Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 - Юлия Алексеевна Фирсанова

– Эй-эй, Рик, оставь и мне, – спохватился Кэлберт, видя, как братец осушает уже четвертую бутылку его любимого вина, утоляя возбужденную магическими трудами жажду.

– Пей, пей, не слушай его, – добросердечно посоветовал Элтон, вгрызаясь в громадную грушу. – Чем больше выпьешь, тем вероятнее промажешь.

– А я представлю, что это – баронесса Диана, и попаду точно в цель, – расплылся в довольной улыбке Рик, вспоминая свою пышнотелую любовницу.

– Так ты ж не член стрелять будешь, – непосредственно возразил принц-летописец. – А впрочем, пей, одним конкурентом меньше будет. Может, и ты, Энтиор, тяпнешь бутылочку-другую?

– Спасибо, нет, – отказался принц, поплотнее натягивая изысканные кожаные перчатки.

– Ему и без того стрелять сложно, – поддержал брата бог сплетен. – Ноготок сломаться может, вот будет трагедия! Все дамы и лорды королевства разлюбят.

– У меня крепкие ногти, – разочаровал нахала вампир, сдергивая перчатку, чтобы продемонстрировать пальцы с длинными острыми ногтями, и, зловеще улыбнувшись, предложил: – Хочешь попробовать?

– Вот еще, – возмутился рыжий маг. – Стану я грызть чужие ногти, ты их и не чистил сегодня небось! Какие непристойности предлагаешь! Вино гораздо вкуснее!

Родственники дружно заржали.

– Лучше бы ты, Рик, герцога Лиенского споил, – процедил Энтиор, оскорбленный предположением брата о том, что он не следит за гигиеной рук. – Все польза была бы.

Лейм метнул на кузена возмущенный взгляд. Вампир сделал вид, что этого не заметил.

– Без толку – он больше одного бокала перед турниром все равно не пьет, гаденыш, – небрежно бросил Рик, наливая себе еще.

– Все пьют, если суметь заставить, – зло возразил Мелиор.

– Вот ты и заставь, – отбрехнулся принц. – А я посмотрю на твой камзол, когда он, зараза, все назад из вредности выблюет.

– Уж что герцог умеет, так это портить чужое имущество, – брезгливо согласился Энтиор, вспоминая что-то очень личное.

Мелиор кивнул, будучи полностью солидарен с братом в этом вопросе. Позлословить о герцоге Лиенском всегда было в удовольствие.

– Оставьте Элегора в покое, мальчики, – небрежно велела братьям принцесса, и принцы нехотя ушли от излюбленной темы.

– А ты, па, опять от судейства отказался? – спросил Элтон.

– Что я там потерял? – удивился король. – Мало мне государственных проблем, еще и праздник себе портить?!

– Правильно, правильно, ваше величество, – услужливо, с самым что ни на есть подхалимским видом завзятого лизоблюда подхватил рыжий сплетник, склоняясь в официальном поклоне. – Сейчас никому нельзя верить, не рискуйте своей венценосной особой. Я их черные замыслы насквозь вижу, знаю, куда у них стрелы вместо мишеней полетят. Так и метят на высокий трон Лоуленда, заговорщики! Я могу и списочек представить.

В ответ на эту тираду родственники разразились оглушительными раскатами хохота, от души хохотал и сам король. Наконец отсмеявшись, Лимбер заметил:

– Пусть только намекнут, если кто желает, я враз отречение подпишу. А, ребятки?

– Что мы, сумасшедшие, что ли, пап? – добродушно хмыкнул Кэлер, выражая всеобщее мнение. – Добровольно взвалить на себя такую ношу? Ну уж нет!

– Касательно здравого ума и душевного здоровья нашей семьи у меня всегда были большие сомнения, – встрял Рик. – Так что на вопрос, сумасшедшие ли мы, ответ, скорее всего, будет положительный.

– Чтобы пойти на такое, надо быть не сумасшедшим, а законченным идиотом, – задумчиво ставя диагноз, высказался Ментор, и на это возразить было уже нечего, поскольку к рангу идиотов никто себя причислить не пожелал.

– Ладно, свои умственные способности в другой раз обсудите, – хмыкнул король, – а сейчас хватит языками молоть, выметайтесь отсюда, олухи. Состязание вот-вот начнется.

Напутствуемые добрым словом любящего отца и пожеланием сестры: «Удачи, мальчики!» – принцы один за другим исчезли из ложи, чтобы забрать свои луки и пешком, как положено, явиться на турнирное поле, где уже собрались напротив мишеней почти все участники. Среди многочисленных знакомых Элия увидела герцога Лиенского и Связиста. Видать, Силы справились с доставкой жалоб и вещественных доказательств и теперь намеревались поразвлечься.

Конан на поле не вышел, зато его мощная фигура отчетливо просматривалась у прохода для участников. Кэлер объяснил приятелю, что при желании можно подать заявку на участие только в одном из трех видов соревнований. А поскольку больше всего варвар уважал меч, считая баловством, недостойным мужчины, перевод стрел на неживые мишени, то и участвовать Конан захотел только в поединках на мечах, где противник был из костей и мяса.

Впрочем, не только приятель Кэлера выбрал для участия лишь один из видов состязаний, так поступали и некоторые дворяне, а также принцы Лоуленда. Поводом для отказа могло служить как нежелание демонстрировать широкой публике свои блестящие таланты, так и сокрытие недостатков во владении оружием. Официальной же причиной, со вздохами досады повсеместно демонстрируемой знакомым, служили многочисленные травмы, как застарелые, так и свежие, полученные непосредственно на турнире. Но как бы то ни было, без отказников и симулянтов желающих участвовать в турнире было хоть отбавляй.

Судьи заняли свои наблюдательные позиции, маги-помощники настроили свое восприятие на улавливание запрещенных к применению в честной стрельбе чар и установили над полем защитный купол, чтобы от шальной стрелы, пущенной каким-нибудь косоруким новичком, или, наоборот, умелым злоумышленником, не пострадали зрители.

По знаку принца Нрэна под нежно любимые богом войны ритмичные звуки военного марша герольды торжественно объявили открытие турнира и начало первого вида соревнований: стрельбы из лука по мишеням, установленным на расстоянии пятидесяти, ста и ста пятидесяти метров. Боги могли бы стрелять и дальше – прекрасное оружие и физическая сила позволяли, но, к сожалению, поле было не резиновым. В каждую из мишеней участник выпускал по три стрелы.

По жребию, номерному шарику одного из пяти цветов, которые доставали из ящиков, разносимых помощниками судей, определялась очередность стрельбы, и шоу начиналось. После того как все члены первой группы отстрелялись на первой дистанции, судьи вместе с помощниками и писцами быстро проходили вдоль «линии огня», тщательно измеряя и занося в протокол данные. Потом стрелы аккуратно вынимались из самовосстанавливающихся мишеней, но прежде маги фиксировали мишени на записывающий кристалл, чтобы в спорных случаях можно было обратиться к просмотру зафиксированных образов. Благодаря опыту судей и расторопности их многочисленных помощников каждая процедура оценки занимала около двух минут. За этим следовала вторая очередь стрелков, оценка их меткости и так далее. После того как стрельбу заканчивали все пять групп участников, проходили стрельбы на большее расстояние.

Чтобы быть в курсе деталей происходящего, народ у входа на трибуны еще до начала турнира приобретал за пару монет простенькие амулеты с кратковременным заклятием зоркости, длительность которого была рассчитана лишь на несколько часов.

Бдительно следя за всеми перипетиями соревнований, зрители на трибунах, особенно простой люд, бурно