Хроники странного королевства. Двойной след. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

за тем же столом. Шут проснулся и перепуганно заорал что-то насчет того, что его не надо убивать. От этого вопля пробудился Мафей и подпрыгнул на диване, дико озираясь и выставив перед собой руки, которые мгновенно засветились синеватым сиянием. Кантор даже услышал отчетливое потрескивание и похолодел, представив себе, что было бы, если б мальчишка все-таки выпустил с перепугу уже готовую молнию.

– Всем молчать! – неожиданно громко рявкнул мэтр Истран, отчего в комнате немедленно воцарилась тишина. – Так дальше нельзя, – уже тише добавил он. – Прошу прощения, дон Диего, мне придется…

Кантор сначала не понял, с чего это старик надумал извиняться именно перед ним, но через пару секунд до него дошло. Все же знают, как товарищ Кантор не любит, когда над ним колдуют без спросу…

Эффект заклинания был почти моментальным – свист ветра, заложивший уши, дикий холод, будто на него вывалили бочку колотого льда, и чистая, абсолютная трезвость.

– А теперь, господа… – начал мэтр, но его перебил испуганный вскрик товарища Пассионарио.

– Как я сюда попал? Чего Жак орет? Что я вообще здесь делаю, нечего мне здесь делать…

Он попытался смыться тем же путем, каким появился, но мэтр пресек его попытку прежде, чем ученик успел расправить пальцы.

– Нет уж, извольте остаться, – твердо сказал он. – Я блокировал три основных преломления, так что и не пытайтесь сбежать.

– Едрена клизма! – жалобно простонал Жак. – Мэтр, кто вас просил меня протрезвлять? Я три часа заснуть пытался…

– Я больше не буду! – испуганно вскрикнул Мафей, осознав, в каком виде его застукал наставник.

– Спасибо, – вздохнул Элмар. По всей видимости, похмельный синдром тоже попадал под действие заклинания.

Мэтр Истран удовлетворенно оглядел блестящие результаты своей полезной деятельности и изрек:

– А теперь, господа, попрошу всех сесть и успокоиться. В особенности вас, товарищ Пассионарио. Помнится, я уже однажды просил вас воздерживаться от употребления алкоголя, и вы мне, как и Мафей, это обещали. Однако не прошло и луны, как я вновь вижу вас в невменяемом состоянии, творящим несусветные глупости. Позвольте спросить, вы что же, намеревались поделиться с Жаком вашими безумными соображениями или просто искали, где бы еще выпить?

– Я не помню, чего я сюда приперся и как вообще сюда попал, – угрюмо ответствовал товарищ принц, уличенный в нарушении обещаний. – Сейчас очень хочу отсюда уйти, я не готов ни с кем разговаривать, а уж тем более что-то объяснять. Удерживать меня насильно…

– Что ж, если хотите, я вас отпущу. Под честное слово, что вы вернетесь, когда успокоитесь, чтобы обсудить все, что вас так тревожит. Хотя у меня есть сомнения, можно ли доверять вашему честному слову, и подозрения, что, оказавшись на свободе, вы немедленно опять напьетесь.

– Не напьюсь, – так же мрачно пообещал Пассионарио. – Выпил все, что было. Но вернуться я вам не обещаю. Не хочу. Вообще ничего не хочу.

– Так-таки совсем ничего?

– Ну, может быть, распустить войско и повеситься.

– В таком случае вы никуда не пойдете без сопровождения, пока это депрессивное желание вас не оставит.

– Хорошо, я возьму с собой Кантора. Я вам его потом верну… если он захочет.

– Не отпускайте! – подал голос король. – Сейчас он еще и Кантору наплетет невесть чего, а с того станется поверить.

– По-твоему, я лгу? – оскорбленно вскинулся принц. – Ты смеешь обвинять меня в обмане, чтобы скрыть свои…

– Мне нечего скрывать! Это ты позорно сбежал, как последний трус, даже не объяснив толком, что такое вспомнил! А теперь оскорбляешь меня непонятными претензиями, по-прежнему не раскрыв причины. Мэтр, не смейте его отпускать. Даже если вам кажется, что так лучше, я ваш король, в конце концов, и я вам приказываю. Ни шагу отсюда, пока не разберемся. Жак, ты не возражаешь, если мы займем твой кабинет?

– «Мы» – это кто? – уточнил Жак, ошалело взирая на разгорающийся скандал.

– Я, мэтр Истран, Орландо… и Мафей, его сон тоже относится к делу.

«Мы с Жаком, значит, к делу не относимся, – недовольно подумал Кантор. – Что за дела здесь творятся? То ли дорогой вождь и вправду допился, то ли король что-то крутит…»

– Да занимайте, конечно, – Жак поднялся и поправил распахнувшийся халат, – только я не понял… что вы такого сделали нашему дорогому гостю, что он так на вас набросился?

– Вот это мы и будем выяснять, – сказал король. – А вы посидите пока здесь, займитесь чем-нибудь и не мешайте нам. Элмар, лично на тебя возлагаю ответственность за то, чтобы никто не подслушивал. Особенно Кантор.

Кантор, который именно это и собирался сделать, прикинулся, будто он вообще глухой. И заодно тупой. Ничего не слышал, ничего не понял, и ничего по этому поводу не подумал. Хотя на самом деле ему было чрезвычайно интересно, что такого увидел в своем пророческом бреду товарищ Пассионарио. Ведь именно из-за этого Орландо сбежал, напился и обозвал короля предателем… не просто так, ой, не просто так наш вещий вождь не желает разговаривать со своим приятелем Шелларом! Но раз уж такой расклад, пошел бы к Амарго, что ли, а то первым делом взял и нажрался, хотя ему и нельзя.

– Как мне дорог мой кузен! – с нескрываемой досадой произнес Элмар, едва избранные скрылись за дверью кабинета. – Только собрался пойти домой, как он тут же придумал всем занятие! У него навязчивая идея, будто я страдаю от безделья! Я спать хочу, между прочим! Пойдемте на кухню, чаю, что ли, попьем, в самом деле…

Кухня Жака сияла чистотой. Вся посуда и прочая утварь была расставлена и развешана по своим местам в таком идеальном порядке, словно здесь прибирался сам король.

– Надо будет сманить твою горничную, – заметил Элмар, оглядев эту красоту.

– При чем тут горничная! – взвыл Жак. – Она как раз нормальная тетка и до такого фанатизма не доходит! Это Тереза! Блин, где чайник? Вечно, как она у меня что-то уберет, я потом неделю своих вещей найти не могу! Элмар, поищи чайник, будь другом. А я огонь в печи разожгу. Пока найдешь, как раз готово будет.

– Ты у себя дома, сам и ищи, – возразил Элмар. – А огонь разожгу я. У тебя это до сих пор через раз получается. Кстати, о чайнике. Подумай, где ему место, и сразу отыщешь.

– Твою мать, я всю жизнь считал, что место чайника на плите! А где чай? – Жак сунулся в шкаф, пошуршал немного и окликнул:

– Диего! Пойди в чулан, принеси чай. Она его туда утащила скорей всего. Чулан по коридору за углом.

Чуть высунувшись из-за дверцы шкафа, шут хитро подмигнул.

– Сейчас