Хроники странного королевства. Шаг из-за черты. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

все это рассказываю, – подвел итог он. – Он мне опять приснился. Я просто не знаю… Может, пусть меня еще раз по голове стукнут, чтобы я нормально с ним поговорил? Я опять забыл половину. Запомнил только это дурацкое название, потому что он заставил меня повторить его раз десять. Амарго, ты знаешь, что такое “обойма для плазменной винтовки”?

– О, небо! – изумленно воззрился на него командир. – Где ты слов таких нахватался?

– Я же тебе сказал, где. Так знаешь?

– Понятия не имею. И что ты должен сделать с этим загадочным предметом?

– А это предмет?

– Поскольку винтовка – это точно предмет, то и это, видимо, тоже. Так что?

– Я должен сказать тебе… – Кантор в очередной раз вздохнул и попросил: – Только не думай, что я сошел с ума. Он действительно так сказал. Я должен сказать тебе, именно тебе, чтобы ты дал кому-то эту самую… обойму. Причем кому-то в Ортане. А вот кому – я забыл. Как ты думаешь, что теперь делать? Может, это полная ерунда, и мне не стоит и голову себе морочить, раз ты даже не знаешь, что это такое? У тебя нигде не валяется неопознанный артефакт, с которым ты не знаешь, что делать?

– Конечно, не стоит, – поспешно сказал Амарго. – Ничего у меня нигде не валяется. И я тебя попрошу больше никому об этом не говорить. Никому и никогда, а то тебя в самом деле сочтут сумасшедшим. И слово это забудь.

– Хорошо, – вздохнул Кантор. – Будем надеяться, что в следующую пятницу я буду спать спокойно. А если опять приснится?

– В следующую пятницу ты будешь уже где-то между Сорелло и Крамати. Так что со мной уже не увидишься.

– Правда? – обрадовался Кантор. – А когда мы будем в столице?

– Либо в субботу вечером, либо в воскресенье к полудню. А что?

– Ты не мог бы… Ты не будешь там?

– Буду. Что ты хотел?

– Предупреди, чтобы она была дома. Очень тебя прошу.

– Как это я ее предупрежу, не засветившись при этом?

– Давай я напишу записку, а ты просто сунешь под дверь. Так можно?

– Хорошо, – вздохнул Амарго. – А о ней ты мне не расскажешь подробнее?

– Не сегодня. Это как раз то, в чем мне надо самому разобраться. Я скажу тебе… потом. Амарго, ты не решил, что я свихнулся? Ты веришь, что я в своем уме?

– Верю, – вздохнул Амарго. – И причем более чем когда-либо. Не совсем, правда, в своем, но ты в него возвращаешься. Не знаю только, что будет, когда вернешься полностью… Но посмотрим. У тебя все?

– Почти. – Кантор задумчиво потеребил серьгу и все-таки спросил: – А ты мне ничего не хочешь сказать?

– А что именно?

– Я все о том же. Ты уверял, что во всем виновато расстройство психики. Что я умею считать до двух. Что я должен верить своим глазам, а не бредовым видениям. Но видишь ли, несмотря на то, что я умею считать до двух, у меня почему-то получается ужасное расхождение в количестве рук. И не в моих бредовых видениях, а в чужих. По-твоему, это совпадение?

– Конечно, совпадение. А что я еще могу тебе сказать?

Кира Арманди поправила ремень и перевязь с мечом и решительно приблизилась к страже у ворот королевского дворца.

– Приветствую вас, господа, – сказала она. – Я баронесса Арманди из Крамати. Как я могу найти госпожу Эльвиру Люменталь?

– Желаем здравствовать, благородная госпожа, – почтительно ответил начальник караула. – По какому делу вы желаете видеть госпожу Люменталь?

– Я ее школьная подруга, – объяснила Кира. – Приехала с ней увидеться. Не по делу, а просто по-дружески. Если я не могу входить на территорию дворца, пусть кого-то пошлют ей сообщить обо мне.

– Сейчас пошлем, – пообещал начальник. – Марк, сбегай-ка, свистни слугам…

– А она ушла, – откликнулся стражник. – Уже давненько, еще до обеда. К Жаку ушла, плакаться.

– Как скоро она собиралась вернуться? – попыталась уточнить Кира.

– Да вряд ли она до завтра вернется, она у него, наверно, на всю ночь останется, – сказал Марк.

– Это если к нему не сбегутся одновременно все четыре его бабы и еще Ольга впридачу, – заметил другой стражник.

– Так тогда они там все вместе засядут и всю ночь будут друг другу плакаться, – сделал вывод Марк.

– А что у них случилось? – поинтересовалась Кира.

– А что у всех случилось?… – вздохнул начальник караула. – Отбор у них случился… Хотите – сходите туда, я вам дам адрес, или, если желаете, Марк вас проводит. А то можете и не увидеться, подругу-то вашу в жертву назначили, до отъезда три дня всего осталось.

– Как – в жертву? – потрясенно переспросила Кира. – Придворных дам тоже назначают?

– Как получится, госпожа, как получится… – снова вздохнул начальник. – Бывает и такое… Так дать вам адрес? Или пусть Марк проводит? Он Жака и его дам лично знает.

– Я буду очень благодарна, если меня проводят, – решила баронесса Арманди, рассудив, что если уж являться к незнакомым людям, то лучше в компании кого-то, кто их знает. А то еще не окажется Эльвиры у этого любвеобильного господина Жака… четыре, надо же!… и где ее тогда искать? А так можно будет поинтересоваться, не опасаясь, что тебя невежливо попросят не мешать людям в столь скорбный момент их жизни.

Марк отставил алебарду и вышел на улицу, видимо, довольный выпавшей возможностью прогуляться.

– Ты действительно лично знаешь этого господина? – полюбопытствовала Кира, как только они отошли от ворот дворца. – У него правда целых четыре любовницы и еще пятая? Он что, настолько…

– Да нет, – засмеялся солдат. – Любовниц у него три. Эльвира, Клара и Диана. Четвертая – его невеста. Потому он и завел себе сразу трех любовниц, чтобы невеста не ревновала к какой-то конкретной. А пятая – просто подруга.

– Странный способ избежать ревности, – заметила Кира.

– А он вообще большой чудак… Очень смешной веселый парень. Вы сами увидите. Хотя, вряд ли, у него сейчас такое горе… Вы из провинции, наверное, не знаете, что тут в столице творится… Их ведь всех пятерых отправляют.

– Как – всех? – поразилась Кира.

– Всех. Невесту, всех трех любовниц, и подругу.

– Действительно, ужасно… – согласилась Кира, представив себе, в каком отчаянии должен пребывать этот веселый парень и большой чудак. – А что же так? Он чем-то помешал кому-то?

– Ох, не знаю. Может, и помешал. Знаете, госпожа, нашей Комиссии мешают все, кто верен короне. У нашего начальника стражи тоже дочь отправляют. За то, что отказался с ними сотрудничать. Такие вот дела. Грустно это все, конечно. Куда катится этот мир…

Как оказалось, дом