Строптивая жена драконьего военачальника - Алекс Найт

— Значит, вы все отправляетесь к прорыву?

С Джослин была её подруга Мелисса Холланд, наполовину демоница, что похитила сердце Римуса. Гамильтон с трудом оторвал от неё взгляд, чтобы ответить.

— Да. Мы все добровольцы. Ректор одобрил и позволил нам академический отпуск на время боевых действий.

После случившегося на балу скандала, где стало известно о тайной связи Римуса и Мелиссы, они держались друг от друга подальше. Гамильтон не спешил делать демонице предложение, несмотря на мощный удар по её репутации, видимо, не считал полукровку достойной.

— И ты? — с лёгким замешательством спросила у меня Джослин.

Видимо, привыкла считать меня злобной бывшей своего мужа, и совсем забыла, что я тоже учусь в академии.

— Конечно, в этом мой долг. Удивлена?

— Нет, я просто никогда не интересовалась, на каком ты курсе.

Надо же… Мне не удалось удержаться от смешка. Похоже, Вуд мало интересуют окружающие.

— Одумайся, — отец схватил меня за плечо. Голубые глаза прожгли гневом. — Рано. Успеешь повоевать.

— Считаешь, я так хочу воевать? Или лечу туда ради славы и развлечения? В этом мой долг перед страной и мужем. Я должна сейчас находиться там.

Джослин дёрнулась, даже подалась вперёд, пытаясь проникнуть взглядом под манжету моей куртки, чтобы рассмотреть брачную вязь. И действительно, ничем не интересуется.

— Да, меня можно поздравить, — подтвердила я то, что она упустила, хотя все в академии шептались о моём браке, и о моей инициации.

— Конечно, — спохватилась она. — Тебе повезло, Адам — достойный мужчина.

— Да, я знаю. Спасибо, — хмыкнула, вполне доброжелательно принимая её поздравление. Дни моей неприязни к ней давно позади. — И как примерная дочь древнего рода и верная жена сейчас я должна находиться в зоне боевых действий, — сообщила уже отцу.

Ожидала новых возражений, споров, угроз, но он вдруг погрустнел, ссутулился. И потом вдруг приблизился, чтобы обнять меня.

— Я горжусь тобой, Элиза, — тихо признался он, погладив меня по голове.

На глазах навернулись слёзы, стало тепло на душе. Он принял моё решение.

— Спасибо, что отпускаешь, — так же тихо ответила я. — Обещаю, что вернусь.

— Сдержи слово, дочка, — попросил он, нехотя отпуская меня.

Виктория с Альбертом тоже прекратили спор, время прощания завершилось. Отец поцеловал меня в лоб, даря своё благословение. И пусть впереди ждала опасность, а наш мир завис на грани катастрофы, я ощущала странное спокойствие на душе. Наверное, потому что не сомневалась в правильности выбранного пути. Мой долг ведёт меня вперёд.

Глава 13

/Элиза/

Я ожидала, что нам сразу прикажут разворачиваться, потому морально готовилась к необходимости не подчиниться и нарушить устав, но ничего подобного не произошло. Нас встретили на последней линии эвакуации. Здесь вымотанный на вид, но собранный и вежливый страж пятого ранга связался с командующим лагерем беженцев. А через час пришёл приказ от Вилдбэрна направить нас на южную линию обороны для помощи в эвакуации.

В том, что основные приказы исходят от него, я даже не удивилась. Итан — легенда, маг, сумевший создать десятиступенчатое заклинание, тем самым развеяв прорыв и выжив при этом. Это возвело его на недосягаемую высоту, поставив в глазах военных и простых жителей страны на один уровень с советом. Отчасти потому я так стремилась в брак с ним. Восхищалась им, по крайней мере, до того момента, пока он не прошёлся ледяным валом по моей безупречной репутации. Теперь осталось только уважение к старшему по званию и облегчение от того, что нахожусь подальше от политических разборок. В последнее время интересы правящей верхушки и военных всё больше разнились. Начало доходить до того, что приказы совета игнорировались высшими военачальниками. И вот теперь при прорыве, судя по всему, основные решения принимаются именно Итаном. Боюсь представить, в какую борьбу это выльется, если мы, конечно, выживем. Как бы от обороны столицы не перейти к гражданской войне.

Мы приняли приказ, получили координаты и вновь поднялись в небо. С высоты птичьего полёта можно было увидеть работу военных, восхититься и испугаться масштабу. Из лесов и городов поднимались разноцветные линии защитных и атакующих контуров, первые удерживали порождений, вторые уничтожали, постепенно растрачивая магию. И так на сотню километров вперёд. В непосредственной близости от столицы. Только тогда стало по-настоящему страшно. Только тогда мы в полной мере осознали, что враг злобно топчется в самом сердце нашего дома.

Мы приземлились под городом Фрако, заступили под начало жнеца третьего ранга Стригара, став членами его небольшого отряда. И после получения инструкций оставили вещи, взяли с собой только стандартный набор самого необходимого и приступили к работе. Нам поручили сформировать лагерь временного приёма идущих с запада беженцев и помочь с эвакуацией соседних деревень. И вскоре стало ясно, почему нас так просто отправили сюда. Прорыв находился довольно далеко, риск напороться на порождения был минимален. Но здесь мы столкнулись с другой бедой войны — отчаянием неизвестности.

Беженцы висли на моих плечах, заглядывали в глаза, плакали, просили дать им надежду, но я не могла ничего ответить, потому что сама не знала, как обстоят дела. Удерживаем мы оборону или её уже прорвали, под контролем ситуация или всё давно потеряно, а мы просто мечемся в пустых потугах спастись. У меня был чёткий приказ помогать беженцам, и больше ничего. Потому я, как заколдованная, требовала верить в наших военных и торопиться.

Мы весь день носились по улочкам незнакомых деревень, помогали с вещами, искали пропавших детей и животных, успокаивали испуганных жителей. И к вечеру просто валились с ног, несмотря на отличную физическую подготовку. Сегодня меня обошло дежурство, но на следующий день предстояло несколько часов ночного обхода лагеря.

Однако даже беспробудный сон не принёс нужного облегчения, я проснулась разбитой. В академии в нашем распоряжении всегда была душевая, открытая весь день столовая, тут мы умылись в пруду, позавтракали кашей с сухарями и отправились по тому же заданию, но уже новым маршрутом. Жнец Стригар ничего не объяснял, просто приказывал, так что мы вновь остались без информации. А связываться с отцом или Адамом я не решалась, не хотела, чтобы они видели меня такой убитой. Мало ли, приказали бы отправиться обратно. Я бы не подчинилась, но тратить моральные силы на ссоры не хотелось.

Но пришла и радостная новость. В обед нам сообщили, что в наш лагерь прибыл военачальник Шейн Грант. Он покинул пост преподавателя, чтобы тоже участвовать при подавлении прорыва, но отправился не на передовую линию, а решил взять под крыло унёсшихся адептов.

Не скажу, что испытывала неприязнь