Сполох. Кровь с астероида. - Александр Олегович Анин

***

Снова свет от жезла слепит глаза, и снова всё внимание было обращено под ноги, но если прикрыться от света ладонью, то можно рассмотреть свою одежду более детально.

Прежде всего бросались в глаза обильно покрытые пылью добротные ботинки. Шнурки кожаные, нитка явно не синтетика, но строчка ровная. Металлической фурнитуры на дырках под шнурки՛ нет, так что явно работа не фабричная. Подошва тоже из толстой кожи и склеена весьма на совесть.

Дальше шли штаны а-ля шаровары из какой-то домотканой материи, окрашенной в тёмный цвет. Что за цвет? Из-за пыли и специфического освещения непонятно, но это и неважно. Штаны фиксируются на поясе тонким кожаным ремнём, а поверх всего этого висит широкий ремень-патронташ с поясными сумками и пустующей кобурой под жезл, который, как уже известно, героически погиб под обрушившимся во время подземных толчков сводом тоннеля.

Жезл тут, скорее всего, штука крайне необходимая, но где взять новый, Глеб пока был не в курсе, а вот патронташ был частично заполнен шестигранными кристаллами, в недрах которых светилась какая-то надпись.

Выудив один из них, Вязов посмотрел на неё. Если включить воображение, то рунический шрифт надписи гласил странное слово «Уроэ».

Взяв следующий кристалл, Глеб прочитал «Абох».

Слова были несуразными и не несли смысла, и Глеб потянулся к третьему кристаллу.

«Озз», «Фаво-йо», «Эсрото»… Почесав висок, Вязов нащупал на нём успевшую высохнуть смесь крови и пыли.

Пока руки изучали слипшиеся от крови волосы, мысли продолжали увязывать скудные данные.

Из предварительного анализа выходило, что эти кристаллы не что иное, как патроны для магического жезла, а значит, он попал в новую жизнь с совершенно иными стартовыми условиями, да и правила в этой «игре» могут серьёзно отличаться от тех, что были в прошлой жизни. Жаль только, что в голове только память фронтовика офицера-бронеходчика, хотя рунный шрифт он ведь в состоянии прочитать, значит, хоть в чём-то плюсы имеются.

— Пришли. — коротко проговорил бородач, но Глеб не видел впереди прохода, а только ровный оплавленный камень.

Его спутник скрутил верхнюю часть своего жезла, и они погрузились в темноту, в которой можно было ориентироваться только на слух. Впрочем, продлилось это недолго, и в скором времени камень потёк, и в тоннель начал поступать свет только занимающегося на поверхности дня.

***

Выбравшись на поверхность, Вязов посмотрел, как магия скрывает проход тонким слоем камня, оставляя лишь незначительные щели, видимо, для поступления в тоннель воздуха.

— Ну вот, брат. Теперь мы можем обсудить всё, что необходимо. — проговорил его спутник.

— Мы братья? — удивлённо спросил Глеб.

— Тилл, тебе что, вообще всю голову отбило?

— Наверное. — признался Глеб, осматривая в серой дымке предрассветных сумерек окружающее пространство.

— Тарва! — сплюнув на землю, выругался бородач. — Что, вообще ничего в голове не осталось?

— Вообще. Где мы и кто мы? — спросил Глеб.

— Я твой брат Ролн, Тилл. Нас отправил отец в Танр, чтоб мы продали золото и кристаллы, закупили новых заклинаний, кожи, соли и продуктов. Правда, тебе придётся брать ещё новый жезл, но тут уж ничего не поделаешь. Ладно, пойдём в город, по пути побеседуем.

— Далеко? — поинтересовался Глеб.

— Нет, около часа пешком — и мы у городских ворот. — ответил Ролн.

Кивнув, Глеб пристроился следом за братом, и, обогнув разросшийся куст, они спустились в лес.

— Запомни этот камень. — проговорил ему брат. — Это ориентир на проход в горе.

Снова кивнув, Глеб осмотрелся, и они снова продолжили путь.

Ролн на ходу раскрутил жезл и сменил в нём кристалл, которым плавил камень на новый.

— Поясни, что ты сделал? — попросил его Глеб.

— Поставил боевой кристалл. Мало ли, кто захочет обобрать пару гномов.

— А что написано на кристалле? — поинтересовался Вязов, обратив внимание на то, что брат назвал их гномами. Кто это, пока было непонятно, но этот вопрос его практически не интересовал.

— Написано? Ты шутишь, что ли? Нет на них надписей. Это в лавке кристаллы подписаны, а так просто запоминаешь, в какое гнездо какой кристалл вставил, и всё.

— И какой ты вставил?

— Кинетическая пуля. Она, конечно, слабее ядра, но и количество выстрелов у неё больше.

— А у меня какие кристаллы? — поинтересовался Глеб.

— Свет, кинетическое ядро, среднее исцеление, мощная молния, плазменная пуля. Второй осветительный кристалл погиб вместе с жезлом.

— А какой из них какой? — указывая на свой пояс, поинтересовался бронеходчик.

— Это я тебе не скажу, проверять нужно. — ответил Ролн.

— А покупать мы какие будем?

— На поднятие тяжести, на создание воздуха, чтоб комфортнее было работать там, где с вентиляцией крайне плохо, ну и восстановление вещей. Вот только не уверен, что теперь на всё средств хватит.

— Настолько всё дорого? — поинтересовался Глеб.

— По разному, но восстановление вещей очень дорого стоит, да и жезл по цене далеко недёшев.

— Но у нас же тут золото, и, судя по весу, его немало?

— Золото не армлид, к тому же у нас оно не в монетах, поэтому стоит дёшево. — ответил ему брат, и они свернули в проход между кустами к протекающему ручью.

— Нам нужно привести себя в порядок. — проговорил Ролн. — Тебе отмыть голову, застирать от крови рубаху, вытрясти от пыли штаны и подсушить промокшие от долгого пути носки.

Раннее утро это позволяло, заодно Глеб смог изучить качество и уровень нижнего белья, которое ограничивалось исключительно наличием носков, больше похожих на вкладыши для резиновых сапог, которые использовали в прошлой жизни.

Скинув одежду, он зачерпнул ладонями студёную воду и умылся.

— Ролн, ты говорил, что на нас могут напасть… — тихо спросил Глеб.

— Говорил. Летом всяких оборванцев у города болтается много. Живут они грабежом и разбоем, так что пробираться нам придётся аккуратно, всё-таки, один жезл — это не два.

— А у этих грабителей тоже есть жезлы?

— Конечно. Потеря жезла практически равнозначна потере свободы.

— Может покажешь, как им действуют? — попросил Вязов.

— Неохота зря тратить заряд. Впрочем, ладно, смотри.

Ролн взмахнул посохом в направлении находящегося метрах в пятнадцати от них дерева, и Глеб с недоумением ничего не увидел.

— Промазал. — пояснил брат