Хроники странного королевства. Возвращение. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

— П-пусти… — простонал тот. — Больно же…

— Если бы я тебе твою совательную конечность обрубил, больнее было бы!

— Ну, обознался я, ошибся! Со спины было похоже! Отпусти же!

— Порядочные люди в таких случаях извиняются.

— Ну извини, я не хотел… Говорю же, обознался!

Вокруг них начала собираться толпа, и Кантор не стал дожидаться, пока представлением заинтересуются блюстители порядка.

— Ладно, иди уже… В другой раз глазами смотри, а не задницей!

Потерпевший шустро вынул морду из карасей, отбежал на безопасное расстояние и уже оттуда крикнул, что все равно все мистралийцы одинаковые. После чего бросился наутек, на ходу утирая с физиономии последствия своего геройства.

Кантор и не обратил бы внимания на это недоразумение, если бы всего полчаса спустя оно не повторилось при немного иных обстоятельствах.

Он сидел у стойки второго по счету трактира и размышлял, что если в каждом из местных заведений выпьет хотя бы по одной стопочке, то домой его привезут стражи порядка — либо спящим, либо распевающим непристойные куплеты. А если вместо спиртного в каждом заведении пить чай, то очень скоро придется завидовать уличным псам, которым не фиг делать задрать лапу на любое дерево, и штаны снимать не надо, и оскорбление общественной нравственности не пришьют…

От решения столь важной практической задачи Кантора отвлек голос за спиной:

— Ты смотри-ка, вернулся все-таки! И трех лет не прошло! Наверное, и долг принес?

Мистралиец обернулся, уже заранее предвидя реакцию счастливого кредитора и начиная удивляться совпадениям. Да что они в этом городе, все поголовно незрячие? Мистралийцы все-таки не хины, чтобы так их путать!

За спиной обнаружились трое молодых людей из категории непуганых лоботрясов, жаждущих признания в обществе и оттого перманентно ищущих приключений на задницы.

— Вам очки подарить? — сурово поинтересовался Кантор, отмечая про себя, что эти тоже обознались, по рожам видать.

— Тьфу ты, не тот… — простодушно прокомментировал самый юный из отважных приключенцев.

Его старшие товарищи переглянулись и, видимо, решили, что главное — начать драку, а с кем — не столь важно.

— Очки? Смотри, как бы тебе костыли не понадобились! — угрожающе протянул тот же, что упоминал о долгах.

Рисковать и без того нездоровой головой ради сомнительного удовольствия набить три молодых неразумных морды Кантору не хотелось. А тактику поведения с подобными балбесами он изучил уже давно.

Небрежно облокотившись о стойку, Кантор потянулся за своим стаканом, как бы невзначай отодвинув при этом полу куртки и предъявив два пистолета, нож и чакру.

— Я не дерусь по кабакам, — с пренебрежительным безразличием сообщил он, глядя строго в глаза разговорчивому лидеру. — Неинтересно. Шли бы вы, мальчики, отсюда, пока вам гробы не понадобились. Мне за вас, поди, и пары серебрушек никто не заплатит.

Хорошо, что ребята напиться не успели. Пьяному море по колено, а трезвые они еще способны сообразить и не связываться с вооруженным профессионалом. Вот кто бы сказал, почему у подобных непризнанных героев пользуются такой популярностью и уважением всевозможные преступные элементы? Почему жизнь наемника, вора или убийцы кажется им пределом романтических мечтаний? Сейчас, того и гляди, в ученики попросятся.

— Ладно, садитесь, раз подошли. — Кантор убедительно изобразил этюд «суровый мастер снисходит до ничтожных, проявляет великодушие и делает широкий жест». — Я вижу, вы ребята смелые, с вами можно иметь дело. Присядьте-ка, кое-что перетереть надо. Хозяин, бутылку водки сюда и стаканы ребятам.

Внутренний голос покатывался со смеху и откровенно потешался, советуя посмотреть на себя со стороны и сожалея, что этого безобразия не видит маэстро Карлос. Кантор терпеливо сносил насмешки, понимая, что Карлос за такую игру вбил бы в сцену по самые уши и слова «халтура», «дешевка» или «балаган» были бы самыми мягкими при оценке мастерства исполнителя. Но сейчас он играл не для маэстро Карлоса, а для трех бестолковых провинциалов, у которых как раз дешевые понты и считались признаком истинного величия.

Кантор неторопливо раскурил сигару, выдерживая подобающую паузу, и, только когда «смелые ребята» усугубили свою смелость, приступил к делу.

— Я могу доверить вам профессиональную тайну?

Юнцы вразнобой закивали с такими убийственно-серьезными минами, что Кантор чуть не расхохотался вместе с внутренним голосом.

— Дело в том, что сейчас я как раз иду по следу одного мистралийца, который задолжал моему клиенту крупную сумму. Около трех лет назад он исчез где-то в этих краях, и с тех пор ни его, ни денег мой клиент так и не видел. Я объехал дюжину городов, не находя никаких следов, и вдруг именно здесь, в вашем городе, меня второй раз за полчаса принимают за некоего господина, который всем вокруг должен. Это здорово смахивает на знак свыше, вам не кажется? Расскажите-ка мне, ребята, о человеке, с которым вы меня перепутали. Если это действительно окажется нужный мне след, с меня ужин.

Ребята оказались и впрямь бесценной находкой. Выслушав их подробный рассказ, Кантор не только с радостью заказал для них ужин, а даже сопроводил его развлекательной программой. Стрелял в подброшенные монетки, дал пощупать волшебную чакру (стоит ли упоминать, что все трое тут же порезались?), а также поведал несколько реальных историй из своего прошлого, заменив лишь имена. Истории он нарочно выбрал самые кровавые, но на аппетит юных последователей никакие тошнотворные подробности не повлияли.

На прощание один из ребят все же набрался смелости и действительно заикнулся насчет обучения. Пришлось в очередной раз сделать суровое лицо и объяснить, что место ученика сейчас занято и освободится года через три. Но Кантор будет иметь в виду запасного кандидата на случай, если нынешний до окончания своей учебы не доживет.

Расставшись наконец с восторженными поклонниками, он вздохнул с облегчением и заторопился в гостиницу. Условленное время было просрочено почти на два часа, и Мафей, поди, уже испереживался весь. На протяжении ужина Кантор искренне опасался, что «ученику» взбредет в голову отправиться на поиски «наставника», он вломится в самый неподходящий момент и своим непочтительным обращением испортит легенду и уронит авторитет «крутого наемника» в глазах восторженных юнцов. К счастью, ничего подобного не произошло, но Кантору все равно было немного тревожно. Мало ли что мог учудить малолетний маг, оставленный без присмотра. Вдруг за ним сейчас придется тащиться в ближайший участок…

Мафей был дома. Как и подобает порядочному юноше в столь поздний час. Он сидел у зеркала и с невыносимо кислым видом пристально изучал свое отражение.

— Опять ты за зеркало! — не выдержал мистралиец, обнаружив эту картину. — Тебе что, делать нечего?

— А