Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 - Юлия Алексеевна Фирсанова

В памяти принца неожиданно всплыло воспоминание о гневных звездах – глазах сестры. Джей обмер от ощущения непоправимой ошибки и прошептал, пытаясь убедить самого себя:

– Не мог же я их перепутать, не мог…

– Судя по всему, мог, – отрезал Рик, задумчиво теребя мочку уха и позванивающую серьгу из нескольких сплетенных колечек. – Особенно если учесть этот дивный аромат флоксов. Джей, какой-то доброжелатель напоил тебя на балу киором, что в сочетании с большой дозой спиртного окончательно свернуло тебе мозги.

– Убью скотину, – процедил вор, обращаясь к неведомому отравителю.

– Сначала сам выживи, – доброжелательно посоветовал приятелю Рик. Теперь, убедившись в том, что Джей на самом деле вовсе не хотел смерти сестры, принц сменил гнев на милость. – Элия на тебя и так зла была, а уж теперь подавно.

– Ох, драные демоны, – вновь вздохнул Джей и, чувствуя настоятельную потребность облегчиться, которая была выше всех моральных терзаний, вылез из кровати и побрел в ванную. Там же заодно геройски постоял с десяток минут под прохладным душем, окончательно приходя в себя.

Завернувшись в большое оранжевое полотенце брата, Джей снова вернулся в спальню и, плюхнувшись на диван рядом с Риком, хмуро повторил вслух мучивший его вопрос:

– Какая же сволочь подлила мне киора?

– А кому ты в последнее время мог напакостить?

– Особо сильно только Нрэну, – мрачно усмехнулся Джей, и усмешка застыла на губах принца, когда он припомнил, что кузен действительно имел возможность добавить киора в его бокал.

– Такая добыча тебе не по зубам, – ответил Рик, безошибочно истолковав мимические гримасы брата.

– Что же мне теперь делать? – спросил принц, нахохлившись.

Вор понимал, что месть Нрэна была вполне законной, ведь первым шутки с эльфийскими травками начал Джей. Драться на дуэли с кузеном принц не собирался, поскольку не желал, чтобы воитель сделал из него фарш. И вообще, убивать Нрэна, даже если бы вдруг нашелся подходящий способ, в любом случае было нельзя, в Стратеге нуждались семья и Лоуленд.

– Перед Элией извиняться, ясный пень, – отозвался рыжий.

– Так она меня и простит, как же, – простонал Джей, – извиняйся не извиняйся, все одно.

– А не попросишь прощения – обидится еще больше, – предостерег брата маг и посоветовал: – Поползай перед ней на брюхе, поклянчи, расскажи, какой ты дурак.

Порывшись в кармане камзола, Рик извлек оттуда отданную ему давеча Джеем браслетку и, протянув ее ему, продолжил:

– На вот, подари вещицу, может, и простит.

Джей принял совет и браслет, кивнул и телепортировался к себе, чтобы переодеться, занять наблюдательный пункт у апартаментов Элии и ожидать пробуждения сестры.

Он очнулся от блаженного забытья и в первый миг не мог понять, отчего такая сладостная истома наполняет тело, счастливо замирает сердце и жарко-радостно на душе. Потом вспомнил. Сон. Он видел самый прекрасный сон в своей жизни. Желая продлить столь редкие, а оттого еще более чудесные мгновения, бог позволил себе полежать несколько секунд, потом открыл глаза, и тут обнаженную душу воителя словно в ледяной ад бросили.

Он был в постели кузины, и она спала рядом, свернувшись под одеялом клубочком. Лицо богини закрывали волосы, и принц ночным зрением видел только припухшие губы и проступающие на нежной коже Элии синяки – следы своих страстных, безудержных ласк.

«Нет мне прощения. Я чудовище, изнасиловал собственную сестру. Элия была так испугана вчера, нуждалась в утешении, а я вместо этого воспользовался ее беспомощностью и надругался над ней. Бедная женщина подчинилась грубой силе. Какой я мерзавец! – с глухой, безнадежной тоской и ненавистью к собственному телу, причинившему страдания кузине, подумал Нрэн. – Может быть, пасть на меч прямо здесь, кровью искупить свое преступление? Нет, какой я эгоист. Нельзя оставлять ее и Лоуленд беззащитными перед врагами, особенно теперь. Скорее, надо уйти, пока она не проснулась! Уйти из замка, из города, подальше от нее! Не думать, не думать о ней, иначе можно сойти с ума!»

Вскочив, принц мгновенно, как по тревоге, натянул брюки, схватил свой меч и, вылетев из покоев Элии, стремглав, не разбирая дороги, понесся по коридору в свои апартаменты – собирать вещи для бегства из Лоуленда.

Уже через семь минут великий Стратег начал личную инспекцию постов на дальних границах Лоуленда и крепостей на сопредельных территориях…

Джей, уже вылинявший от скуки[15] и нервного напряжения после пяти часов пребывания в засаде на голодный желудок, с тоской следил, как стрелки его маленьких карманных часиков с сапфирами приближаются к трем часам пополудни. Пажи Элии периодически, за хорошую плату, разумеется, дипломатично сообщали принцу, что госпожа еще не встала и принять его не может, те же слова слышали и другие братья, желавшие лицезреть богиню. Так что Джей вздыхал и в очередной раз принимался гадать о том, какое «сильнодействующее снотворное» пребывает сегодня в постели его сестры.

В три пятнадцать любопытство принца было удовлетворено. Дверь в покои принцессы распахнулась, и по коридору вихрем пронесся полуголый Нрэн с совершенно сумасшедшими глазами. Из всей одежды на кузене были только брюки и меч.

«Ого! – с восхищением и завистью подумал Джей, быстренько проанализировав состояние воителя. – Кажется, сегодня Элии все-таки удалось нарушить обет, и я выполню свой! Хвала Силам Удачи!»

Припухшие от бесчисленных страстных поцелуев губы чуть-чуть саднило. Богиня любви коснулась их кончиками пальцев и улыбнулась, снова переживая мгновения торжества, потом лениво перекатилась на бок, чувствуя, как немного ломит все тело, и протянула руку, желая коснуться поверженного воителя. Но ладонь наткнулась лишь на скомканное одеяло. Нрэна не было!

Принцесса недовольно нахмурилась и села на ложе, чтобы оглядеть спальню. На ковре по-прежнему валялась брошенная вчера ночью одежда, но меч из кресла исчез.

«Сбежал-таки, мерзавец. – Недовольная гримаска исказила лицо богини. – Ну не беда, вернется, как миленький, или я ничего не понимаю в мужчинах и искусстве любви!»

Все еще испытывая легкую досаду, принцесса встала, мановением руки велела шторам впустить в спальню солнечный свет, накинула на обнаженное тело халат и направилась через будуар в ванную.

– Элия, милая, но я же знаю, что ты уже встала! – донесся до ее ушей молящий возглас, и, прорвавшийся сквозь живое заграждение из пажей, принц Джей предстал перед богиней. Он очень надеялся, что прекрасное расположение духа сестры, которое ей оставил перед своим стремительным бегством «лишившийся невинности» Нрэн, поможет ему получить прощение за свои многочисленные прегрешения.

Но строгая, если не сказать раздосадованная физиономия богини разом разрушила замок светлых ожиданий.

– Что ты такая сердитая, Элия? Ведь Нрэн все-таки попался в твои сети! Или он оказался дурным любовником?