Элирм VIII - Владимир Посмыгаев

и заключалась его сила. «Балагурство», «Пьяная Интуиция», «Хмельной Пророк» — эти и некоторые другие способности не были шуткой. Шаман давно ее чуял, но не подавал вида — продолжал оставаться в образе безобидного дурачка, большую часть времени пытаясь понять, настоящая она или нет.

Как оказалось, вполне реальная. Хуже того — готовящаяся к повторной атаке.

— Мать, ты давай-ка на одни и те же грабли не наступай, — Глас продемонстрировал девушке ее же кинжал Питоху. — Я же тот еще отморозок. Нос откушу и выплюну!

Пару секунд Гондвана сверлила его яростным взглядом. Взвешивала в голове все «за» и «против» и в конечном итоге, прикинув расклад, спешно ретировалась.

— Ну нахер…

— Вот! Все-таки остались в этой дамочке крупицы разума. Кстати, зачетная попка… — Эстир склонил голову набок, провожая тифлинга заинтересованным взглядом. — И как я раньше этого не замечал? Эх, думаю, познакомься мы при иных обстоятельствах, я бы с большим удовольствием заглянул ей под хвост… Хотя нет, тпру, — остановил сам себя Глас. — Сексуализировать образ врага — явный моветон. Ваше высочество, этот кусочек мы должны вырезать. И пожалуйста, старайтесь реже упоминать старого маразматика с его децимацией. Будем пытаться забыть… этого Герострата.

На этом шаман впервые попытался оценить обстановку.

Грохот. Крики. Сплошной непроглядный туман и мерцающие в нем вспышки заклинаний, рисующие весьма тревожную картину. Складывалось ощущение, будто на землю обрушилось гигантское грозовое облако. Или сама льдина каким-то мистическим образом коснулась небес.

— Так. Хорошо, — рассеянно поозирался по сторонам он. — Теперь, видимо, надо куда-то идти и что-то делать. Вот только, ей богу, не могу понять, что именно.

— Глас!

— Да, любовь моя? — обернулся Эстир.

В тот самый момент он услышал голос Исиды. Главы Радужного Форменоса, эффектной брюнетки, на чьих доспехах переливались искусные узоры в виде дельфинов и агисков, а также крайне могущественной женщины, переспавшей с ним в первый же день.

Уверен, знающий человек мог рассказать бы о ней куда больше. Но применительно к текущей ситуации особого смысла в этом не было — девушка оказалась очередным странным вывертом измененного сознания. Потому что на самом деле к нему обращался Гундахар. Старый игв, который, услышав ответ, мгновенно почувствовал раздражение. Да и назвал его не по имени, а чем-то похожим на: «Эй, паразит!»

— Уму непостижимо… — тяжело вздохнув, генерал одним точным движением меча перерубил шею ближайшему орку. — Ну вот как?.. Как можно было всего одной фразой заставить меня пожалеть, что мы достали со дна океана твою идиотскую пьяную рожу⁈

— Фи, мертвая бука…

— Ладно. Главное — нашелся… — то ли обращаясь к Зативу, то ли разговаривая сам с собой, произнес он. — Теперь двигай за мной и смотри, не потеряйся. Второй раз тебя искать я не буду. И заканчивай с придурью. Ситуация реально опасная.

Понурив голову, шаман грустно поплелся за рыцарем смерти.

Однако его упадническое настроение длилось недолго — спустя минуту он снова повеселел. Нацепил на себя маску сурового военачальника и, словно пародируя генерала, тихонечко прогудел:

— Все будет тяжело. Все будет ужасно. Я буду сражаться вечно, и в моей проклятой душе не останется места ни для любви, ни для радости. Ведь даже перед лицом неизбежной кончины я взойду на эшафот с максимально серьезным и пафосным видом, помышляя о том, что важна лишь звездная…

— Еще одно слово — оторву усы.

— Понял, замолкаю.

