Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 - Юлия Алексеевна Фирсанова

– А теперь мы приглашаем короля Лимбера, принца Рикардо – Покровителя Виноделия, принца Кэлера – Покровителя Пиров и принца Лейма – Покровителя Всего Живого принести первую дань Лозе, испить старое вино в честь нового урожая.

Все вышеперечисленные кивнули, принимая приглашение. Под мелодию «Лиен благодатный» сквозь расступившуюся в почтительном молчании толпу гостей избранные последовали за Хозяином и Хозяйкой в глубь сада, к виноградным лозам, оживающим после краткого осеннего отдыха. (Минувшая осень в Лоуленде была очень теплой, и лозы не пришлось даже укрывать, снимая со шпалер, как пятнадцать лет назад.) Принцесса слегка левитировала, чтобы острые каблуки не увязали в рыхлой, влажной после ночного дождя почве.

Выбрав нужное место, Элегор остановился и, подождав, когда к нему присоединятся остальные участники церемонии, извлек из воздуха серебряный поднос с запыленной прохладной бутылкой темно-зеленого стекла и пятью хрустальными бокалами на тонких ножках. Оставив поднос висеть на уровне пояса, герцог занялся бутылкой «Сладкой страсти». Сноровисто – сказывалась многолетняя практика – молодой бог пальцами вынул из бутылки пробку и аккуратно разлил по бокалам драгоценный напиток.

В полном молчании приглашенные разобрали бокалы, Хозяину и Хозяйке, согласно традиции, пришлось взять один на двоих. Вдохнув аромат напитка, боги пригубили вино. Элегор сделал несколько глотков и передал бокал принцессе. Ехидно бросив мысленную реплику: «Надеюсь, вы не заразны, герцог», – принцесса допила свою долю под не менее ехидный ответ Элегора: «Даже если и так, дорогая Хозяйка, то, согласно древней пословице, зараза к заразе не пристает, пейте смело!»

Каждый оставил на дне бокала несколько капель, чтобы подарить их Лозе. Красные капли упали на землю и, рассыпавшись золотистыми, темно-и ярко-синими, фиолетовыми, изумрудно-зелеными и серебряными искрами личной силы богов, почти мгновенно впитались в почву. Приглашенные ощутили, как земля благосклонно принимает энергию, и та, умножая саму себя, растекается по саду благодатной волной. Искры и волны энергии разглядели и почувствовали все, находящиеся в садах Лиена.

– Вкусно, но мало, герцог, – приземленно заметил Кэлер и спросил, скорбно разглядывая стремительно опустевшую тару: – Ты что, нарочно самую маленькую бутылочку всегда выбираешь?

– Самые большие бутылки уже ждут вас, принц, – кивнул Элегор в сторону столиков под тентами для высоких персон. Там действительно заранее были выставлены двух– и трехлитровые емкости лучших вин, призванных удовлетворить жажду его высочества.

– «Сладкая страсть». Прекрасный букет. Сладость в сочетании с терпким вкусом, – задумчиво констатировал принц Рик, по божественному призванию вынужденный произвести беспристрастную оценку нового вина, и, ухмыльнувшись, заметил: – Надеюсь, новые ваши вина будут еще лучше. Не зря же мы тут старались: пили, благословляли и все такое?

– Я тоже надеюсь, – серьезно кивнул Элегор. – Ведь от этого зависят мои доходы.

– Спасибо, Гор, так вкусно, – улыбнулся Лейм.

– Да уж, в Лиене плохих вин не делают, – благодушно вставил король.

Сам Лимбер относился к герцогу достаточно доброжелательно, поскольку ревность глаза его величеству не застилала, а серьезных пакостей в масштабе государства беспутный герцог уже не творил в таких количествах, как в буйные годы начала взросления. Теперь его разрушительная энергия изливалась на иных просторах необъятной Вселенной, что королю было, в принципе, по фигу, а в некоторых случаях даже желательно. Что же касается личных взаимоотношений юнца с детьми и племянниками царственного семейства, то его величество не без основания полагал эти раздоры хорошей разминкой для отпрысков и не препятствовал развлечениям молодежи.

