Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 - Юлия Алексеевна Фирсанова

вечности. В сознании принцессы шла напряженная работа: разрозненные факты, выловленные в мутной воде последних событий, укладывались в стройную картину происходящего, просчитывались варианты развития событий и оценивались средства влияния. Почти так же, как кружить головы несчастным мужчинам, богиня обожала наблюдать за тем, как, повинуясь ее таланту, собирается мозаика реальности. В такие моменты Элия в полной мере ощущала свою власть над Вселенной, власть не только видеть истинное, но и изменять его по своей воле. И это ощущение пьянило не меньше самых пылких признаний в любви. Наконец работа завершилась. Женщина открыла глаза и кивнула приятелю, показывая, что снимает с него тягостный обет молчания.

– Ну что? – нетерпеливо спросил Элегор, подавшись к богине всем телом.

– Что? – задумчиво повторила вопрос принцесса, потирая подбородок. – То, что ты, впрочем, как всегда, заварил гремучее зелье, малыш.

– Война Миров Грани, – догадливо предположил герцог, даже не возмутившись, когда Элия использовала его старое прозвище.

– Именно, – согласилась принцесса. – Дзаайни – наш мир, измерение демонов под властью Мэссленда. А Нрэн признает талант Нара, ему вполне по силам одержать победу в войне. Только нужен ли воину покоренный враг? Судя по мстительному нраву благородного Нара, он предпочтет его уничтожить. Большинство воинов придерживается старого, как Вселенная, правила: лучший враг – это мертвый враг, а Нар га Дзи ка Трин очень любит традиции. По самым первым прикидкам в результате войны будут в разной степени ослаблены три мира, два из которых относятся к нашей юрисдикции. Мэссленд получит право на ответные действия, и Силы, ненавидящие истребление рас, окажутся на его стороне.

– Вот драные демоны, – ругнулся Элегор, потирая скулу, начавшую заблаговременно ныть, как если бы по ней прошлась чья-то тяжелая рука.

– Наиболее выгодным для нас будет не допустить развязывания войны, – заключила Элия, думая еще и над тем, что привлекать пристальное внимание Сил и Мэссленда к региону Жиотоважа совершенно нежелательно. И это – главный довод в пользу мирного разрешения спора, который в другое время вполне можно было бы решить, надавив на кое-какие рычаги и послав в помощь Дзаайни войска из ближайших миров. Еще один мир под руку Лоуленда – неплохой результат, стоящий рискованной игры, но не той, во время которой на кону стоит жизнь брата.

– Что я могу сделать? – тут же спросил герцог и вынужденно предложил претящий всему его существу способ ликвидации недоразумения: – Давай я нанесу личный визит Нару и все расскажу ему про «шутки демонов».

– Не самый лучший выход, хотя рациональное зерно в твоем предложении есть, – согласилась принцесса. – Но явись к благородному Нару нахальный юнец и заяви, что все страдания последнего времени – его рук дело, а не происки жестоких демонов, вознамерившихся заполучить великую душу воителя, результат может оказаться прямо противоположным ликвидации назревающего конфликта. Согласись, ты почему-то невыносимо раздражаешь всех сколько-нибудь серьезных существ, согласующих свою жизнь с внутренними правилами и внешним распорядком.

– Наверное, – кисло согласился Элегор, вспомнив, как реагируют на него принц Нрэн и его коллеги, коли им случается свести знакомство с безумным герцогом.

– Значит, и Нар, вероятнее всего, озлобится и, дабы не выставить себя законченным кретином перед войском, собранным по всему Дзаайни, все равно развяжет войну с Вичтбааром. Нет, лучшее из всего, что ты можешь сделать, Элегор, это отправиться в Лиен и заняться своими делами, предоставив право уладить конфликт мне.

– Элия! – возмутился герцог, сжав кулаки. – Ты предлагаешь скрыться, оставив разгребать гору с неприятностями женщине? Так дело не пойдет! Я все-таки мужчина и не привык прятаться за юбкой, пусть даже это твоя юбка, самая великолепная в Лоуленде и его окрестностях.

– Прятки тут ни при чем, впрочем, как и неверие в твои силы, – безапелляционно отрезала богиня. – У каждого свой дар, ты сильный бог, но умения улаживать конфликты за герцогом Лиенским сроду не водилось. Поэтому ты будешь поступать так, как наиболее выгодно для Лоуленда. И сейчас, для нашего мира в целом и для тебя в частности, лучше бы довериться моему таланту, а не бросать колючки на дороге. Если не согласен и будешь мешать, скажи сразу. Я отправлюсь к отцу и попрошу его взять тебя под стражу вплоть до разрешения конфликта.

– Так ты не собиралась говорить ему про шутку над Наром? – отбрасывая упрямую челку с глаз, удивленно уточнил Элегор, уже считавший, что без этого не обойтись и крепкий кулак его величества все-таки познакомится с челюстью своего неугомонного подданного.

– Пока нет, полагаю, нам удастся разрешить проблему, утаив от Лимбера малую толику сведений, – честно ответила принцесса, балансируя на грани между преданностью семье, короне и дружбой.

– Что ты хочешь делать? – осторожно поинтересовался герцог, еще не уступая подруге, но уже понимая, что готов выслушать ее доводы и рассмотреть их.

Элия коротко, словно схему военных действий, изложила свой план. Теперь уже на несколько минут в молчание погрузился Элегор, пытаясь найти в нем слабые места, но в конце концов бог признал:

– План хорош. Но уверена ли ты в том, что все получится именно так?

– Нет, иначе во Вселенных не было бы места для Сил Случая, – серьезно призналась принцесса. – Но я полагаюсь на свое знание мужчин, данное мне профессией, в частности, знание нелюбимого тобой типа военных традиционалистов. Если все-таки я ошибаюсь, а от ошибок не застрахован никто, кроме, быть может, великого Творца, то остается другой путь – действие с позиции грубой силы. Но об этом мы подумаем, если мой план провалится. Уверена, в том случае, если Нрэн решит не вести боевых действий в открытую, а обратится к тактике партизанских вылазок, он обязательно подыщет тебе работенку по душе.

– Это должно меня утешить? – внешне оскорбленно, но не без скрытой гордости уточнил герцог, походивший сейчас на потрепанного в зубах кошки воробья.

– Вот уж чего я никогда не умела делать, так это утешать, – небрежно фыркнула богиня. – Вот убеждать – да, и сейчас я пытаюсь убедить некоего упрямого шального парня в том, что мы справимся с проблемой и без его непосредственного участия. Правда, чем больше я смотрю на этого парня, тем безнадежней мне кажется затея. Ну вот что! Раз уж тебе обязательно хочется вмешаться… – Элегор напружинился в кресле, а в глазах зажегся боевой огонек, не обещающий мирам спокойной жизни на ближайшие тысячи лет. – Даю тебе час на то, чтобы самому подыскать фигуристую девку поязыкастее и доставить в мои покои.

– Я уже ищу, леди Ведьма! – Герцог сорвался с места и исчез прежде, чем богиня успела моргнуть.

– Ему следовало родиться ураганом, – восхищенно рассмеялась принцесса вслед другу.

Природная энергия и несгибаемый оптимизм Элегора были столь заразительны, что невольно очаровывали окружающих. Недаром ведь леди Лоуленда,