Хроники странного королевства. Шаг из-за черты. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

не простит. А Алиса, раз уж она взялась вертеть подолом, на мелочи размениваться не станет, и, раз у нее не вышло со мной, возьмется за Хаббарда… Впрочем, мне уже доносили, что она строит ему глазки, так что можно считать, что она за него уже взялась. Так что Ольге осталось жить до ближайшего отбора, если она не выйдет замуж.

– Ты… – Элмар не сразу нашел, что сказать. – И ты вот так спокойно об этом говоришь? Шеллар, если бы у тебя было хоть немножечко чести, знаешь что бы ты должен был сделать сейчас?

– Знаю, – грустно кивнул король. – Я даже могу это сделать, чтобы ты утешился и не считал, что у меня вообще нет чести. Но из этого ничего не выйдет. Проклятие не позволит. Уж не знаю, каким образом, но скорей всего она мне просто откажет.

– Даже, зная, каковы будут последствия? Или ты ей этого не скажешь и с чистой совестью примешь отказ?

– Я очень не хотел ей говорить, чтобы не омрачать последние две луны ее жизни. Да и принуждать девушку к браку под страхом смерти тоже не особенно достойно, если опять вспомнить о чести. Если ты сможешь, скажи сам. Но я думаю, она все рано откажет.

– А если нет?

– Случится что-нибудь еще. Вероятнее всего, ее убьют каким-нибудь простым способом, не выпендриваясь. Не думаю, чтобы что-то грозило лично мне, но свадьба не состоится. Если хочешь, можем проверить, но если ее убьют, виноват будешь уже ты. Ну, а если убьют меня – можешь быть уверен, что над тобой будут смеяться не только на этом свете, но и на том, ваше величество Элмар первый.

– Не морочь мне голову! Ты что, не в состоянии уберечь свою невесту на каких-то несколько дней? При такой службе Безопасности?

– У всякой службы бывают проколы в работе. И поскольку тут задействована судьба, прокол придется именно на этот случай. Но если не веришь, давай проверим. Только, разумеется, о том, что ее могут убить перед свадьбой, ее тоже придется предупредить. Ты сможешь выложить ей все, как есть?

– Я? Ты во всем виноват, ты и выкладывай.

– Так вот, я не смогу. Если ты так настаиваешь, чтобы я сделал ей предложение, расскажи ей все сам. Заодно будешь спокоен, что я ничего не приврал и не умолчал. Но и сам не вздумай врать. Я проверю.

– Вот сам и рассказывай, а я проверю. Умный какой. Или тебе стыдно? А еще надо мной смеялся.

Тут дверь кабинета приоткрылась и в нее просунулась голова королевского шута.

– Вызывали, ваше величество?

– Нет, – удивился король. – С чего ты взял?

– Азиль сказала, что я вам нужен.

Кузены переглянулись, и одновременно повернулись к нему, как-то чересчур душевно улыбаясь.

– А знаешь, – сказал король, – Ты мне и в самом деле как раз нужен. У нас к тебе будет одно поручение…

Ольга, заходи. Вот сюда, хочешь, в кресло, хочешь, за стол… Выпьешь чего-нибудь? Я знаю, вы с Элмаром подружки-пьянчужки, никогда не отказываетесь… Где? Там? А, это дверь в мой кабинет. Но я туда никого не пускаю. Там у меня парочка государственных тайн валяется. Ну да, и портрет тоже. Не покажу. А я ему усы пририсовал, и боюсь, что ты настучишь… Ну конечно шучу, что я варвар какой – на произведениях искусства калякать. Просто король не велел. Он мне его отдал под честное слово, что я никому не покажу. Нет, в кабинет не пойдем, я же сказал – никого, значит и тебя тоже. Опять за рыбу деньги! С чего ты взяла, что я переселенец? Вот лопух, отдери его дракон, варвар неумытый! Ума, что у ракушки! И ты его вот так запросто на понт взяла, и он признался? И сказал, что это государственная тайна? Ну, он за это будет иметь две недели осмеяния, как минимум, ослик пластилиновый… А откуда ты знаешь, что это электронный замок? В ваше время они уже были? Ну, значит я тоже лопух. Нет, это как раз государственная тайна, и вообще, не расспрашивай меня об этих вещах, поверь на слово, раз я скрываю, значит у меня есть на то причина. Даже несколько, но основная состоит в том, что я жить хочу. Намек понятен? Это хорошо, но ты меня с мысли сбила. Ты пей, пей… Только пообещай, пожалуйста, не бить меня по морде, если тебе не понравится то, что я скажу. Это я не от себя, это мне король поручил… Знаешь что, пошли в кабинет. Я на него обижен до глубины души за такое свинство, так что я тебе его портрет покажу. Чтоб знал. Отвернись, я код наберу, не подсматривай. А за что… А сейчас расскажу. Я его вообще-то очень уважаю, но когда он вот такие пуськи лепит, во мне просыпается Робеспьер. Они со своим глубокоумным кузеном меня так подставили, что не знаю, как сказать, хоть штекер в задницу суй… В общем, дело было так. Прихожу я к ним в кабинет… кстати, ты знаешь, зачем Азиль меня туда послала? Ты тоже, промолчала, она же мне клипсу сдернула, никто меня не звал, что ж ты не сказала? А, так она и тебе клипсу сдернула? Так вот, она сильно опасалась, что ее необъятный Элмар будет своему кузену морду бить, и послала меня это прекратить. А за что… да в общем, есть за что, конечно, но не так уж он и виноват. Кое в чем Элмар прав, не хрен было неделю сопли жевать, надо было сразу пресечь. А кое в чем прав и король, теперь тут вряд ли что-то можно сделать… А в целом говоря, оба они не правы, каждый по-своему. Кстати, поздравляю, ты побила все рекорды: не прожила тут и луны, а два первых лица королевства уже чуть не подрались из-за тебя. Они, видишь ли, начали вдаваться в морально-этические аспекты проблемы, и залезли в такие дебри, что блюдце взлетает. А потом решили, что тебе надо непременно рассказать все, а то они тебе не все сказали. А то получается неэтично. А сказать ни один не берется, потому как опять же получатся неэтично, куда ни плюнь. Мялись они, мялись, и тут меня черти принесли. Вот они на меня это все и спихнули. Это, по их понятиям, этично – сделать что-нибудь этакое, о чем рассказать стыдно, и заставить это рассказать кого-то другого. Так вот, о чем умолчал его величество, поскольку не хотел