Цветич. Книга 4 - Alex Stereoma

ремонтировать игрушку. Логику-то Яна понимала. Наверняка потом они должны будут обменяться конечными результатами, и это даже показалось милым, только вот шитьё? С Цветичем точно не соскучишься. Но вызов девушка приняла.

Вскоре все парочки набрали себе всяких вещей, и началось творчество, которое со стороны больше смахивало на сходку подражателей доктора Франкенштейна. Причём не того талантливого учёного, а какого-то слабоумного из параллельной вселенной.

Битых два часа Яна пыталась что-то сотворить с этой поделкой и в конечном итоге получилось даже неплохо. Она сделала из пуговиц глазки, вышила рот и нашла в коробке с игрушками детали для лап. Вырезала белую ткань, пришила к ней чёрные фрагменты, а затем взяла поролон и обшила заготовку. Получился маленький мячик, который она потом собиралась пришить к передним лапкам, но сначала сделала футболку. Девушка кое-как пришила зелёную ткань к верхней части игрушки, а сзади пришила две цифры 1 и 3. Финальный штрих – пришить мячик к лапкам и готово.

Яна критически осмотрела игрушку с расстояния вытянутых рук. Вроде нормально. Интересно, что там у Николы, ведь он до сих пор что-то химичил за перегородкой.

– Осталось полчаса, – напомнила Клара, и с этими словами Цветич, наконец, закончил своё творение.

– Ну что, показываем? – хмыкнул Никола и с лицом полным довольства приготовился презентовать свой шедевр.

Он тоже пока не видел, чего там наделала Берич, а только наблюдал, как она иногда берёт всякие детали.

– Давай, – кивнула Яна. – Вот моя, – и скинула ткань, которой предварительно прикрыла игрушку, пристально наблюдая за реакцией парня.

И она последовала. Никола вытаращился на кота, а затем перевёл взгляд на Яну.

– Ну у меня чуть похуже, – признался Ник и показал… своё творение.

С лица Берич мигом спала улыбка, и она выхватила игрушку из рук парня. Это что такое вообще? Её взору предстало НЕЧТО. Чёрное туловище, голубые пуговицы вместо глаз, передние лапы белые, а задние одна жёлтая, а другая зелёная. Но главное красная штуковина на месте рта, которая была похожа на стекающую кровь. И вот это он делал два с половиной часа?!

– Это я хотел губы в помаде сделать, – признался Никола. Но её это мало успокаивало.

Девушка подняла этому НЕЧТО лапку:

– Добе-ейте меня, – похрипела она, и Никола заржал, да и сама Яна улыбнулась.

А если присмотреться, игрушка ей даже понравилась. По крайней мере все детали были пришиты намертво и точно со временем не оторвутся.

– Как её зовут? – спросила Яна, повертев разноцветное НЕЧТО в руках.

– Её зовут Эл… айбль! – вскрикнул Никола, когда татуировка болезненно кольнула руку.

– Как? – переспросила Берич.

– Элла, – поправился парень. – Прикольное имя и, думаю, подходит ей, – а сам погладил руку с татуировкой.

Ну, подумаешь, пошутил чутка, что сразу ругаться-то?

***

Никола и Яна покинули клуб шитья почти под закрытие. Клара заботливо положила игрушки в пакеты, всего на секунду задержав взгляд на поделке парня, но быстро потеряла интерес. Видимо, за годы работы она повидала и не такие «шедевры».

А на улице парочку встретила зима во всей красе. На Белград опустился редкий для этих мест снегопад, так что всё вокруг окутало белым одеялом.

Время было уже довольно позднее, но Яна всё равно спросила:

– Может, пройдёмся немного? – и взглянула в глаза Николы с надеждой.

– Давай, – согласился он.

Ему тоже не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался.

Цветич отнёс пакеты с игрушками в машину и предупредил охранников, что они ещё немного погуляют. Коста кивнул и вышел из автомобиля. Наверняка будет в отдалении следовать за парочкой.

Какое-то время Ник и Яна просто шагали по тротуару. Девушка взяла Цветича под руку, и они медленно шли по старой улице полной панельных пятиэтажек. С неба падали маленькие снежинки, которые было отчётливо видно в свете фонарей.

– Ты меня удивил, – проговорила Яна и чуть ближе прижалась к своему парню. Жаль, они оделись не по погоде и скоро придётся закругляться. – Делать игрушку своими руками было очень весело. Я, кстати, решила назвать свою Чича. Возьмёшь его с собой в Португалию? – с грустным смешком произнесла Берич и повернула голову, чтобы посмотреть на лицо Николы.

– Конечно, возьму, – ответил Ник.

Так они смогут оставить частичку себя, пока будут в разлуке.

– Я знал, что ты оценишь, – улыбнулся парень, посмотрев на Яну в ответ.

Его улыбка, как и всегда, заставляла сердце радостно пуститься вскачь. Паук грёбанный. Нет никакого спасения от его магической паутины. Но, чёрт возьми, как же не хотелось, чтобы эти каникулы заканчивались. Пройдёт несколько дней, и они снова окажутся в сотнях километров друг от друга.

Яна внезапно потянула Николу в сторону, и они зашли в чей-то дворик. Рядом стоял двухэтажный деревянный дом, а около входа находилась скамейка. В паре метров росли деревья, так что пара встала под их кроны, что не очень-то помогало в отсутствие листьев. С улицы светил фонарь, однако он мало что освещал, и вокруг были видны лишь силуэты беседки, какой-то поленницы и старых качелей.

Но окружение не важно. Они остались вдвоём.

– Мне надо кое-что тебе сказать, – проговорила Яна и взглянула на Николу.

Парень стоял лицом к свету, так что она хорошо видела эмоцию удивления, но тот всё равно молчал, внимательно слушая.

– Я сожалею, что ушла на выпускном. Ты мне… давно нравился.

– И ты мне, – донёсся уха девушки его приятный голос, заставив улыбнуться и на секунду опустить глаза.

– Мне кажется, я испугалась своих чувств и теперь ощущаю себя дурой, – снова подняла она взгляд, а Никола шагнул ближе.

Очень уж хотелось Цветичу пошутить, но он сдержался. Девушки редко признают свои ошибки, однако Яна была особенной. Уникальной. Иногда вредной, немного злой и коварной. А порой заботливой, чуткой и милой. Тем не менее все эти детали были лишь частью её многогранной личности. Оставалось надеяться, что со временем она привыкнет к их отношениям и перестанет бояться близости, а для этого нужно создать между ними чувство безопасности, набраться терпения и выдавать ласку умеренными порциями.

Никола медленно протянул руки вперёд и обнял Яну, прижав к себе.

– Прекрати так много думать о всякой ерунде, – сказал он, а девушка наблюдала за небольшим