался Диего. – Я их приготовлю. Как-нибудь.

– Нет, ты, конечно, ешь, если не боишься, – недовольно поморщилась Шери. – Но усвой на будущее, что у нас не принято охотиться посреди города, и если ты опять этим займешься, тебя примут за ненормального. Ты очень хочешь привлечь к себе внимание полиции – при том, что у тебя даже документов нет? Или долго объяснять доброму психиатру, что здоров, во что тот нипочем не поверит? А ты, кроме того, что зарисовался перед соседкой, еще и посоветоваться с кем-то ухитрился. С кем, кстати?

– Там гулял какой-то мальчишка, – признался кузен-потрошитель. – Не бойся, он не видел, как я охотился.

– А с рукой что?

Как она это разглядела – Настя так и не смогла понять. Рядом же стояли, и каким-то образом ей не видно, а вот Шерьке видно! Или она просто догадалась? Она умеет догадываться…

– Да вот эта красотка поцарапала. – Диего неохотно кивнул на кошку, которая, расправившись с угощением, повернулась к людям мордочкой, на которой хищно светился зеленым один глаз, и опять выжидательно мявкнула.

– А зачем ты ее ловил?

– Я ее из ямы достал. Кто-то ее туда бросил. А она с перепугу не поняла, что я ее достать хочу, и уцепилась всеми когтями. А к ней был привязан кирпич, который я сразу не заметил… В общем, если я поймаю того, кто это сделал, мне будет плевать, нормальным ли здесь считается то, что сделаю с ним я.

Настя представила себе, как кошка под весом кирпича съезжает по руке, вцепившись всеми когтями, и ей сделалось дурно от этой воображаемой боли. По хмурой физиономии пострадавшего, впрочем, не было заметно, чтобы он чувствовал что-то подобное.

– Понятно, – вздохнула Шери. – Я очень ошибусь, если предположу, что ты эти царапины даже не продезинфицировал, потому что не знаешь, что это такое, а