Смерив Эстира испепеляющим взглядом, Гундахар протянул было руку, но в последний момент передумал — продолжил шагать к точке высадки.

Преодолел сотню метров, кивнул добивающему отряд некроманту и, переведя глаза немного правее, недовольно поморщился — увидел Локо, чья некогда пылающая башка красовалась скукожившейся на морозе лысиной.

— Не понимаю, вам там на дне всем мозги отдавило⁈ Ты почему потух⁈

— Я перестаю злиться, — Даня дважды уколол себя ножом в ногу — безрезультатно. — «Вспышка Гнева» из-за дебафа не работает. А у самого не получается.

— Ясно. Стесняюсь спросить, что такая бесполезная куча дерьма, как ты, вообще здесь забыла?

Голова ифрита вновь задымилась.

— Та-а-а-к. Продолжай.

— Но ты не расстраивайся, — издевательски усмехнулся игв. — В отличие от тебя твои сыновья вырастут настоящими мужиками. С яйцами. Просто потому, что будут похожи на меня. Ибо я частенько буду захаживать в гости.

— О-а-а да! — покинув укрытие, Локо перешел на бег, буквально на ходу превращаясь в ослепительный поток пламени. — Так-то лучше, мертвый ублюдок!

— Н-да, я еще и ублюдок…

Не меняя выражения лица, генерал активировал «Ауру Давления». Превратил атакующих Илая противников в рыхлые кучи, показал ему знаком, что пора закругляться, и в конечном итоге все-таки покосился на Эстира, все это время тянущего руку.

— Чего тебе?

— Гундахар, мне нужен совет.

— Какой?

— Короче, — лучезарно улыбнулся Глас. — После двух недель в мире ядерного постапокалипса у меня появилось твердое намерение переименовать свой «Бурлеск». Как тебе название: «Дикпик на обочине»?

— Отвратительно. Как, впрочем, и подавляющая часть того, что исторгает твоя болтливая пасть. А теперь сосредоточься. С минуты на минуту появится матка Ямарайаху. Надо задействовать твое шаманское чутье, понять, где он воскреснет, и при необходимости отбить.

— Понял, — хрустнув шеей, шаман несколько раз попрыгал на месте, выбрасывая кулаки. — А драться обязательно?

— В смысле?

— Ну-у, даже не знаю. Как вариант: я бы мог попросить бабулю указать ему верный путь. Пускай возродится на борту цеппелина?

— Боги, да что же это такое… — прикрыв глаза, генерал с усталым видом помассировал виски. — Ты… это просто наглядная демонстрация того, что такое Вселенский баланс.

— Ваше благородие, будьте любезны, поясните.

— С твоими способностями ты мог бы стать сильнейшим из нас. Но мир, видимо, к этому не готов.

— Ого, даже так? Считаю, это один из лучших комплиментов, что я когда-либо слышал.

— Это нихрена не комплимент. Это констатация того, что на рынке твоих талантов интеллект находится в конце списка. И то если деньги останутся.

— Превосходно. И снова этот соблазнительный абьюз, — промурлыкал тот.

— Заткнись. Велнарин, снижайся!

— Принято, господин Гундахар. Кстати, я тоже скучал. Вашего вечного сарказма мне не хватало. Энквиэ Тхон, чертовы твари!

Напоследок прицелившись, Атлас сбил три вражеских судна «Беллерофонтом». Правда и не сказать, что планировал — цеппелины сами весьма удачно выстроились в ряд.

— Ты тоже заткнись, — проворчал генерал, поднимаясь на борт.

Причем сделал это вовремя — из центрального отсека показался Мозес. Порядком шокированный от бесконечных смертей, но, тем не менее, живой и здоровый.

— Я обещал достать тебя со дна океана — я это сделал, — хлопнул его по плечу старый игв. — Теперь пей это и готовься к бою. Скоро здесь будет жарко.

— Не понял, а это что? — монах потеребил в руках