Хроники странного королевства. Шаг из-за черты. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

– Он потом повернется передом. Дальше.

– Стрелять в основание шеи…

– Как стрелять, помнишь?

Ольга нащупала пальцами кнопки и рычажки, наспех выученные перед отправкой. Не зря Кира два дня заставляла ее повторять и повторять эти движения, пока пальцы не стали находить нужную кнопку самостоятельно.

– Предохранитель… боевой режим… подача плазмы… прицел… выброс. Помню.

– Отлично. – Кира развернулась, громко лязгнув доспехами, и потребовала, чтобы инструкции повторила Тереза.

– Стрелять в левую переднюю лапу, потом гранатомет бросить и всех благословить, пока дракон будет разворачиваться и подходить. Когда подойдет ближе, взять ружье и стрелять по глазам. Если кого-то ранят, бросить ружье и оказывать помощь. Если впереди стоящие погибнут, дернуть кольцо и бросить гранату, – как молитву, оттарабанила Тереза.

– И упасть головой в противоположную сторону, – напомнила Ольга.

– Не думаю, что это столь важно, – оборвала ее Кира. – Этель?

– Мне дурацких вопросов насчет инструкций задавать не надо, – отозвалась вредная волшебница. – Ты сама-то не особенно знаешь, что я должна делать. И, между прочим, если ты забыла, я старше вас вчетверо, и это мой пятый дракон. Ольга, считай до двенадцати, затем стреляй. Только не целься раньше времени, увидит, поймет и нападет.

– Зачем считать? – запаниковала Ольга, которой казалось, что к такому важному делу следовало бы еще полчасика морально готовиться.

– Мне на ледяной шар нужно двенадцать секунд, – невозмутимо отрезала Этель. – Начинай!

И все?.. Один… два… И никто даже не спросил, а готова ли к этому дорогая подруга Ольга?.. три… четыре… Блин, зараза Этель! Пять! Нельзя ж так, сразу, под танк… шесть… семь… Ой, ё… уже восемь… предохранитель… боевой режим… девять, десять… подача плазмы… одиннадцать… двенадцать… тринадцать… Дура, какие тринадцать!

В ту секунду, когда винтовка с громким хлопком выплюнула сгусток жидкого огня, время странным образом изменило свой ход. Оно потекло медленно и вязко, как будто скорость восприятия глазом увеличилась, а скорость движений замедлилась.

Огненный комок расплескивается о бронированный бок дракона, и тишину разрывает возмущенный рев, от которого душа уходит чуть ли не в каблуки. Огромная туша медленно разворачивается, голова тянется вперед и опускается…

За спиной слышен неразборчивый возглас Этель, и в разинутую пасть летит ледяной шар…

Оглушительный взрыв и вспышка, в воздух летит каменная крошка, чешуя и ошметки чего-то черного…

Дракон ревет и мотает мордой, у него из пасти валит густой белый пар…

Лапа! Где правая передняя лапа?!

Эта латынь за спиной раздражает!

– Ольга! – резкий, как удар, возглас Киры слегка проясняет ситуацию. – Левая лапа! Она попала выше!

Огромная лапа, похожая на крокодилью, пляшет в прицеле… Хлоп!

Мази-и-ила!

Тонкий яркий луч впивается в шею дракона, тот с ревом мотает головой, уходя от луча…

Ледяной шар улетает куда-то далеко вглубь пещеры и, разбившись о стену, рассыпается голубыми осколками…

Кира кратко и прочувствовано произносит пару слов. В реве и грохоте не очень слышно, каких именно, но вряд ли кто-то в такой ситуации станет цитировать Пушкина и Шекспира…

Хлоп! Ага!

Охромевший дракон на трех лапах медленно движется навстречу…

Луч вспарывает чешую у самого основания шеи. Всем корпусом поворачиваться труднее, чем вертеть во все стороны гибкой шеей, но дракон пытается. Лазер прочерчивает черную полосу на теле Непобедимого, ругань Киры сливается с благословениями Терезы.

Хлоп! Дымится пол… Как эта безрукая кикимора выбила третий разряд по стрельбе?

Бабах! Бабах! Бабах! Мать ее так, лучше б уж дальше благословляла… Оглохнуть же можно! Она что, не думает целиться вообще, что так часто палит?

Ледяной шар пролетает над самой головой и затыкает ревущую пасть.

Луч пляшет по широкой бронированной груди, нащупывая начатый разрез. Рев уже не прекращается. Тереза опять заводит свою латынь, но в глаз она все-таки попала…

– Кира! Отходи! – кричит где-то сзади Этель.

Одноглазый и хромой непобедимый гад неумолимо приближается, скользя на своих трех, он уже рядом, он занимает всю пещеру, горой возвышаясь над Кирой и очень неприятно напоминая Ольге сцены из «Парка юрского периода»…

– Кира! Хвост! – голос волшебницы срывается на визг, но Кира и не думает двигаться с места.

Луч медленно движется, продолжая начатый разрез, черная кровь брызжет фонтаном, рев переходит в сдавленный хрип…

Хвост появляется неожиданно. Он выныривает из темноты и движется, как кажется Ольге, прямо на нее…

Единственное, что может сделать насмерть перепуганная Ольга в состоянии полной паники – это нажимать на спуск, не целясь, поскольку времени целиться нет, авось благословение сработает…

– Кира! – истошно вопит Этель.

Хвост разлетается черными клочьями, тяжелый тупой обломок, похожий на камень, бьет Ольгу в плечо и она, вскрикнув, выпускает из рук оружие.

Гулко бухается о каменный пол громадная голова, от которой до сих пор валит пар, дергается в конвульсиях огрызок хвоста, крокодилья лапа скребет по полу…

И медленно, неестественно медленно, как в кино, оседает на пол Кира.

– Я ж тебе говорила! – отчаянно вопит Этель, проносясь мимо Ольги. Падает на колени у бездыханного тела отважной подруги и горестно произносит кратенький монолог, в котором единственное печатное слово – «молодежь».

Когда зал опустел, король подошел к помосту, полюбовался на головы Хаббарда и Альви, а также на разрубленного до пояса Хлафиуса, затем приблизился и внимательно осмотрел тела остальных, даже проверил пульс. Удовлетворенный результатом, он обернулся к Кантору и Элмару, терпеливо ожидавшим дальнейших распоряжений, и махнул рукой.

– Пошли.

– Пошли так пошли, – вздохнул Элмар. – Ну и как тебе?

– Больно, – проворчал Кантор.

– Потерпи немного, сейчас Шеллар всех магов соберет, и тебя полечат. Тебя не задело?

– Сам видишь. У меня хорошая кольчуга. А вот ваш король мне не нравится. Как он мог сломать стрелу, если она застряла в кольчуге? Она бы просто выпала.

– Тханкварра! – простонал Элмар. – Я так и знал! Я же ему говорил… Сейчас придем, раздену и посмотрю. Силком раздену, если опять начнет упираться. Он что, совсем ничего не чувствует?

– Я слышал, так бывает, – заметил Кантор, стараясь угнаться за размашистым шагом короля и его первого паладина.

– Я знаю, – проворчал Элмар. – Со мной тоже бывало. А как ты ухитрился заметить этих стрелков? Их же не видно было.

– Я не увидел, – пояснил Кантор. – Я услышал. Я очень хорошо слышу. Мне одно непонятно – почему Жак оказался без всякой защиты? Его что, не предупредили?

– Понятия не имею. Спросишь у Шеллара, если тебе интересно.

Король стремительно шагал впереди, на ходу отдавая краткие указания попадавшимся по