Первое приношение дара Лозе состоялось. Отправив поднос туда, откуда он появился (на стол в кухне), Элегор подал Элии руку, и участники таинства благословления вернулись к гостям.

– Вы видели и чувствовали, я утверждаю, Хозяйка и приглашенные свидетельствуют: Лоза приняла нашу силу. И да будут дары ее в этом году обильны! – старинной фразой завершил герцог ритуал.

Гости поддержали Хозяина радостными возгласами. Сделав небольшую паузу, Элегор продолжил:

– Лучшие из менестрелей станут развлекать вас на этом празднике. Надеюсь, их выступление доставит удовольствие самым утонченным и строгим ценителям искусства…

Приняв это приглашение, те гости, которые еще не присели, начали рассаживаться за небольшие, человек на пять-шесть, столики, расположенные небрежным полукругом на лужайках вокруг мощеной площадки внутреннего двора. Поблизости, за деревьями, стоял большой шатер, где менестрели могли приготовиться к выступлению, оттуда они и выходили к гостям. Для избранных (членов королевской семьи, Хозяина, Хозяйки и их приятелей) было отведено несколько самых лучших мест.

Плюхнулись на стулья рядом с Элией Лимбер и Кэлер, больше заботясь о том, чтобы оказаться поближе к вожделенным бутылкам, содержимым которых можно было ни с кем не делиться. По левую сторону от Элегора, конечно, оказался Лейм, а следующим стулом с небрежной грацией завладел Энтиор, ненароком опередив не рвущегося в первые ряды Нрэна. Так герцог невольно оказался в досадной близости от ненавистного вампира, и все, что он мог сделать, – смотреть сквозь принца или стараться не смотреть в его сторону вовсе.

Джей, Рик и Элтон захватили столик поодаль, пригласив хмурого Злата составить им компанию. Тут же вынужден был присесть еще более хмурый воитель, раздосадованный тем, что в течение как минимум часа будет вынужден слушать пустое стрекотание братьев, оттачивающих свое остроумие на ни в чем не повинных менестрелях. А Элия между тем станет кокетничать с негодяем Лиенским!

Другой столик рядом заняли Рэт, Оскар, граф Ференс Деграс и еще пара приятелей Элегора. В ожидании обещанного представления гости дружно налегли на угощение, и кое-кто (не будем указывать пальцем на Кэлера) не оторвался от него и после того, как зазвучали аккорды песни.

Первым перед гостями выступил рано поседевший мужчина в намеренно простом темном камзоле, на котором ярко сияла брошь в виде серебряной лиры – знак победителя прошлогоднего турнира менестрелей. Тарин и его новый партнер-флейтист исполнили знаменитую «Долину солнца» – старинную песню, прославляющую щедрую землю Лиена.

Весь репертуар менестрелей должен был обязательно соответствовать теме праздника, и герцог в течение прошедшей луны лично прослушивал каждого исполнителя, отбирая наиболее удачные и подходящие по тематике вещи. А ведь приходилось следить и за тем, чтобы большинство песен не повторялось из года в год, чтобы хоть сколько-нибудь разнообразным было их содержание. За время отбора Элегору довелось выслушать несчетное число баллад и романсов с различными трагическими и романтическими версиями происхождения винограда, а также лирических произведений, воспевающих красоты природы, весну и виноград как таковой.

Сейчас, вслушиваясь по десятому разу в хорошо знакомую мелодию, бог пытался забыть о мучительном периоде мытарств и насладиться музыкой. Но слишком свежи были воспоминания о прослушивании нескольких сотен существ разной, иногда чрезвычайно низкой степени одаренности, по какому-то недоразумению всерьез полагавших музыку своим призванием и предназначением Творца.